Дмитрий Матвеев – Севера (страница 42)

Встречать Бородулина высыпало всё население студенческого общежития. Ну, почти всё — Старый Юра, как обычно, сидел со своей трубкой где-то в сторонке. Хорин тоже прихромал, но стоял чуть поодаль. С берега приняли чалку, и Андрей, подхватив рюкзак и винтовку, выбрался из катера. Предупреждая вопросы, сразу объявил:

— Все в порядке, наши победили, потерь нет. Новостей много, но подробности позже, сперва мы с Семеном Ефимовичем посекретничаем. А тому, кто даст мне кружку чаю, я буду просто по-человечески благодарен.

Он подошел к Хорину.

— Да, Андрей, заставил ты меня нынче понервничать, — проворчал физрук. — Дотемна ждали, дежурство дежурили, мотор слушали.

— Была причина. И настолько важная, что иначе сделать было нельзя. Я тебе сейчас все изложу. Пойдем на завалинку, поболтаем.

Они уселись на бревно позади дома, Андрей скинул рюкзак к стене, винтовку поставил между ног, уперев прикладом в землю. Кто-то из студентов подбежал с кружкой травяного настоя.

— Ну, сказывай, где бывал, чего видал, — потребовал Хорин. — И где лодку добыл, тоже сказывай.

— Добыл вот, места знать надо.

— А ты, стало быть, знаешь?

— Стало быть, знаю.

— А мне скажешь?

— Тебе? — Андрей сделал вид, что раздумывает, — Тебе, пожалуй, скажу. И с собой взять могу.

— У меня же студенты! Я их оставить не могу.

— Не можешь оставить — бери с собой.

Хорин сделал паузу, всматриваясь в Бородулина, пытаясь определить, насколько серьезно он говорит.

— У меня ведь хозяйство, запасы. Куда я все это дену?

— Да бросай ты всю эту фигню! На кой тебе столько?

Хорин нахмурился.

— Все, Андрей, шутки в сторону. Вещи пошли серьезные, и говорить давай всерьез. Что ты там такое нашел?

— Всерьез, так всерьез, попытаюсь объяснить. Ты видел, откуда взялось твое ружье и мой катер?

— Ну, более или менее. А, кстати, у тебя еще такие штуки есть?

— Это как раз неважно. Но ты видел: я набрал на экране планшетика, что мне нужно, планшет исчез, заказ появился.

— Ну да. К чему ты это клонишь?

— А вот представь, что есть такая штука, которой можно заказать, может, поменьше барахла, но зато каждый день, и она при этом никуда не исчезает.

Физрук помолчал, видимо, пытаясь представить себе такую штуку. На его лице проступило понимание.

— Оценил. Это… это, значится, ты такую хрень нашел? Так?

— Так.

— Показывай!

— Не могу, она не того размера, чтобы в кармане таскать. Видишь ли, эта штуковина не сама по себе, а вмонтирована в башню замка.

— Так ты… млин… ты нашел замок с такой хренью?

Физрук аж привстал.

— Тише, тише, именно это я тебе и пытаюсь объяснить.

— Так надо же… — Хорин вдруг засуетился, — надо, чтобы не… Надо охранять, защищать!

— Чтобы охранять и защищать, надо в замок переселяться и в нем жить. Но это если захочешь, конечно. У тебя ведь тут студенты, хозяйство, запасы на зиму…

Физрук на несколько секунд задумался, потом хлопнул себя по колену и захохотал.

— Ну ты и жук, Бородулин, — приговаривал он сквозь смех, — ну и жук, чисто иезуит.

Отсмеялся, утер выступившие на глазах слезы, и уже серьезно спросил:

— Что нужно сделать?

— Нужно прямо сейчас весь твой табор перевозить в крепость и начать обживать территорию. И потихоньку перевозить барахло отсюда, пока река не замерзла. Думаю, две-три недели у нас еще есть, должны успеть. Там сейчас дежурит мой человек, на всякий случай, но он один, если с двух сторон злодеи полезут, не удержится.

— А что, и злодеи есть?

— Пока что нет, вчера мы всех положили. Но кто ж его знает, вдруг еще какие найдутся? Завтра-послезавтра я с обеда поеду в поселок, оттуда людей заберу. Может, всех, может, часть — как выйдет. У тебя сколько парней?

— Десять человек. И еще пятеро девчонок.

— Так вот: я сейчас еду обратно, четверых человек с личными вещами с собой возьму. Тебе оставлю лодки. Каждая нормально поднимает четверых человек. Твоя задача — за день перевезти всех людей и минимально необходимое барахло — спальное там, костровое, а потом уже будешь потихоньку остальное таскать.

— Договорились.

— Тогда распорядись, чтобы кто первым поедет, готовился. На сборы — пятнадцать минут. Да, вот еще: та девка, которую вчера привезли, очухалась?

— Так почти сразу, как ты ускакал.

— И как она? Как себя ведет? Как с другими общается?

— Да можно сказать, что никак. К ней девчонки подходили, пытались поговорить, расспросить, но без толку.

— Как ее звать-то сказала?

— Изольда.

— Вот же имечко!

— А что, ей подходит. Холодная, как изо льда.

— Ладно, пинай своих орлов, а у меня к ней одно дело есть.

Прежде, чем начать разговор, Бородулин немного понаблюдал издали. Прислонившись к стене дома, стояла высокая, стройная, даже худощавая девушка. Густые черные волосы, красивое аристократическое породистое лицо с тонкими чертами. Черные джинсы и черная куртка, под курткой — оранжевая футболка с абстрактным рисунком, на ногах оранжевые кроссовки. В ушах золотые серьги с крупными рубинами, на руках — перстень с таким же камнем. Вокруг нее была некая зона отчуждения — никто из проходящих мимо ребят не приближался к ней ближе двух метров. Бородулин подошел и остановился прямо перед ней.

— Здравствуй, Изольда.

— Я вас не знаю, — бросила она, даже не посмотрев в его сторону. Голос у нее был низкий, с хрипотцой.

— Естественно. Меня зовут Андрей Владимирович Бородулин, я возглавляю анклав, который живет на берегу озера около истока этой реки.

— Мне это неинтересно.

— Напрасно. Потому что твоя дальнейшая судьба зависит, в первую очередь, от меня.

— И что вы можете сделать? — она поглядела, наконец, на Андрея. В ее лице не было ни тени волнения.

— Могу отправить тебя кормить червей следом за твоим приятелем. Могу выгнать подыхать в тайгу, могу отдать на расправу твоим бывшим подружкам. А могу поселить в таком месте, где не будут знать твоего прошлого. Правда, там придется работать, и, возможно, физически.

— Чем же вызвано такое внимание к моей скромной особе?

— Дело в том, что именно меня должны были убить посланные тобой люди.

— Так, значит, месть?

— Справедливость. Вор должен сидеть в тюрьме, а убийца — гнить в могиле.