Дмитрий Мансуров – Молодильные яблоки (страница 61)
— По словам библиотекаря выходило, что именно те люди, кто варварски порвал страницы, похитили моих друзей. И у меня есть свидетель, который видел похитителей лично! — воскликнул я. Сейчас наступит момент истины. Я покажу Юльку, и она точно скажет, похищали ученые Мартина и Анюту, или нет. — Я покажу его вам, и если свидетель скажет, что похитители — вы, то мы спалим здесь все, до последнего клочка!
На лицах присутствующих нарисовался искренний интерес к моей речи. Даже Ор Лисе заинтересовался, а не испугался, как я предполагал. Я молча вытащил Юльку из-за пазухи.
— Ты слышала? — спросил я.
— Еще бы! — буркнула Юлька. — Я чуть не оглохла от твоих воплей! Показывай подозреваемых.
— Вот он! — указал я на ученого.
Тот, не моргая, смотрел на живую куклу, но о чем думал, не знаю. Может, подозревал меня в шарлатанстве или решал, откуда у меня говорящая кукла?
Юлька всмотрелась и грустно вздохнула.
— Не он!
— Ничего не понимаю! — в который раз повторил я.
— Если бы только ты! — сказала Яга. Молчавшая до сей поры, она ждала, пока мы с магом получим ответы на появившиеся вопросы, но после завершения допроса, прошедшего в мирном русле за чашкой чая, вопросов стало еще больше. — Получается, что за их спиной действовали другие люди, которые воспользовались создавшимся положением в своих целях.
— Но я не понимаю… Все улики ведут сюда, даже подстроенные!
— Значит, кто-то хотел, чтобы ты попал сюда и…
— И похитил яблоки! — догадалась Юлька. — Иван, тебя использовали, как последнего наемника, заставив выполнять приказ тайком от тебя самого.
— Скатерть со мной, и я никому ее не отдам!
Окна в кабинете покрылись паутинками трещинок от ударов камешками. Все, кроме одного стекла, на котором сами собой появлялись кривые линии. Чуть позже до меня дошло, что кто-то старательно выводит текст каллиграфическим почерком.
«Выходите на улицу и идите на юг, — прочитала Яга вслух, — и поверните огнесветы на себя, чтобы мы хорошо вас видели! Захватите с собой молодильные яблоки. Выходите, иначе распрощаетесь с пленниками раз и навсегда!»
— А вот и твой потайной работодатель… Иван, признавайся, кто рассказал твоему отцу о цели путешествия? — потребовала Юлька.
— Он не знает! Ему вручили анонимное письмо. Посыльный обнаружил конверт утром у дверей собственного дома.
— Почему дракон не подпалил этого мерзавца? — недоумевал Григорий. — Мы тоже вышли с южной части леса. Он должен был их заметить!
«Я нетерпелив!» — появилась новая надпись. Буркнув несколько нехороших слов, мы поспешили к выходу, навстречу похитителям.
Прожекторы (как их назвал пришелец) светили точно на юг, и в их свете мы различали силуэты людей, стоявших у кромки леса.
Почему дракон не спалил их, стало ясно сразу же, как мы выбежали на улицу: его безжизненное тело находилось неподалеку от убийц вверх лапами, и длинные шеи лежали под неестественным углом. Он успел напоследок выпустить три струи огня, и костры догорали позади четверки.
— Чтоб ты помер, гад! — прокричала Яга. — За что Горыныча убил, изувер проклятый?!
— Взаимно, крикливая старушка! — прокричали в ответ. — Не переживай: как весь песок из тебя высыплется, так к нему и присоединишься. Недолго осталось!
Маг молча выпустил огненный шестигранник со смещенным центром тяжести, и тот, петляя, полетел в сторону убийц. Но перед ними появилась переливающая белизной стена, и шестигранник отскочил, чтобы взорваться далеко в стороне.
— Коллега, значит, чтоб ему! — сделал вывод Григорий.
— Убил, потому что с ним невозможно разговаривать! — прокричал со стороны леса кто-то другой. Голос показался мне знакомым. — Вы когда-нибудь вели переговоры с извергающим лаву вулканом и пытались его утихомирить? Нет? Вот тогда и не спрашивайте!
Маг заклинанием приподнял прожекторы, и рассеянное сияние дошло до самых ног убийц. Теперь мы ясно увидели трех мужчин и одну девушку. Две фигуры показались знакомыми даже издалека, и сердце забилось от волнения.
Анюта и Мартин. Живые!
Похититель гневно взмахнул рукой: свет бил им прямо в глаза, и прожекторы опустились. Они так и оставались для меня слабо различимыми. Хотя голос одного я точно слышал, но сказать, где и когда, так сразу не мог. Перебирая в уме всех знакомых и малознакомых людей, я подыскивал похожие интонации. Среди придворных не было никого, кто говорил таким голосом, — я встретил этих людей позже.
— Нам нужны яблоки! — прокричал все тот же человек. Похитители были в плащах с капюшонами, и разглядеть их лица не представилось возможным в короткий миг яркого освещения.
— А нам нужны все похищенные! — прокричал я, выйдя вперед. — Где остальные?
Похититель злорадно расхохотался, и я похолодел.
— Если ты о той девчонке, то ее убили! Лорд решил выследить нас, за что и поплатился. Так ему и передашь при встрече, если останешься жив. Пусть до самой смерти кается, что не остался на месте и не стал выполнять наших приказов!
Слова, которыми я охарактеризовал похитителей, легко себе представить. Эти гады следили за нами и ждали, пока мы выполним за них грязную работу, чтобы получить яблоки на блюдечке!
«М-да, теперь все сходится… — промелькнула мысль. — Похитить Мартина и Анюту не для того, чтобы остановить поиски яблок, а ради обмена яблок на пленников».
— Как некультурно, царевич! — укоризненно ответил похититель. — Где твои манеры? Кто обучал тебя вежливости и кто сказал, что это вежливость?
— Ты не переживешь эту зиму, я обещаю!
— На твоем месте я озаботился бы, переживут ли твои друзья эту ночь! Неси яблоки, а то через минуту эта парочка будет летать над облаками вместе с драконом!
— Григорий, сделай что-нибудь! — попросил я. Но маг молчал, застыв и полностью погрузившись в собственные мысли. Нашел время для раздумий!
— Мы пытаемся! — тяжело пропыхтела Яга, ответив вместо него. — Они давят на нас магической силой, мы с трудом отбиваем атаку! Нам противостоит опытный колдун!
— Неси яблоки! — прокричал похититель.
Я медленно пошел к ним, пытаясь понять, кто они такие. Голоса. Спокойные голоса, крикливые, усталые и вежливые, они всплывали в памяти, и я сравнивал их с речью похитителей. У них обычная речь, нет особенностей в произношении, за которые можно ухватиться. Но я слышал, я их слышал! И точно знаю, что…
…что я болван!
Волнение внезапно пропало, ему на смену пришло полное спокойствие. Только сердце колотилось сильно-сильно. События выстроились в логическую цепочку, и стало ясно, что профессиональным интриганом мне никогда не стать: не замечал таких простых вещей.
— А ведь не было никакой дочери Эрбуса! — воскликнул я. — Правда, Правич?
Похититель так удивился, что на миг опустил нож от горла Мартина. Друзья смотрели на меня во все глаза. Анюта ожидала, когда я спасу их от гибели, а осторожный в суждениях Мартин гадал, удастся ли мне это сделать. Руки у обоих пленников связаны за спиной, значит, Мартин не сумеет воспользоваться моментом и напасть на похитителя. И на ногах тоже веревки, передвигаться могут мелкими шажками.
Второй похититель молчал.
— Как ты догадался?
— Ты забыл изменить голос, маскировщик! — презрительно ответил я, остановившись. До них осталось шагов двадцать, не больше. Крохотное расстояние, пройдя которое, я принесу смерть всему человечеству: похитители заберут скатерть и улетят, а мир через неделю наполнится жуткими мертвецами. — Давно вы здесь? Сколько вы ждали, пока мы соберем яблоки?
— Недавно. Новые ковры обладают большей скоростью, чем старые. К тому же они не мокнут в воде и летают в любую непогоду, и мы с трудом за вами поспели, — произнес Правич. — А ты не такой глупый, каким показался поначалу.
— Извини, но не могу ответить взаимным наблюдением! — отозвался я.
Мартин хихикнул.
— Смейся, парень, пока живой! — одобрил Правич. — А скажет твой спаситель еще одну грубость — и придется ему выбивать прощение на твоем могильном камне.
— Только тронь, и я порву скатерть! — воскликнул я.
Правич задумался над странной угрозой.
— И что из этого? — недоуменно спросил он.
— Яблоки в ней! — Я показал свернутую скатерть. — Это самобранка, яблоки хранятся внутри. Не будет скатерти — не будет яблок.
— Ты все-таки глупец! Порвешь скатерть, яблоки высыплются. Лучше достань одно яблоко! — приказал Правич. — И тогда мы не будем убивать тебя и твоих друзей. Достань и кинь его мне.
В груди ощутимо екнуло.
— Сам возьмешь, когда подойду.
— И не надейся: я тебя близко не подпущу! — воскликнул Правич. — Видел бы ты себя: вон как глаза сверкают! Еще вцепишься, укусишь… А бешенство не лечится…
— Возьмите скатерть! — искренне предложил я: на самом деле искренне, по уже известной причине. Пусть сами достают то, что им нужно.
— Докажи, что это настоящая самобранка! И побыстрее давай, холодает!
— Я не пошел бы сюда с простой тряпкой! — возмутился я. — Зачем? Обмануть и увидеть, как вы убьете моих друзей?