Дмитрий Мансуров – Конец Света (страница 48)

– С глупостями далеко не улетишь, - пробормотал летчик.

– Высади меня рядом с городом! - продолжал я, припоминая, как говорили в подобных ситуациях в кинобоевиках. Ничего умного, конечно, герои сказать не могли - не тот жанр, но в приличных картинах никто вот так на вертолетах не летал, а молчать в данной ситуации тоже не выход. - И никому ни слова! Я не хотел убивать пассажиров, они сами выпали из вертолета. Я просто занял освободившееся место!

Похоже, летчик не поверил. А кто поверит? Летаешь себе, значит, в чистом небе, ничего не трогаешь, кроме штурвала, как вдруг непонятно откуда появляется черте кто, выбрасывает спорящих пассажиров и занимает их место. Сказать кому - в психушку отправят.

– И много вас в небе таких летает? - осторожно спросил он. - Ожидающих появления свободных мест в пролетающих вертолетах?

– В очереди не стоял, - честно признался я.

– А ты… ты тоже от него? - загадочно поинтересовался он.

– От кого? - не понял я.

– От него, - повторил пилот, но ясности не добавилось ни на йоту. Не знаю, о чем он говорит, но лучше не поддакивать - уж больно он пристально смотрит, того и гляди, устроит какую-нибудь глупость.

– Нет, я сам по себе, - ответил я. - А что?

Лицо пилота почему-то посветлело. Странный тип, нечего сказать.

– Так говоришь, на поляне выбросить? - уточнил он.

– Можно и на поляне, - согласился я. - Только не выбросить, а аккуратно приземлиться и дать спокойно выйти.

– Разумеется, - ответил летчик. - Все сделаю по первому разряду!

Приземлившись и отключив двигатель, пилот обернулся ко мне и спросил:

– Слушай, парень, а как ты очутился в небе?

– А разве не видно? - спросил я, указав на горнолыжный костюм. - Решил прокатиться с вершины горы, но заплутал и, в конце концов, случайно укатился не туда, куда надо. Думал - всё, конец, но тут появились вы.

– А птицы? - напомнил пилот. - Их появление как-то связано с твоим падением?

– Конечно. Я сел на их вожака, а гуси не любят, когда из них делают ездовых птиц.

Пилот удовлетворенно кивнул. Я выбрался из вертолета, не забыв прихватить с собой автомат - на случай, если пилот решит отомстить и открыть сверху прицельный огонь, и отошел от вертолета метров на тридцать, когда пилот включил двигатель. Вертолет взлетел и полетел в сторону города, увиденного мной во время борьбы с гусиной стаей.

Странная расцветка у этого вертолета, если честно. Никаких надписей на борту, даже элементарный порядковый номер на корпусе отсутствует. Единственное вероятное отличие этого вертолета от других - сине-желтая окраска, походящая на цвет местных ос. Вон они, кстати, летают неподалеку.

"Наверное, подумал я, - так здесь принято определять принадлежность техники к разным организациям. Оса - опасное насекомое, стало быть, вертолет должен принадлежать либо военным, либо журналистам. Скорее всего, первый вариант точнее: летчик испугался, увидев меня и решив, что я - иностранный шпион. А вот журналисты - совсем другое дело. Пилот тоже испугался бы, но забросал бы меня вопросами и накатал огромную статью на целый разворот о человеке, летающем на гусях и ждущем появления свободного места в пролетающих мимо вертолетах. Кстати, а кем тогда являлись те два мужика? Если вертолет военный, то и пассажиры не могут быть журналистами: военное ведомство недолюбливает их за излишнюю болтливость, обожаемую всеми разведками мира. А поскольку пассажиры увлеченно мутузили друг друга, то наверняка являлись представителями враждующих лагерей. М-да…"

Мысль о том, что вместе с главным злодеем погиб и главный герой, наводила на неприятные раздумья. Но с другой стороны - или я, или они, другого решения здесь быть не может. И по большому счету, из-за падения обеих сторон, пропорциональное количество героев и бандитов осталось на прежнем уровне.

Придется как-нибудь найти летчика и спросить, кто упал с вертолета? Заодно узнаю, из-за чего они поссорились?

А пока надо идти в город - тот самый, в который полетел вертолет. Тем более, особого выбора нет: пребывая на высоте птичьего полета, я не увидел по соседству других населенных пунктов.

Разумеется, можно было не приземляться в открытом поле, а полететь в город вместе с пилотом, но это оказалось бы самым простым и неправильным решением. Если пилот посадит вертолет на секретной военной, мафиозной или журналистской базе, мне наступит каюк: запытают мою светлость, вкалывая сыворотку правды, размахивая раскаленными утюгами или пугая микрофонами и включенными диктофонами - в зависимости от того, на чью базу приземлимся.

Можно было бы заставить пилота приземлиться на улицах города, но в моих руках автомат, а вооруженный человек непременно привлечет внимание сил правопорядка, и после этого начнутся большие неприятности: стрельба правопорядчиков на поражение и мое последующее и не особо триумфальное возвращение в Преддверие. В любом случае, умирать второй раз за сутки (по моему личному времени, ведь я пробыл в Преддверии от силы часа три) не хотелось. И не думаю, что ангел в случае вышеописанного развития событий обрадуется моему умению завершать жизни в краткий срок. Следовательно, приземлившись недалеко от города, я поступил верно. Но от автомата придется избавиться: Отрикс прав, с оружием в городе делать нечего, и в лесу обезоружиться проще простого: утопить автомат в речке или озере.

Концы в воду, короче говоря, и точка.

"Так… непременно узнать, какого цвета автомобили местных правопорядчиков", - подумал я, бросив прощальный взгляд на пускаемые оружием пузырьки. Три секунды, и волнение на поверхности озера прекратилось. Теперь автоматы не отыщет ни одна живая душа. Правда, аккумуляторы напоследок разрядились, и несколько десятков электрошокированных рыбок всплыло кверху брюхом, но это мелочь - их быстро съдят.

Пришла пора подвести первые итоги.

Загадка номер один: что происходило в вертолете? Кажется, ничем мистическим здесь не пахнет, разве что произошла драка между сектантом и его противником, или же в вертолете планировалось жертвоприношение в пользу бога воздуха. Мало ли?

Я выбрался на дорогу. Качественно заасфальтированная, она вела прямиком в город. Там, куда я направлялся, виднелись верхушки домов, над которыми возвышалась невероятных размеров башня-небоскреб, сверкающая красно-оранжевыми закатным красками. Я видел башню, когда несся с горы, но тогда она не показалась настолько огромной - скорее всего, из-за того, что я был занят переговорами с птицами. Фантастическое зрелище. Была бы возможность забрать ее себе, обязательно бы это сделал. Скажем прямо, оторвал бы с руками.

Я шел и никак не мог понять, что именно кажется странным? Обычная дорога, обычный лес, фантастическая башня - ничего особенного. Однако ощущение, что здесь чего-то не хватает, по приближению к городу не уменьшалось, а усиливалось. Какая-то мелочь отсутствует, крохотная, точно комар. И покоя не дает аналогично.

Но, только заметив на обочине брошенную кем-то старую покрышку, я понял, в чем дело: на дороге до сих пор не появилась ни одна машина! А ведь это не какая-то там поселковая мифическая тропинка, о которой знают, что была здесь такая лет двести тому назад. Это центральная дорога!

Загадка номер два: где машины? Наступила неделя чистого воздуха, или в месторождениях резко закончилась нефть? Но ведь вертолет летал, и не похоже, что он использовал сжатый воздух или солнечную энергию.

Ладно, войдем в город, разберемся. Вдруг у местных жителей по телевизору показывают чемпионат мира по футболу, финал, 3:1, и болельщики прилипли к экранам. Какое им дело в такой момент до одинокого агента райской разведки, ломающего голову над тем, куда все подевались? Велика важность, подождет.

В город я вошел через час, но никаких изменений с наличием транспорта за это время не произошло. Даже бродячих собак, и тех не видно. Они, кстати, здесь существуют, собаки эти? Нет, зря Отрикс не рассказал, что здесь к чему. Как я определю, в чем странность, если понятия не имею о местных закономерностях.

Помню, в первый год моей работы у профессора (славные были времена, как теперь кажется) принесли в институт неизвестного зверька. Биологи (да, в нашем институте временами кто только ни работал) описали его повадки, проверили реакции на разного рода раздражители и вынесли вердикт насчет уровня опасности зверька для людей. И все бы ничего, но через месяц в институт привезли еще двух зверьков, и они повели себя совершенно не так, как полагалось согласно вердикту биологов: из подмеченных норм поведения не совпали почти все! Зверьков записали в разряд свихнувшихся от страха, и только после того, как была поймана еще одна партия по спецзаказу озадаченного биолога, выяснилось: зверьки вели себя нормально. Свихнувшимся оказался первый.

Так вот.

К чему я это вспоминаю? А к тому, что мою нормальность здесь могут посчитать сумасшествием, и наоборот.

Хотя, не исключаю, что Отрикс правильно сделал: ни к чему бурно реагировать из-за отсутствия автомобилей и собак, ведь Возмутитель не станет размениваться по мелочам после блестяще проведенных операций по уничтожению жителей нескольких планет. На планете, где он устраивает новые темные делишки, должно происходить нечто глобальное. Именно на глобальное и стоит обращать внимание: чем грандиознее событие, тем крупнее мелкие детали.