Дмитрий Матвеев – Севера (страница 40)
Вспышка была короткой, доли секунды, но чтобы осознать, что все уже прошло, а потом проморгаться, Бородулину потребовалась почти минута. Он поднял голову, поглядел в разные стороны, наткнувшись по левую руку на такой же ошарашенный взгляд Михайленко, затем медленно поднялся, снова огляделся и сначала не поверил своим глазам: на вершине холма, на месте черной плиты, стоял небольшой каменный замок. В голове сразу пронеслось: «терминал укрепленного поселения», вспомнились развалины рядом с поселком и черный каменный прямоугольник на верхней площадке башни. Да! Над стенами крепости возвышалась немаленькая башня, сложенная из такого же камня, что и стены. Сейчас, когда уже почти стемнело, трудно было разглядеть все детали, но и то, что было видно на фоне темнеющего неба, выглядело весьма внушительно.
— Охренеть! — только и смог выдавить он.
Глава 22
Ворота крепости были слегка приоткрыты — как раз пройти внутрь одному человеку. Бородулин и Михайленко вошли, заперли за собой ворота массивным деревянным брусом и сразу, не сговариваясь, двинулись в главную башню. Не обращая ни на что внимания, они поднялись по широким каменным ступеням на самый верх. Лесенка уходила выше, к площадке на верхушке башни. Само же помещение было разделено пополам мощной каменной стеной, в которой были две крепкие на вид деревянные двери. В одной из дверей из замочной скважины торчал ключ. Андрей дернул дверь с ключом за массивную медную ручку — не заперто. Он вошел в комнату, Михайленко следом.
— Оно! — выдохнул заместитель.
У одной из стен на полу лежала черная плита терминала, такая же, как и в разрушенной крепости, только абсолютно целая. Рядом стояла неповрежденная тумбочка с наклонной панелью планшета. На плите лежали листы бумаги. Андрей поднял верхний и, подсвечивая фонарем, принялся изучать. На нем был подробно изображен поэтажный план крепости. Это не горело, с планировкой помещений можно было ознакомиться и позже. Зато второй лист содержал весьма интересный текст:
Бородулин прочел текст дважды, потом передал бумагу Михайленко, и тот тоже завис на несколько минут. Пока тот сосредоточенно читал, Андрей взял третий лист. Он был абсолютно чистым — как раз, видимо, для регистрации оператора.
— Что скажете, Станислав Наумович? — спросил Андрей, когда тот закончил читать.
— Тут можно многое сказать. Давайте пройдемся по порядку. Во-первых, очевидно, что нас сюда забросили не просто так, а в целях проведения какого-то эксперимента, скорее всего, социального характера. И, соответственно, пока эксперимент не будет завершен, никого обратно не отправят. Если честно, я не думаю, что и после эксперимента кого-нибудь куда-нибудь отправят. А вообще, длительность эксперимента не оговорена, вполне возможно, что он растянется на несколько поколений. И каким-то образом за нами все это время будут наблюдать. А если мы начнем нарушать установленные правила эксперимента, нас, скорее всего, отключат от кормушки и снимут, как тут указано, наблюдение. Иначе говоря, бросят на произвол судьбы. Причем, обратите внимание: ожидаемая дезорганизация выше средней. То есть, шансов не выполнить задачу, по мнению экспериментаторов, у нас больше половины. Это при том, что сама задача четко не сформулирована. Причем, мы пока еще не включены в эксперимент, для этого нужно активировать, как тут говорится, канал снабжения. Что в этом хорошего — полная самостоятельность, никто нас за ручку водить не будет. Сможем — выполним задачу, не сможем — не выполним, нас отключат и про нас забудут. Что плохого — нет полного списка правил, при нарушении которых экспериментаторы перекрывают поставки. Остается надеяться, что сперва все же как-то предупредят.
— А вы заметили, что нам ненавязчиво выкручивают руки? Мол, не хочешь вернуться в натуральное хозяйство и каменный век, хочешь как-то поддерживать технологический уровень, подписывайся и приступай к выполнению поставленной задачи. А нет — через полгода-год бензин кончится, моторы сломаются, запас патронов иссякнет и останешься с сохой при лучине.
— Именно так и выходит. И есть еще один интересный момент: тут указано, что стержневой этноформат — русские. Понятно, это потому, что у нас с вами семьдесят пять русских людей. Во всяком случае, выходцев из России, объединенных определенными культурными, историческими и социальными традициями. Напрашивается вывод, что есть другие подобные национальные образования. В любом случае, сидеть на заднице нельзя, нужно исследовать территорию и искать новые склады, новые общины, людей, и строить свое государство. А вам, как его фактическому главе, надлежит зарегистрировать себя в качестве оператора канала. Бумагу, я гляжу, нам любезно предоставили. А у меня тут как раз завалялся карандаш. Берите, пишите.
— Может, не прямо сейчас? Я ведь тогда буду намертво привязан к крепости.
— Именно сейчас. Каждый день — это дополнительные вещи, ресурсы, продукты. Нельзя пропустить ни одного. Как я понимаю, начинается гонка — кто больше успеет, тот и победит. Кто знает, каков тут суперприз. И, может, один лишний день поставки будет означать победу и выполнение этой неизвестной задачи.
— Но ведь мне нужно будет съездить в поселок, объяснить людям…
— На нашем новом катере это займет часа четыре туда и пару часов обратно. А у вас, как я понимаю, будут в распоряжении целые сутки. Вполне можно успеть. Давайте, пишите. Я останусь тут караулить, а вы с утра двигайте к Юрам. Может, завтра привезете сюда этих гавриков, тогда я послезавтра смогу с вами выехать в поселок.
— Хорошо, давайте карандаш.
Примостившись на тумбе терминала, Бородулин аккуратно вывел на листе бумаги свои данные, немного затормозился по поводу отпечатков пальцев, но сообразил испачкать руки о собственные штаны. Уже было собрался положить лист на плиту, как вдруг вспомнил об одном важном моменте: нужно указать название… как там написано в бумаге? А, вот: название анклава. На несколько секунд он задумался, потом вспомнил прочитанную где-то цитату: мы, русские, не восток и не запад, мы — север. И уверенно, крупными печатными буквами вывел вверху листа: Анклав «Север».
Лист бумаги, положенный на панель терминала, подсветился снизу сиреневым и исчез. Запахло озоном. В тот же момент консоль терминала мелодично пропиликала и на экранчике возникла надпись:
Условия активации выполнены.
Для начала работы донор-канала осуществите полный ввод перечня.
Доступное время ввода — 40 минут.
ВНИМАНИЕ! Включается обратный отсчёт
Доступный вес вашей поставки определён в 150 кг.
Начинайте ввод.
Андрей ткнул пальцем в экран консоли, надпись пропала, и появилось знакомое уже меню. В правом верхнем углу бежал таймер. Вроде, немного нужно выбрать, всего двенадцать позиций, однако нужно сперва решить, что действительно нужно взять. Прежде всего, необходимо обеспечить ночевку. В крепости холодно, нужно выбрать комнату, желательно, без окон, и согреть ее. На ночевку он не рассчитывал, хотело до ночи вернуться к Хорину, да вот не вышло. Значит, нужны теплые спальники и печь. Со спальниками, допустим, проблем нет. Он в свое время покупал себе пуховый «ред фокс», до минус тридцати можно ночевать, так что брать будем проверенное. И пенку к ним, толстую, трехслойную, чтобы помягче было. Хотя… это барахло ведь не таскать на себе, так что возьмем надувные матрасы, два полутораспальных с насосами. В качестве печки — газовый обогреватель, газовая же горелка, чтобы чай согреть, и пара — нет, лучше тройка больших газовых баллонов. Оружие у них есть, никто сюда не залезет, да и некому залезать, в округе вряд ли кто найдется. Пять позиций долой, а веса ушло всего ничего. Что еще? Еды хватает. Фермеры дали достаточно. Правда, Колек от чистого сердца ополовинил свою корзину, которую несли бандитам, и намекал, что за СВТ отдаст и все остальное. А вот Леслав изобразил на лице такое выражение, будто бы отдавал последнее. Ну да и шут с ним. Вот чаю бы выпить, он уже устал от травяных настоев, хотелось крепкого, черного, ароматного, сладкого… А, собственно, почему бы и нет? Только брать сразу много, чтобы не на один раз хватило, а еще и на всех, кто сюда переберется жить, хотя бы на неделю. Значит, так… какой там чай самый лучший? Вот его и брать, сразу килограммов пять — чего мелочиться! И мешок сахара. Тоже нужный продукт.