Дмитрий Матвеев – Черное и белое (страница 39)

— Так вы и есть Юджин?!

От изумления глаза лейтенанта, и без того не слишком узкие, еще более округлились.

— А ты, типа, еще не сообразил? — прищурился Женя.

— ну, у меня были некоторые подозрения…

— А спросить — язык отвалится?

— Да как-то не решился. Мы-то с парнями думали, что Юджин — это какой-то секретный агент Командора.

— В какой-то мере, так оно и есть. Да не бери в голову. Это эфиопы так меня прозвали. Евгений по-английски как раз звучит как Юджин.

— Я в школе немецкий изучал.

— Ну так немцы меня Ойгеном называли. Да и вообще учи языки, брат, это полезно. Ну так что у тебя с харчами?

— Да есть у нас еда, на всех хватит.

— А что кобуры на боку нет? Не дают пистолета? Это ж самое офицерское оружие.

— Нет, не выдают. Короткоствола на всех не хватает.

— Хм… ну, тогда проводи меня.

Подойдя к броневику, Женя порылся в груде трофеев, вынул «беретту».

— Вот, тезка, держи от меня на память. Кобуру и патроны сам добудешь. Ну ладно, нам пора ехать.

— Удачи вам, Евгений Михайлович! — крикнул до крайности довольный лейтенант и махнул бойцам, чтобы открывали проезд.

«Ганомаг» рыкнул мотором, и колонна, тускло отсвечивая железными боками, проползла мимо радостно машущего вслед лейтенанта, сруба блокпоста, улыбающихся бойцов и хмурых пленников. Дорога вела на юг. Туда, где ждали заботы, бои, эфиопы и человек со шрамом Уольде Сэмайят, прячущийся где-то в лесу около форта.

Глава 13

До поворота на форт долетели быстро, чуть больше, чем за час. Обещанных людей и бензина видно не было. Женя тут же вызвал по рации Касаткина и получил от него заверения, что самое позднее через четверть часа все будет на месте. Сидеть эти пятнадцать минут на жестких неудобных сиденьях совсем не хотелось. Женя поерзал-поерзал, да и полез наружу. Выбрался на свежий воздух, кряхтя по-стариковски, потянулся, сделал несколько наклонов и вдруг заявил:

— Что-то скучно стало, надо бы развеяться. Анбэсса, ты тот блокнотик смотрел?

Вопрос, понятно, был риторический: трясло в «ганомаге» так, что прочесть на ходу хоть что-нибудь было абсолютно невозможно.

Эфиоп достал из кармана бережно завернутую в полиэтилен книжицу, раскрыл ее и принялся разбирать диковинные значки, комментируя прочитанное вслух. Остальные собрались вокруг и старательно грели уши. Правда, говорил Анбэсса на корявом английском, которого Галка, к примеру, почти не знала, но Клаус успевал ей толмачить, и по мере чтения глаза ее становились все больше и больше.

— Это записи какого-то человека, — переводил Анбэсса, — который исследовал территорию в районе водопада.

Женя кивнул. Про водопад он уже знал.

Эфиоп перелистнул несколько страничек.

— Тут много иносказаний, но понять, о чем идет речь, вполне можно. Здесь написаны координаты нескольких объектов, каких-то древних каменных строений. Большинство из них наполовину разрушены. И привязка дана опять-таки относительно водопада.

Эфиоп продолжал листать блокнот, бегло пролистывая страницу за страницей.

— Так, здесь описаны различные озера, большие и малые. Вот особо выделено одно из них, очень странное. Тут написано — озеро дьявола. Судя по описаниям, это озеро мы с Мероном видели, проходили мимо, когда шли к тебе, Юджин. Вот описания каких-то камней, скал. А вот тут он пишет…

Анбэсса прекратил чтение и вопросительно глянул на Женю.

— Читай, здесь все свои, — подтвердил тот, и эфиоп продолжил:

— Этот человек пишет, что, осматривая какие-то древние развалины, нашел в них странный шар. По его мнению, это — глобус этой планеты и огромная ценность. Тут дальше что-то про эпохи, про культурные слои — это мне непонятно, слишком много незнакомых слов. А вот здесь — Анбесса перелистнул книжицу в самый конец — говорится, что человек нашел недалеко от своего жилища какое-то строение, которого раньше не было. И что он собирается его посетить. Все, больше здесь ничего нет.

Эфиоп закрыл блокнотик, завернул его в полиэтилен и передал Жене.

— Юджин, я не слишком ученый человек, и мне в этих записях многое непонятно. Их надо показать Мерону, он знает больше меня, и лучше сможет перевести то, что здесь написано.

Женя кивнул.

— Спасибо, Анбэсса, я так и сделаю.

Он убрал блокнот глубоко во внутренний карман и повернулся к Сержу.

— Сергей, ты ничего не хочешь рассказать?

— О чем? — сделал тот непонимающий вид.

— О том месте, где ты нашел эти записки.

— Я уже все рассказал.

— Ну хорошо, тогда я сам кое-что расскажу. Минут пять у нас еще есть. А потом ты, может, что-нибудь вспомнишь.

Серж, старательно удерживая на лице вежливую полуулыбку, лихорадочно соображал: вот, млин, попал! Ну кто же мог знать, что в этом блокноте все так конкретно расписано! Что же делать? Шарик, понятное дело, имеет огромную ценность. Жаба велит притырить его до лучших времен. Сменять его всегда будет можно — на оружие, на еду и патроны. Он не испортится, не прокиснет — все-таки камень. С другой стороны, сдать находку сейчас — это заработать серьезный бонус доверия со стороны того же Юджина, да и всех остальных, кто живет с ним в форте. Так что же делать?

Пока Серж пытался решить вечный вопрос, Женя начал рассказ:

— Эта планета создана, скорее всего, искусственно. Ее создатели — их называют по-разному: Писателями, Смотрящими, Наблюдателями — закидывают сюда людей, устанавливают некие правила игры и соблюдение этих правил жестко контролируют. Основной способ контроля — управление каналами поставки. А, ну да, вы об этом не знаете! Каждый достаточно крупный человеческий кластер имеет в своем распоряжении некий терминал, через который можно заказать у Смотрящих практически любой предмет: еду, технику, медикаменты — все. Ограничение — нельзя пересылать живых существ. Ну и еще сильно ограничено оружие, особенно нарезное и автоматическое. Эти же Смотрящие ограничивают вес разовой поставки. И если люди перестают соблюдать установленные для них правила, Смотрящие могут уменьшить вес поставки или полностью перекрыть канал, на время или насовсем. С другой стороны, за какие-то достижения могут и бонусы выдать, разовые или постоянные.

— А что, можно действительно заказать вот совсем-совсем любую вещь? — влезла Галка.

— Любую.

— И мотоцикл?

— Ну я же обещал! В крайнем случае, если ты захочешь что-то очень уж тяжелое, закажу отдельные агрегаты. Ты ведь сможешь их собрать вместе?

— Еще бы! — фыркнула девушка.

— Хорошо, с этим разобрались. Но это было лишь вступление. Примерно два года назад Смотрящие стали добавлять в свои правила новые элементы. На планете, зачастую в самых труднодоступных местах, стали появляться некие платформы. Этакие круги из неизвестного материала диаметром в полсотни метров. А еще люди стали изредка находить шарики — вот такие же, как твой, — кивнул Женя Сержу.

Сергей, поглощенный рассказом, даже не заметил, что «этот сволочной Юджин» нисколько не сомневается в наличии у него шара.

— Если соединить шарик и эту платформу, то вместо платформы одномоментно возникает форт. По сути, средневековая крепость со всеми деталями и укреплениями, только абсолютно пустая и необжитая. Мебели почти нет, еды нет, рам в окнах — и то нет, сквозняки повсюду гуляют. Только стены и двери. Ну и крыши. Но самое главное — то, что в этой крепости появляется терминал поставки. Именно поэтому такой шарик — большая ценность и еще бОльшая редкость. Но для одного человека он бесполезен. Даже если удастся найти плиту платформы и активировать ее, в одиночку такое строение не удержать. Даже если сидеть в крепости безвылазно, все равно найдется команда, которая проникнет внутрь и прикончит старого владельца, а козырный домик заберет себе. Поэтому все подобные форты принадлежат крупным анклавам. У них есть достаточно людей и оружия, чтобы удержать в руках такое ценное имущество.

Женя закончил рассказ и в упор поглядел на Сержанта.

— Я знаю, что шар сейчас у тебя. Я готов выкупить его по любой разумной цене. Оружие, боеприпасы, снаряжение, автомобиль, топливо — все, что имеет здесь, на Платформе ценность и что можно получить по каналу поставки. Если захочешь — придет бригада мастеров и срубит тебе дом по твоему проекту в том месте, где укажешь. Только имей в виду: большинство анклавов, например, те же эфиопы, предпочитают такие вещи не выкупать, а просто отбирать. Бывшего владельца при этом, скорее всего, убьют, чтобы не болтал лишнего. Так что думай, думай. Да, и еще: если ты не собираешься отшельничать, тебе так или иначе придется жить среди людей, а от них очень трудно что-либо утаить. Об этом тоже подумай.

Женя хотел сказать еще что-то, но тут со стороны форта Сибирь подлетели две машины. Армейские джипы времен той еще войны, американские «Доджи три четверти». На взгляд Сергея, раритет ничуть не меньший, чем их броневики. Такие обычно хранятся в музеях, где энтузиасты сдувают с них пылинки и рукавом вытирают малейшее пятнышко на лаке. А если нет, то в силу возраста подобные ветераны рассыпаются на помойках кучками ржавчины. Эти же экземпляры были в прекрасном состоянии, и уверенно скакали по дорожным кочкам и рытвинам.

Передний «Додж» лихо тормознул около головного броневика, задний проделал тот же маневр. Из машин горохом посыпались здоровые, накачанные парни в современном цифровом камуфляже, в касках и брониках, но вот только в руках у них были не АК-104, обвешанные прицелами и подствольниками, и даже не старенькие «семьдесят четвертые», а вовсе «весла» АКМ. Да и то не у всех. Некоторые щеголяли немецкими «штурмгеверами» STG-44. У пулеметчика же был и вовсе тяжеленный ДПМ со здоровенным блином дискового магазина. Старший из вояк подошел к Жене и они, отойдя в сторонку, начали о чем-то переговариваться. Новоприбывшие бойцы радостно обнялись с Клаусам и, вытащив из машин канистры с бензином, начали переливать топливо в баки броневиков. А предоставленный самому себе Сергей судорожно пытался переварить вываленную на него информацию, от которой мозги буквально закипали.