Дмитрий Мансуров – Семь дней Мартина (страница 28)

— Это невозможно, — сказал голос. — Вы сделали выбор и, попав в пасть Нагати, шагнули за грань, отделяющую мир живых от мира мертвых.

— Чего?! — возмутился волк. — Эй, говорящая железяка, ты откуда взялась на нашу голову?

— Я — Определитель смирения и послушания, Воздающий по заслугам! — загремел голос. В глубине желудка заиграла тихая торжественная музыка. — Я определяю храбрость каждого из проникших…

— Стоп-стоп-стоп! — воскликнул Мартин. — Не вали все с больной головы на здоровую! Еще скажи, что мы тебе проходу не даем, все стараемся запрыгнуть в пасть и проглотиться!

— Не перебивай меня, а то не услышишь речь полностью и ничего не поймешь — голосом пожилого учителя произнес Определитель. Торжественная музыка заиграла намного громче, и Определитель величественно изрек:

— … и воздаю им по заслугам! Позвольте приветствовать вас в месте, где каждый получает согласно своим деяниям! Так внимайте же моему голосу, перешагнувшие через порог смерти, внимайте и не говорите потом, что вы не слышали! В награду за то, что вы пожертвовали собой, я награждаю вас жизнью в самом светлом и лучшем из миров, о котором вы даже не могли бы и мечтать!

Судя по всему, Мартин должен был воздеть к небу руки, повалиться на колени и благодарить Определителя за самый лучший подарок, который только существует на свете: собственную жизнь. Но Мартин поступил иначе.

— Чего?! — ахнул он. — В каком еще светлом мире? Не надо никакого светлого мира, выпускай меня обратно! Мой дом — вот самое лучшее место на свете!

Громкость музыки убавилась на порядок: Определитель не ожидал услышать подобные претензии. Мартин понял, что ранее проглоченные люди реагировали на услышанную новость с редкостным положительным однообразием.

— Я понимаю ваше волнение, — ответил Определитель, — но смею заверить, что опасения беспочвенны. Вы не видели других мест, с самого рождения проживая в деревенской глуши. Поверьте, ваше доброе дело стоит того, чтобы вы оказались в ином мире.

— Не упоминайте при мне слово «иной»! — сердито воскликнул Мартин. — Я завещание не успел написать из-за торопливости Бабы Яги, а вы мне про светлый мир уши трете!

— Сейчас я расскажу, куда вы попадете! — торжественные нотки в голосе Определителя сквозили пафосом. — Вставайте на этот круг! Поскольку вы пошли на жертву добровольно, то должны основательно намокнуть в колодезной воде, и благодаря этому окажетесь в достойном вашего поступка мире. Но если вы обманули меня и попали сюда принудительно, то ваша одежда суха, а сами вы — обманщики и трусы, убегавшие от Нагати вместо того, чтобы припасть к его губам и смиренно позволить проглотить себя. Во втором случае, вы попадете в жуткий край, где вам не будет покоя ни на одну минуту! Сотни опасностей будут подстерегать вас на каждом шагу, и вы понесете заслуженную кару за то, что смалодушничали и не принесли себя в жертву ради уходящего из деревни собрата!

— Момент! — воскликнул Мартин. — А разве самоотречение в сухой одежде не допускается?

— Нет! — сердито рявкнул голос.

— С ума сойти, какой критерий для отбора избранных, — задумчиво заметил Всеволод. — Жаль, что мы не попали под проливной дождь по пути, все веселее стало бы.

— Черт бы побрал этого Нагати и того, кто его придумал! — в сердцах воскликнул Мартин. — Почему нельзя?

— Потому что сейчас я пропущу через вас много энергии, пояснил Определитель, — она легко проникнет через мокрую одежду и перенесет вас в сказочный мир, о котором вы не и смели мечтать. Но если одежда суха, вам не попасть в сказку. Кошмар и ужас отныне станут спутниками вашей короткой и неудачной жизни.

— А как быть тем, у кого одежда не предусмотрена природой? — поинтересовался волк. — У меня своя шкура, например.

— Шкура тоже мокнет, — ответил голос.

Волк выругался словами, который в лексиконе Мартина еще не было, но теперь будут.

— На хрена я отряхивался? — рыкнул он.

Из углубления в полу выкатилась круглая пластина двух метров в диаметре.

— А если я не успел хорошо намокнуть?! — воскликнул Мартин, оттягивая момент переброски в неведомую даль. И почему неприятности имеют привычку накапливаться и нападать кучей? — Дайте мне возможность домокнуть до кондиции! Это недолго, всего десять секунд!

— Если ты не вымок — значит, ты бежал от Нагати! — раздался суровый голос. — И на поблажки не рассчитывай! Приносящие себя в жертву сидят в воде полчаса до момента, когда Нагати окажется на поверхности Земли и проглотит их. За это время ты мог намокнуть сотни раз!

— Ну, почему ты такой вредный?!

— Я вижу, ты трусишь, — сказал Определитель. — Запомни: перед смертью не надышишься! Я прекращаю бесполезные разговоры на данную тему.

— Может, я еще успею вспотеть? — пробормотал Мартин.

— Вряд ли, — ответил волк, — Если только описаться.

— Да иди ты!

— Надеюсь, крестьянам в данном смысле повезет больше.

Музыка стихла, забили барабаны. Стремительная дробь плавно усиливалась, и стало ясно, что отправка в один из обозначенных миров произойдет с секунды на секунду.

Металлические тросы остановились и направились в обратную сторону.

— Еще кого-то поймали, — заметил волк.

— Вставайте на круг, иначе вы умрете! — прогрохотал голос. По стенам и потолку забегали синие электрические разряды, и волосы на голове Мартина незамедлительно встали дыбом и заискрились. На волка и вовсе стало невозможно смотреть без содрогания. — Шагайте!

Металлические полоски поворачивались перпендикулярно стенам и «подталкивали» Мартина и Всеволода к пластине.

— Лучше не рисковать, — предупредил Определитель.

— Вставай, Мартин, — махнул хвостом волк, — пусть отправляет нас в этот несчастный мир. А там поговоришь с зеркалом, оно расскажет, куда нас занесло.

— Тоже верно.

Мартин вскочил на круг, волк запрыгнул следом. Количество молний увеличивалось в сотни раз, они метались вокруг и щекотали кожу.

— Не шевелитесь, — предупредил голос, — иначе вы собьете настройки напряжения и вообще никуда не попадете, вас выбросит за пределами Вселенной, где не существует даже пустоты!

— Иди в… — Мартин закрыл рот, не договорив фразу: молнии попали на язык, и оказалось, что это не только щекотно, но и больно.

— Прощайте! — сказал Определитель напоследок, и сотни молний слились в одну. Вспышка ослепила Мартина, и он, закрыв глаза, какое-то время молча стоял, чувствуя покой и расслабленность из-за того, что молнии пропали и наступила необыкновенная тишина.

Глава 9

— Мартин! Мартин! — раздался из кармана тревожный голос мага. — Чего молчишь, подай голос!

— Голос? — переспросил Мартин, — «Гав-гав», что ли?

Маг хихикнул.

— Тебе виднее, как отзываться. У вас все в порядке?

— Сложно сказать.

Мартин открыл глаза. Разноцветное мельтешение, мешавшие увидеть место, в которое Нагати соизволил забросить пленников, рассеялось через две минуты.

Оказалось, что злобный червь исхитрился отправить их в пустыню. Повсюду были барханы и лениво дул холодный утренний ветер.

— У меня вроде да, — ответил Мартин, доставая зеркальце. — А вот у места вокруг точно нет.

— Я слышал все, что с вами происходило, — сообщил Григорий, — только ни черта не понял, потому что ничего не видел. Но каждое слово механического червяка Нагати сохранено самописцем, — маг указал на гусиное перо, самостоятельно записывающее строчку за строчкой, — и в случае чего его речь послужит последним гвоздем, заколоченным в его гроб. Я сейчас определю, куда вас выбросило, и ваше возвращение в нормальный мир, считай, у тебя в кармане.

— Ага, определите, — поддакнул Мартин, — а то мне тоже интересно: здесь, похоже, раннее утро.

— А что с деревней? — спросил волк, поднимаясь на задние лапы и пытаясь посмотреть, что показывает зеркальце.

Словно в ответ раздался громоподобный грохот, и перед Мартином и волком на песок из ниоткуда выбежал крестьянин с рогатиной. По вздыбленным волосам пробегали остаточные разряды.

— Сам ты трус! — кричал он истерично, — Сам ты дезертир! Сражайся со мной, как мужчина с мужчиной, змеюка ползучая!

— Это ты ту штуку мужчиной называешь? — поинтересовался Мартин. — С чего вдруг?

Крестьянин дико закричал и подпрыгнул на полметра в высоту. Мартин отшатнулся, а мужик резко повернулся к ним лицом и выставил перед собой рогатину.

— А вы кто такие?! — прокричал он угрожающие. — Не подходить!! Не подходить!!!

Волк вздохнул и посмотрел на Мартина.

— По-моему, ему не хватает удара по лбу успокоительной дубинкой. Слова сказать нельзя, сразу за оружие хватается.

— Вы вместе с ним?! — рычал крестьянин. — Вы заодно с Нагати! Убирайтесь с глаз долой и возвращайте меня на место!

— Вернуть — не верну, — ответил Мартин, поднимая меч и стряхивая с него остатки синей жидкости. — А вот поставить на место — это запросто.

Крестьянин мгновенно сообразил, что его рогатина уступает мечу по всем параметрам, и пошел на попятный.

— Спокойно, мужики, спокойно! — примирительно проговорил он.