Дмитрий Леонов – Несколько жизней Сексуальной Кошки (страница 19)

Тогда же Ольга наслушалась пересказов историй о том, как обращаются с детьми в таких домах-интернатах. Вариант с отказным письмом отпал сам собой: уж лучше её ребёнок умрёт у неё на руках, но она будет знать точно, что никто с ним жестоко не обращается. Уже гораздо позже к ним в отделение из этого дома-интерната пришла на работу санитарка. Ольга долго обходила её стороной, но в конце концов нашла повод поговорить с ней. Санитарка оказалась добродушной пожилой женщиной, из интерната она ушла, потому что было далеко ездить. В разговоре она постоянно жалела, что пришлось уйти – там и зарплата выше была, да и к детишкам привязалась. Выяснилось, что ужасов, которые в своё время пересказывали Ольге, там нет и в помине.

Николай продолжал:

– Я им ситуацию обрисовал – ты их вполне устраиваешь, тем более они о тебе много хорошего слышали. Я предупредил, что тебе какое-то время потребуется, чтобы формальности уладить – ну там инвалидность оформить, на старом месте рассчитаться. Они готовы ждать. Правда, автобусы туда редко ходят, но у них там много народу от нас ездит, я думаю – привезут-отвезут в случае чего. В крайнем случае такси вызовешь. Ты довольна?

– Да, наверное, – за то время, что она лежала в больнице, она успела отвыкнуть от такого стремительного развития событий.

– Ну тогда отдыхай. Завтра отзвонишься после обхода, скажешь – когда выписывают. А я пойду схожу в отделение – Наташку проведаю.

– Привет ей передай, скажи – у меня всё в порядке, – Ольга представила, как Наташка в белом больничном халате носится по этажам их корпуса, и улыбнулась.

– Точно всё в порядке? – переспросил Николай, – Мать, ты там не кисни. И лекарство выпей – чтобы всякая дурь в голову не лезла. Ну пока, до завтра.

Он отбился. Ольга в который раз поразилась: поговорила с Николаем – и все проблемы отступили. А ведь всего десять минут назад она уже решала, как лучше самоубиться. Она вернулась в палату. Жанна, похоже, её поджидала:

– Ну что, поговорила со своим? Вижу, вижу – светишься вся! А то уходила – лица на тебе не было.

– Спасибо вам! – Ольга сейчас была благодарна всему миру.

– А мне-то за что? – удивилась Жанна.

– За всё, – Ольга села на кровать и задумалась. Было уже поздно, но спать не хотелось. Она достала сигареты из тумбочки и пошла к двери.

– Ты куда на ночь глядя? – окликнула её Жанна, – Опять курить намылилась? Мы тебя ждать не будем – свет выключим.

– Выключайте, я на ощупь.

Охранница на вахте удивлённо уставилась на неё:

– Вы куда? Ночью не положено из корпуса выходить.

– Я здесь за корпусом на лавочке посижу, а то в палате душно, – и, видя, что охранница колеблется, Ольга добавила, – Ну пожалуйста!

– Ладно, – проворчала охранница, – Но только далеко не уходите, чтобы я знала, где вас искать.

На улице уже темнело, зажглись фонари. На дорожках больничного городка было пусто, только у главных ворот мелькали редкие прохожие. И всё так же был слышен всепроникающий шум большого города. Рядом с лавочкой тоже светил фонарь. Ольга села и достала из пачки сигарету. Странное дело – целый день таскается с пачкой, а выкурила от силы половину. В книжках написано, что курение снижает вероятность появления болезни Паркинсона. В её случае это не сработало. После разговора с мужем она почувствовала прилив сил, двигаться стало легче. Ольга усмехнулась – в книжках про это написано так: «состояние больного во многом зависит от его эмоционального фона». Да, это она заметила: чем сильнее нервничает – тем сильнее колбасит. И наоборот: чем лучше настроение – тем легче двигаться. Поэтому-то на антидепрессантах ей было чуть полегче. А депрессняк понятен – о нём в книжках про болезнь Паркинсона тоже написано. Она вспомнила лекции в институте – пожилая профессор объясняла: «Это не всё в мире хреново, а у вас просто понизился уровень серотонина – гормона радости». Так что парится она сейчас не по делу – Николай был прав, когда на неё наорал.

Кроме того, есть ещё одна сторона этого дела, о которой днём напомнил Николай – она не одна на свете, она жена и мать. И он прав – у неё есть обязанности перед близкими. Она вспомнила историю, которая случилась с одной больной из её отделения. У женщины в возрасте случился инсульт. Привезли к ним, откачали и выписали домой долечиваться. Дочь у женщины оказалась хорошая – навещала в больнице, дома ухаживала, как положено. А у женщины был бзик – она теперь обуза для дочери, жизнь ей отравляет. Всё-таки инсульт по мозгам бьёт, и интеллект тоже задевает. И вот однажды, когда дочь была на работе, эта женщина добралась до окна и выбросилась. С её точки зрения – избавила дочь от обузы. А с точки зрения, скажем, соседей – дочь так плохо ухаживала за ней, что она решилась на самоубийство. Короче, подгадила дочке напоследок.

Неужели она такую подлянку Наташке подкинет? Да ещё с учётом того, что Наташка хочет стать врачом. Ольга вспомнила доктора из их отделения – он ушёл из отделения вскоре после того, как она пришла после института. Талантливый дядька, все думали, что он рано или поздно станет зав. отделением – когда шеф соберётся на покой. Но он вдруг уволился. Объяснил так – не могу лечить других людей, если своего родственника не смог спасти. У него кто-то из близких родственников умер. Тогда Ольга считала его поступок чуть ли не предательством профессии, а сейчас понимала, почему он так поступил. Получается, что своим идиотским поступком она не то что не облегчит дочери жизнь, а вообще всю судьбу поломает. Николай прав, что так разозлился на неё. Нельзя быть такой эгоисткой.

Тем временем совсем стемнело. Ольга достала из пачки новую сигарету и прикурила от окурка. Сигаретный дым причудливо извивался в свете уличного фонаря. Она затянулась – кончик сигареты ярко вспыхнул. Этот яркий красный огонёк осветил в её сознании простую и невероятную мысль – она должна была оказаться в этом интернате. Зачем – она не понимала. Но огонёк горящей сигареты ясно осветил связь событий. Она должна была попасть в этот интернат ещё с первой дочерью, но она увильнула. Теперь обстоятельства снова складываются так, что она должна туда поехать. Ольга достала сигарету изо рта и стала внимательно рассматривать её тлеющий кончик, как будто хотела там увидеть ответ. Нет, это просто случайное совпадение. Случайное ли? А как проверить? Если судьба третий раз приведёт её туда – значит, это не случайность. Ведь не зря существует множество баек и анекдотов про три звоночка.

А если это действительно судьба всё подстраивает? Первый раз случилось несчастье с её дочерью, второй звоночек – заболела она сама, а что же тогда будет после третьего звоночка, если она будет сопротивляться судьбе? Мистика какая-то! Но она за время работы в отделении видела такие вещи, которые заставляли задуматься о мистической природе событий. А главное – ставка в таких опытах слишком высока, чтобы просто так отмахнуться от этих рассуждений.

Ольга снова затянулась табачным дымом. Итак, первый звоночек. Да, её первый ребёнок был очень тяжёлым – как специалист она это прекрасно понимала. Но, с другой стороны, судьба дала ей всё, чтобы справиться с этим: она медик – а это не только знания и навыки, но и контакты в медицинской среде. Она вспомнила, как все охотно шли ей навстречу. Дальше – у неё не было жилищных и материальных проблем. Отношение Михаила? Если бы она захотела, она бы заставила мужа принять дочь – у неё достаточно упрямства. Но она сдалась первой, не приняла вызов судьбы – и получилось то, что получилось.

Теперь второй звоночек – её нетрадиционный Паркинсон, который они всем отделением не смогли диагностировать. Тоже безвыходная ситуация – болезнь Паркинсона не лечится. Но опять у неё есть козыри на руках. Это её специализация, у неё двадцатилетний опыт, как врач она знает, что надо делать в таких случаях. У неё любящий муж, который заботится о ней. Только сейчас до Ольги дошло, какую титаническую работу провернул Николай – всего за два часа он прошерстил все медучреждения района и нашёл ей вакансию с невероятными условиями. А ведь другие ищут подходящее место месяцами! И Наташка тоже в медицину подалась. На самом деле все условия созданы. А она в очередной раз задумала обмануть судьбу, попыталась пойти по пути наименьшего сопротивления. Каким же тогда был бы третий звоночек? Ольга вздрогнула, сигаретный пепел посыпался на колени. Наташка! Ольга отшвырнула сигарету и вытащила телефон. Чёрт! Николай же говорил, что эта коза мобильник дома забыла. Ладно, позвоним ему самому.

– Алё? – удивлённый голос Николая. Но вроде не спит.

– Ты где?

– У себя в отделении. А ты чего не спишь – уже почти двенадцать?

– Как там Наташка?

– Привыкает, – удивление в голосе Николая не проходило, – Она тут трубку вырывает, сама с ней поговори.

– Мамка! – Наташка, дочка! – Мамка, как ты там? Мне папа всё рассказал. Мамка, я так скучаю! Когда ты приедешь? Приезжай скорее! Всё будет хорошо! Я буду за тобой ухаживать, я научусь! Только приезжай!

– Дочка, у меня всё нормально, – Главное – не реветь! И построже с ней, построже! – Меня выпишут завтра или послезавтра. А ухаживать за собой я и сама могу. Ты там чем занимаешься?

– Полы мою! – такой гордый голос, как будто выиграла конкурс красоты.