Дмитрий Леонидович – Дыра к морю 4 (страница 3)
Барон Шилфи устало потёр висок.
– А как быть с князем Пустоши? – спросил он.
– Что за князь Пустоши? – насторожился храмовник.
– Всё тот же сэр Олег. Теперь он присвоил себе титул князь Пустоши. И более того, Пеори этот титул признала. У нас с ним подписан договор о военном союзе.
– Может, с ним тоже можно решить вопрос миром? – предположил храмовник. – Дать ему титул барона. Это будет хорошее приобретение для короны.
– Я не уверен, что он согласится на такой обмен, – поморщился Шилфи. – Вопрос о баронстве я ему задавал, и он тогда предпочёл княжество на пустых землях.
– Разве это не глупо?
– С учётом того, что он их уже начал заселять, не так уж глупо.
– Неужели он станет воевать против Храма? – засомневался король.
– Хорёк? Хорёк станет… – задумчиво пробормотал храмовник.
Собеседники поговорили ещё, но быстро пришли к выводу, что обсуждение беспредметно, пока не известно мнение баронессы и князя.
– Я напишу им письма, – решил король. – Баронессе предложу обменять баронство на другое. Тут сложностей нет, она обязана подчиниться мне. Князю… Ему предложу равноценное баронство. Даже город к нему добавлю. Титул может себе оставить, пусть называется князем, если нравится.
Храмовник был доволен переговорами.
– Думаю, я побуду в столице, пока идут письма, и мы без спешки обсудим размеры компенсаций, – на лице храмовника блуждала лёгкая улыбка.
* * *
– Что думаешь? – поинтересовался король, когда храмовник удалился.
– Сложно всё. Я не верю, что князь согласится. Разговор о баронстве уже заходил, я помню его реакцию.
– Даже если так?
– Князь начнёт воевать с Храмом. На войну с поморцами он не придёт. Мы лишаемся союзника.
– На золото храмовников можно нанять войска. Хоть бы и в соседних странах.
– Не успеем.
– Если договориться с кем-нибудь из повелителей заранее, успеем.
– А князь?
– А что князь?
– У нас с ним договор о союзе. Если он начинает войну с Храмом, Пеори должна поддержать его.
– Формально войны ещё нет. Храмовники идут забирать себе Трельск. Мы согласны. О князе они ничего не говорили. Думаю, эта война закончится раньше, чем письма о ней дойдут до столицы. Постфактум мы выскажем Храму своё неудовольствие, Храм выплатит компенсацию. Сначала компенсацию за баронство взамен Трельска для баронессы, потом компенсацию за нападение на нашего союзника.
– Я не уверен, что баронесса согласится на обмен, если князь решит воевать.
Король нахмурился. Потом махнул рукой:
– Мы можем обсуждать это до бесконечности. Надо писать письма. Пошлешь гонца одвуконь. Нам желательно узнать их ответы раньше, чем мимо столицы пройдут войска Храма.
Король занялся подбором подходящих земель и титулов, после чего позвал секретаря для подготовки писем.
На следующий день с утра гонец ускакал в Трельск. Он ехал с заводной лошадью, пересаживаясь с одной на другую, чтобы животные отдыхали. На дорогу в отдалённое баронство ему потребовалось меньше недели времени. Ещё неделя – и он вернулся с ответом.
* * *
Время в столице Офилон проводил с большим удовольствием. В этом ему помогали три девушки. Особенно старалась чёрненькая. В ней действительно было много животной страсти. Это освежало. И внешность такая, незаурядная.
Храмовник поглядывал на неё и вдруг задумался, не сделать ли ей ребёнка?
Тогда у него будет сын с чёрной кожей. Разве это не забавно?
Тонкого политика из такого не получится, природный темперамент будет заглушать хитрость. Но как помощник для простых и понятных задач, требующих доверия, он был бы полезен.
Пока Офилон не обзаводился детьми. Какой смысл воспитывать сына, если скоро увидишь, как он стареет и умирает? Но теперь многое выглядело по-другому. Патриарх его явно выделял. А это – повод подумать и о бессмертных сыновьях. Не прямо сейчас, но когда они достаточно подрастут для амулета бессмертия, многое уже изменится.
Или не торопиться?
Возможно, отец ещё не определился, кто ему более удобен в качестве помощника и преемника, Офилон или Мунилья. Так или иначе, в ближайшие годы всё определится. Даже не годы, месяцы, по результатам захвата баронства.
Было бы здорово уладить это дело миром. Получилось бы потешно. Мунилья приходит со своими золотыми всадниками, а воевать не с кем. И кто принесёт Храму баронство без боя? Он, Офилон. Да, это было бы превосходно. Но получится ли?
А был ещё и намёк на то, что Патриарх может уйти. Может отец так поступить? Все ждут, что он станет сопротивляться смерти до последней возможности. Может он уйти, хотя бы ради того, чтобы в последний раз всех обставить? Понять Патриарха сложно. Невозможно. Как понять того, кто живёт столетиями?
– Владыка? – затылок оказался в плену между двух крупных упругих грудей, а в ворот хитона скользнула тонкая тёмная рука.
– Жизнь прекрасна. Жизнь удивительно прекрасна, малышка, – улыбнулся храмовник.
* * *
Гонец вернулся.
Король распечатал первым письмо от князя Пустоши. Прочёл. Передал барону.
«Повелитель, как человек честный, я не могу отказаться от выполнения союзнического договора между нами. Раз уж войска Храма решили напасть на земли вашего вассала, барона Трельска, я окажу всю возможную помощь в этой войне и приму бой с храмовниками на его стороне».
– Ну, я не удивлён, – пожал плечами барон. – Не знаю, на что он надеется, но не удивлён.
Король читал второе письмо. Его он тоже подал барону. Со вздохом.
«Повелитель мой! Я не могу принять вашего великодушного предложения по обмену титулов и земель. Дело в том, что я не являюсь и никогда не являлась полноправным бароном Трельска. Этот титул принадлежит моему сыну. Я же только регент при нём, и не могу принимать столь судьбоносные для владений решения. Барон Трельска нынче недостаточно зрел, чтобы осмысленно принимать решения. Потому молю вас, передайте Храму просьбу задержать выступление лет на пятнадцать. Когда барон Игорь вырастет и готов будет принять бремя власти в свои руки, он безусловно рассмотрит и примет ваше предложение».
– Мерзавка! Прав у неё мало! – пробурчал король.
– Безумие какое-то… – вздохнул Шилфи. – Что делать теперь?
Король улыбнулся:
– Что тут поделаешь. Будем торговаться с храмовником по компенсациям за потерю союзника и вассала. Нанять имперский легион этих денег не хватит даже близко, но на отряд из тысячи рыцарей – наберётся. А может, и до полутора тысяч доторгуемся. Выгодная замена получилась.
Глава 3. Последние мирные дни
Я готовился к войне. К войне с поморцами, на которую я подписался, заключив договор с королём.
Из Холборга привозили стрелы. Я их принимал и распихивал по хранилищам. Часть – в арсенал замка, часть – в форт. Часть сразу выдал нашим милиционерам, по сотне на каждого стрелка. Итого – десять тысяч. Это их носимый запас. Для защиты селений от чудовищ этого точно хватит.
В форте пришлось строить отдельное хранилище для стрел, в замок всё не помещалось. Всего я решил накопить шестьдесят пять тысяч стрел. Много? Ну вот так вот.
В прошлый раз было по пятьсот на стрелка, и мне хватило с запасом. Но запас этот был не таким уж подавляющим. Заметную его часть мы за прошлое лето израсходовали. В битве с поморцами, в нескольких боях с другими противниками. Притом с точки зрения расхода стрел бои бывают очень разными. Если сражаться в коротких схватках в поле, как получалось у нас до сих пор, то и сотня стрел на арбалет – уже много. Но бывает и по-другому. Затяжные обстрелы врага из осаждённого замка – один из примеров, когда нужны тысячи стрел. И продолжительность битвы разная бывает, и количество незапланированных схваток нельзя предсказать заранее.
На войну я решил взять своих «серых», из которых полсотни – стрелки, и ещё сотню милиционеров, из них стрелков тоже половина. Вторая сотня милиции останется защищать поселенцев.
А дальше я считал так – на тех стрелков, кто на войну, по пятьсот стрел, на тех, кто остаётся – по сотне. Плюс к этому десять тысяч – запас для замка. Жизнь показала, что неприкосновенный запас для обороны замка должен быть, потому что должен быть всегда.
Милицию я обеспечил всем необходимым. Лошадьми, повозками, кольчугами, шлемами, мечами… В общем, всем.