Дмитрий Леонов – Коктейль Молотова для сына (страница 56)

– Как известно, работа установки по перемещению во времени основана на принципе самосогласованности Новикова. Сами перемещения допускаются некоторыми решениями уравнений Эйнштейна, разрешающими существование замкнутых времениподобных линий. То, о чём вы сказали, следует непосредственно из принципа самосогласованности Новикова. Попав в 1991-й год, вы внесли некое возмущение, которое действительно вызвало определённые изменения в истории. Существование замкнутых времениподобных линий позволило избежать нарушения принципа причинности. Но потом постепенно траектория движения по пространственно-временной плоскости вернулась к исходной. Грубо говоря, время само себя исправило. Я понятно объясняю?

Светка не мигая глядела на него, раскрыв рот. Первым сориентировался Лёха.

– А что это означает на практике?

– По моим подсчётам, траектория в целом вернулась к исходной примерно через год после внесения возмущений. То есть если вы побывали в августе 1991-го года, к известным вам событиям история вернулась в конце 1992-го года.

– Сейчас уже понятнее, – неуверенно ответил Лёха. – То есть переместиться во времени больше не удастся?

– Нет, пока не будет заменён пространственно-временной преобразователь, я бы не стал рисковать. Но, с вашего позволения, я останусь тут и ещё немного поэкспериментирую.

– Да, конечно, – согласился Лёха.

У Ивана пискнул телефон – пришла СМС от Ольги: «Вышла из больницы. Есть новости. Сейчас приеду». Она заявилась через полчаса. Сочетание коротких волос и платья смотрелось очень необычно. Но, похоже, Ивану это понравилось.

– Что в больнице сказали? – деликатно поинтересовался он.

– Тебе срок в неделях назвать, или сразу пол ребёнка? – огрызнулась Ольга.

– Чего? – Иван побледнел и отставил пиво. – Нормально так погуляли! И чего теперь делать?

– Зови будущих бабушку и дедушку. Типа будем знакомиться.

– Так уже знакомы.

– А теперь в новом качестве.

Иван постучался в комнату отца.

– Пап, можно тебя?

Александр Маркович вышел со своей неизменной трубкой.

– А, молодёжь! Приветствую!

– Пап, познакомься – это Оля.

Александр Маркович повернулся к Ольге и чуть заметно вздрогнул.

– Мы уже знакомы. Если не считать новой причёски. Оля, ты стала похожа…

– А что у вас с правой рукой? – перебила его Ольга.

– Это уже давно, – смутился Александр Маркович. – В молодости случайно обжёг.

– Коктейлем Молотова? – Ольга не отрываясь глядела на него. – На Краснопресненской набережной?

Александр Маркович ответил ей таким же тяжёлым взглядом. Это продолжалось несколько бесконечных секунд, после чего он первым отвёл глаза. А во взгляде Ольги продолжала плескаться ярость.

– Зачем звал? – спросил Александр Маркович у сына.

– У меня будет ребёнок, – ответил Иван, потом показал на Ольгу и поправился. – У нас.

– И давно ты об этом узнал?

– Только что.

– И что ты планируешь делать?

Иван пожал плечами. Тогда Александр Маркович повернулся к Ольге.

– Иван должен закончить учёбу. Реши эту проблему сама.

– Отец! – вскочил Иван.

– Послушайте, вы уже взрослые люди, и должны знать, как это делается.

Иван схватил Ольгу за руку.

– Пойдём отсюда!

– Поговорим, когда вернёшься! – крикнул Александр Маркович.

– Я не вернусь, – ответил Иван, обуваясь. На улице он спросил:

– Что это было?

– Это он кидал в нас коктейль Молотова! – закричала Ольга. – А я выстрелила в бутылку, поэтому у него обожжена рука.

– Бред какой-то! – воскликнул Иван. – Получается – он хотел убить своего сына?

– Ну ты же слышал, что он предложил убить своего внука! – ответила Ольга. – Это всё либеральная философия твоего папочки! За последние двадцать с лишним лет он совсем не изменился!

Иван резко остановился.

– Давай отложим обсуждение моих предков на потом!

– Ладно, пойдём! – перебила его Ольга. – Только куда?

– К Лёхе. Потусуемся у него, пока я хату не сниму.

– На какие шиши? – поинтересовалась Ольга. – На стипендию?

– Я ухожу из универа и пойду работать. Вон Лёха бросил универ, и ему только на пользу пошло.

– Батя меня убьёт, когда узнает, – вздохнула Ольга. – Вот приедет из командировки – и убьёт. Он вообще мальчика хотел, а родилась я. Вот он меня и таскал по стрельбищам и всяким полигонам. И даже назвал в честь какой-то десантницы Оли.

Глава 20

– Чего это вы на ночь глядя? – удивилась гостям Мария.

– Мам, Ванька с Ольгой у нас переночуют? – спросил Лёха.

– Что случилось? – спросила Мария, но, вглядевшись в лицо Ольги, произнесла. – Понятно!

– Что понятно? – смутилась Ольга.

– Садитесь, ужинать будем, – не ответила Мария. Отец тоже был дома, после смены он успел выспаться, и поэтому был в хорошем настроении.

– Как дела? Чего носы повесили?

– Всё плохо! – объяснил Лёха.

– А мне мать, наоборот, сказала – у вас всё получилось, – удивился отец.

Иван с Ольгой сидели молча, предпочитая не вмешиваться в семейный разговор.

– Ничего у нас не получилось! – продолжал Лёха. – Мы же хотели сохранить социализм, чтобы всё было как раньше. Чтобы были равенство и справедливость, чтобы у каждого были перспективы, независимо от денег и места жительства, чтобы развивались наука и производство. А вернулись у тому, с чего и начинали. Как мама говорит – а кони всё скачут и скачут, а избы горят и горят.

– Ну, начнём с того, что раньше не всё было идеально. И разве мать тебе не говорила, что она тогда в этом деле разочаровалась? Я про сохранение Советского Союза.

– То есть вы знали, что у нас ничего не получится? – возмутился Лёха.

– Догадывались, – кивнул отец.

– А что же вы мне не сказали?

– Можно подумать – это бы что-то изменило.