Дмитрий Лим – Рожденный, чтобы жечь! 3 (страница 4)
– Нашла чего? – спросил Боря.
– Есть кое-что интересное, – Катя подняла небольшой мешочек, сделанный из грубой ткани. – Внутри какая-то трава и странный порошок. Судя по запаху, это что-то психотропное. Возможно, этим они и зомбировались.
– А что насчет тетки? – спросил я. – Она что-нибудь вспомнила?
– Пока нет, – Лена вздохнула. – Тупо смотрит в одну точку и молчит. Как рыба об лед.
– Бесполезная бабка, – проворчал Боря, сплюнув под ноги. – Ладно, раз здесь ничего, сматываемся. Катя, прихвати эту дрянь с собой, может, в академии эти… академики чё накопают.
Вышли на улицу в смешанных чувствах. С одной стороны, отбились от нападения, с другой – ничего не выяснили. Забегаловка осталась позади, словно дурной сон. Катя плотнее закуталась в плащ, Лена поправила очки, «пушечное мясо» молчало, а Боря, засунув руки в карманы, огляделся по сторонам.
– Куда теперь? – спросила Лена, нарушив тишину.
– Понятия не имею, – честно ответил Боря. – У нас ещё с десяток мест, куда нас направил инструктор, надо бы всё посмотреть. А то ничего, кроме этих придурков, – она махнул в сторону забегаловки, – Не нашли.
Три месяца назад.
В самом сердце Преисподней, там, где вечно пылают костры тщеславия и булькают реки серных слез бывших бухгалтеров… в пещере, освещённой лишь отблесками лавы и мерцанием глаз крыс-мутантов, собрались самые выдающиеся умы (если, конечно, умение считать до шести копытами можно назвать «умом») демонической армии.
Генерал Кровожад фон Шкваркенштейн, почтенный демон с рогами, закрученными в элегантные спиральки, и пузом, свидетельствующим о его пристрастии к жареным душам грешников (особенно любил с соусом «Тысяча мучений»), восседал на троне, сделанном из костей провинившихся стажёров.
Перед ним, склонившись в глубоком и, откровенно говоря, не очень синхронном поклоне, стояли его ближайшие приспешники: Гнилозуб, заведующий отделом морального разложения; Хромоног, отвечающий за транспорт и логистику и Вечновоющий, гений пропаганды, способный убедить кого угодно, что сырая печень – это деликатес.
– Ну что, дармоеды, – прорычал генерал, сдунув с трона особенно наглую крысу, – долго еще будем здесь прохлаждаться? Где Князь Тьмы, я вас спрашиваю? Без него мы дальше этой прогнившей дыры не продвинемся!
Гнилозуб, почесывая покрытую бородавками спину своим костяным скребком, проскрипел:
– Ваша Кровожадность, мы перерыли все свитки пророчеств. Кажется, Князь застрял… в мире смертных. Мы не можем его найти…
Генерал Кровожад фон Шкваркенштейн побагровел. Его и без того внушительное пузо затряслось в приступе неконтролируемого гнева.
– Застрял?! – взревел он, так что пещера содрогнулась, а крысы бросились врассыпную, роняя куски полупереваренной души. – Застрял, как кость в глотке у червя! А где конкретнее, я вас спрашиваю? На каком смертном пляже он загорает, потягивая коктейль из человеческих слез?! Мне нужны детали, Гнилозуб! Иначе я твою гнилую голову насажу на свой любимый шампур!
Гнилозуб, окончательно съежившись под взглядом генерала, забормотал:
– Согласно предсказаниям, Ваша Кровожадность, Князь воплотился в… человека. Простого человека… мы даже не знаем конкретной личности. Лишь город, куда постоянно отправляем наших разведчиков.
В пещере повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь бульканьем реки серных слез. Даже крысы замерли в изумлении. Генерал казался окаменевшим.
Тишину разорвал хохот, сначала тихий, как шепот гаснущего пламени, а потом все громче и громче, пока не заполнил всю пещеру, отражаясь от стен и заставляя содрогаться кости стажеров на троне генерала. Хохотал Кровожад фон Шкваркенштейн. Смеялся так, что слезы (возможно, серные, возможно, нет – никто не осмелился подойти ближе и проверить) текли по его щекам, а спиральки рогов опасно раскачивались.
– Человек?! – сквозь приступы смеха просипел генерал. – Наш Князь Тьмы, сам Повелитель Ужаса… человек?! Да это же анекдот! Это же комедия почище, чем когда я заставил черта съесть шляпу! Ладно, хватит ржать. Гнилозуб, ты сказал, город? Какой город? И будь добр, говори внятно, а то я тебе сейчас глотку скребком прочищу!
Гнилозуб, которому явно не нравилась перспектива стать объектом генеральской гигиены, промямлил:
– Город… Византийск, Ваша Кровожадность.
Кровожад перестал смеяться. У него загорелись глаза, словно два маленьких адских костра.
– Византийск, значит? Город, где грехов больше, чем тараканов в канализации? И наш Князь, возможно, бродит там, как обычный… смертный? Вечновоющий! – рявкнул генерал, повернувшись к бледной фигуре пропагандиста. – Займись этим! Созови сильнейших кукловодов! Пускай ищут!
Вечновоющий, казалось, даже воспрял духом от столь масштабной задачи. Он прогнулся в низком поклоне, так что его длинный, фиолетовый язык коснулся пола пещеры.
– Будет сделано, Ваша Кровожадность! Я создам такой шум, такую панику, такую истерию, что они сами начнут искать Князя Тьмы под каждой кроватью! Я заставлю их верить во что угодно! Главное, чтобы они боялись!
Генерал кивнул.
– Отлично. Тогда за работу, бездельники! И помните: Князь Тьмы… застрявший в теле человека… это наш самый уязвимый момент. Если смертные узнают правду… все пропало. Так что не облажайтесь! Идите! И принесите мне голову… в смысле, информацию о Князе!
Приспешники, пятясь и спотыкаясь, покинули тронный зал. Кровожад фон Шкваркенштейн остался один. Он посмотрел на кипящую лаву, отражавшуюся в его злобных глазах.
– Человек… – повторил он тихо. – Человек, значит… Что ж, посмотрим, что ты за человек, Князь. И посмотрим, как долго ты сможешь оставаться человеком, когда я возьмусь за дело. Эта игра будет интересной… очень интересной.
Он оскалился, обнажив ряд острых, как бритва, зубов.
– Ну что, готовься, мир людей. Потому что Ад идет к тебе… в командировку. И он привезет с собой много серы, паники и… жареных душ с соусом «Тысяча мучений».
Вновь обратив свой взор на клокочущие волны магмы, генерал Кровожад задумчиво почесал пузо, поглощённый мыслями о грядущей авантюре.
Он предвкушал хаос, который обрушится на мир смертных, когда Ад наконец-то решится посетить «Большое Яблоко».
И лишь одна мысль не давала ему покоя: что, если Князь, облачённый в человеческую плоть, уже и сам забыл о своём истинном происхождении?
Что, если Повелитель Тьмы, вместо того, чтобы плести козни и сеять разрушение, теперь просто наслаждается человеческим миром? Что, если он не захочет порабощать людишек?
Эта перспектива одновременно забавляла и пугала генерала. Забавляла, потому что представить себе Князя в роли офисного планктона было невероятно комично. Пугала, потому что, если Князь действительно «очеловечился», вся структура Преисподней могла рухнуть, как карточный домик.
Кровожад откинулся на троне, размышляя о дальнейшем плане действий. Нужно было действовать осторожно и наверняка. Никакой грубой силы, никакого открытого вторжения.
Только тонкая игра, манипуляции и дезинформация. Нужно было разбудить Князя Тьмы внутри обычного человека, напомнить ему о его истинной сущности.
И если это не получится… что ж, тогда Кровожад фон Шкваркенштейн лично займётся низвержением в пучину забвения этого «очеловечившегося» Князя. Но пока… пока игра только начиналась.
Генерал встал с трона, тяжело ступая по костям стажёров. Он направился к выходу из пещеры, вдыхая зловонный воздух Преисподней.
Его ждала работа. И он был полон решимости выполнить её наилучшим образом. Ведь от этого зависело не только его личное будущее, но и судьба всего Ада. А Кровожад фон Шкваркенштейн не любил проигрывать. Особенно, когда на кону стояла такая захватывающая и масштабная игра.
Глава 3
Боря достал из кармана мятую карту города, разложил ее на капоте ближайшей машины и, нахмурившись, начал изучать. Лена заглядывала через плечо, Катя что-то тихонько бормотала себе под нос, а я просто стоял рядом, чувствуя, как магия постепенно возвращается ко мне.
«Пушечное мясо» рассеялось по округе, видимо, решив, что их миссия на сегодня окончена. Что ж, тем лучше. Меньше свидетелей – крепче сон.
Боря ткнул пальцем в одну из точек на карте.
– Ладно, выдвигаемся сюда. Здесь недалеко, там какая-то заброшенная фабрика. Может, что-нибудь интересное найдем.
Шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Город жил своей обычной жизнью, не подозревая о том, что где-то рядом бродят потенциальные «зомби» и одержимые. До заброшенной фабрики добрались быстро. Здание выглядело зловеще: обшарпанные стены, выбитые окна, ржавые ворота. Вокруг валялся мусор, а в воздухе чувствовался запах гнили.
Боря осмотрелся.
– Петрова, посмотри, есть ли здесь что-нибудь магическое. Мясо, если шо, готовьтесь ломать лица. Малой, будь начеку.
Петрова, нахмурив брови, начала водить руками в воздухе, словно вылавливая невидимые нити. Лена, как всегда, достала свой блокнот и принялась что-то быстро записывать.
Что на счёт Кати, так она оказалась весьма интересной личностью. У неё была способность находить «следы». Особые следы, что было редким даром. В целом, я понимал, почему она здесь.
Ищейка. Магическая ищейка.
«Пушечное мясо» – эти парни, казалось, были рады любой возможности подраться, поэтому с энтузиазмом разминали кулаки и поглядывали на ржавые ворота. Я же, чувствуя себя немного лучше, просто стоял рядом с Борей, готовый в любой момент применить свои скромные магические познания.