Дмитрий Леонидович – Еще один некромант 3. Прыжок назад (страница 12)
Я вздохнул. Вроде Татьяна уже не моя головная боль, но она была моей женщиной какое-то время.
По представлениям Того Мира если ты взял себе женщину – должен заботиться о ней пожизненно. Потому что от отношений бывают дети, а детей обратно в утробу не запихнешь. Молодость и красоту тоже не вернешь.
На Земле всё не так, но где-то в глубине души я продолжаю считать, что несу ответственность за эту взбалмошную девицу.
– У тебя есть его фото?
– Есть, – удивилась.
– Перешли мне.
Она скинула мне фото своего мачо. Я открыл его на планшете, глянул скептически. Не люблю таких. Что женщины в них находят? Впрочем, я вообще парней не могу оценить с точки зрения любви.
Оценил все «за» и «против».
Возможность для действия – есть.
Повод вмешаться есть – ко мне обратилась за защитой женщина, за которую я всё еще считаю себя ответственным.
Причина чувственная есть – когда самец угрожает самке – это мерзко. Жизнь и здоровье молодой самки в несколько раз ценнее жизни самца. Это биология. Если самец этого не понимает – он вреден для вида и должен быть устранен. Идея, что любая человеческая жизнь одинаково бесценна – глупа и вредна. Она позволяет нам уживаться в плотно заселенных городах, но природу не обманешь – агрессивность сначала нарастает, проявляя себя в инфантильности или бытовой жестокости, а потом прорывается очередной войной.
Осталось придумать причину для разума. Если есть желание что-то сделать, нет ничего проще поиска логического оправдания. Чем не причина – Татьяна может остаться в моем круге общения и даже быть полезной, мне не нужно, чтобы рядом с ней появился агрессивный создаватель проблем.
Повод, желание, оправдание и возможность сошлись в одной точке.
– Да будет так, – пробормотал я себе под нос.
Пробормотал, и активировал работу амулета. Где-то на другой стороне земного шара человек, чьё фото я видел на своем планшете, упал без признаков жизни. Татьяне я этого, конечно, не сказал.
– Не переживай, – утешил я ее. – Если он прилетит и станет устраивать тебе проблемы, позвони мне, я попробую помочь.
Татьяна не поверила, но успокоилась.
6. Переезд
В день моей выписки Юля дежурила в больнице. Она заранее купила и принесла инвалидное кресло с большими колесами, которые можно крутить руками. Оно пригодится мне, чтобы ездить по квартире. Дома у себя она тоже всё подготовила к моему приезду. За годы работы она уже имела дело с парализованными пациентами и знала, что именно мне потребуется для более удобной жизни.
Пришли мои родители.
Больница выделила машину.
– Пора, – появилась с документами Юля. Она отпросилась на пару часов, чтобы помочь мне с переездом.
Первый сюрприз обнаружился, когда мы спустились к машине. Оказалось, что в ней не предусмотрено устройств для загрузки инвалида в кресле. Носилки с лежачим больным можно грузить через заднюю дверь, а коляску – только поднимать на руках.
Оценив трудоемкость задачи, отец предложил ехать на его машине, а больничную отпустить. Действительно, оказалось, что пересадить меня с каталки на пассажирское сиденье седана намного проще. Я даже сам с этим справился, только кресло складывать в багажник пришлось спутникам.
Следующая проблема обнаружилась в подъезде Юлиного дома. Дом был старый, от входа к лифту шел пролет крутой лестницы. Лет десять назад на него положили сваренный из швеллера пандус для колясок, но въехать по нему самостоятельно я бы не смог. И с помощью щуплой Юли – тоже не смог бы. Даже отец затолкал меня вверх с заметным усилием.
«Придется сидеть в квартире, пока не встану на ноги» – понял я.
«А если бы я навсегда остался парализованным, пришлось бы покупать кресло с электротягой. А оно стоит, как приличный автомобиль».
«Быть инвалидом – это дорого».
Квартира у Юли оказалась двухкомнатной. Мне она выделила диван в гостиной.
В наследство от бабушки девушке досталась кое-какая мебель. Большие напольные часы с маятником в красивом резном шкафчике с застекленной дверцей. Они громко тикали. Огромный массивный комод с широкой столешницей и полкой, закрепленной над ней на двух резных столбиках. Кресло-качалка, плетеное из лозы. За стеклянной витриной серванта времен СССР среди залежей хрусталя стоял набор маленьких чашечек из старого китайского фарфора. Эти вещи бросались в глаза на фоне современной недорогой обстановки и отделки.
– Ну, вот твое лежбище, – хозяйка показала мне диван, который должен стать моим основным пристанищем на ближайшие месяцы.
Девушка показала мне и родителям всё, что может мне понадобиться, оставила матери запасной ключ от квартиры и ушла на дежурство.
Мать приготовила мне кашку, потом уселась рядом. На лице – желание поговорить.
– Юля хорошая девушка, – начала она.
– Угу.
– Она на тебя так смотрит, как будто влюблена.
Свежеиспеченная ведьма действительно постоянно оказывала мне знаки внимания и хлопотала вокруг моей тушки, как наседка вокруг любимого яйца. Иногда невзначай касалась бедром моей руки.
– Угу.
– Но… как?
– Медсестры часто влюбляются в пациентов. Я читал об этом.
– Но у тебя же… это же… – она развела руками, показывая бесперспективность отношений со мной.
– Не переживай. У нас деловые отношения. И духовная близость.
Разговор постепенно затух.
Присутствие родителей стало тяготить. Хотелось тишины и свободы. Я сказал, что устал, хочу поспать и предложил родителям ехать домой. Пообещал, если что понадобится – позвоню.
Они ушли, а я выбрал себе в сети сериал и с наслаждением стал его смотреть серия за серией. В Том Мире сериалов не было, после долгого перерыва было интересно вернуться к цивилизованному способу убийства времени.
Вечером мне захотелось пить, я попытался съездить на кухню и… переоценил свои возможности. На обратном пути, перебираясь с кресла на постель, я упал.
Я лежал на полу. Слабые руки отказывались поднимать мое тело на диван. Ноги были бесполезным грузом.
– Ты Бенек Повелитель Смерти или вялый червяк? – спросил я себя.
«Вялый червяк» – пискнул внутренний голос.
– Нет. Я – Бенек Повелитель Смерти, маркграф Московский. И могу себе позволить лежать, где мне удобно. А сейчас мне удобно на полу.
Я стащил с дивана подушку и устроился с комфортом. Оказалось – действительно удобно.
Планшет остался на постели. Без него скоро стало скучно. Пришлось после отдыха сделать еще одну попытку подъема, на этот раз удачную.
Когда я расположил свое тело на диване, был потным от усилий, усталым, но улыбался.
Совсем недавно я был способен выйти в полном доспехе с мечом против нескольких соперников. Или забраться по веревке на крепостную стену. Или скакать на коне.
Но сейчас подняться самостоятельно с пола на кровать – более важное достижение. Это разница между человеком, который ничего не может, и человеком, который может перемещаться по квартире.
Утром пришла взволнованная Юля.
– Как ты тут?
– На удивление неплохо. До верхних полок не достаю, помыться самостоятельно мне не светит, готовить на плите неудобно, но в целом – неплохо. Осталось научиться самостоятельно переодеваться…
– Ничего, скоро мы тебя вылечим. Я продумала план лечения.
– И какой же?
– Я подумала – тебе надо наращивать мышечную массу, чтобы стать сильнее. Но для этого надо хорошо питаться. Чтобы хорошо питаться, надо привести в порядок органы пищеварения. Вот с них и надо начинать.
– И рост нервов в позвоночнике надо время от времени подстегивать. Возможности организма не бесконечны, но если обновлять воздействие – получится быстрее. Я знаю, ведьмы так делают.