Дмитрий Леонидович – Дыра к морю 1 (страница 3)
Карета оказалась удобней, чем ожидала Лана. Благодаря высоким колёсам, большой длине и тюфякам, набитым конским волосом, толчки на колдобинах и кочках ощущались не слишком сильно. В кабине дормеза нашлось место и для спальных мест, и для поганого седалища, и для запаса воды и пищи. Был там даже столик с письменным прибором, корзина для рукоделия и книга «Истории Богов» для чтения. На наружных полках и крыше кареты разместился багаж Ланы, сзади, над багажом, на высоко поднятой скамейке, уселись слуги.
На прямых ровных участках дороги карета разгонялась до скорости бодрой рыси. Перед поворотами или на склонах кучер кричал «Тормози!», слуга, сидящий на верхней задней скамье, наваливался всем телом на длинный тормозной рычаг, колёсная ось страшно скрипела, карета сбавляла скорость. На плохих участках дороги ехали шагом.
Лана от скуки часто поглядывала в окно. Поля, луга со стадами, деревеньки, леса. Реки с каменными или деревянными мостами. Иногда – замки.
Рядом с городками дорога становилась оживлённой, – по обочине редкой цепочкой тянулись пешие крестьяне, встречались ватаги работников, идущих на ярмарку или к месту нового найма. Проезжали конные рыцари со свитой. Шли обозы с зерном и овощами. Перегоняли небольшие стада скота. Изредка можно было увидеть карету аристократа или караван купца.
Поездка длилась две недели.
И вот, она закончилась…
* * *
Замок Трельск оказался большим и угрюмым. Высокие стены из серого камня, ров, подъёмный мост, массивные башни… А в середине – жилой дворец с узкими бойницами вместо окон, конюшни и сараи, мрачная башня донжона.
Карета прогрохотала по мосту, подковы лошадей звонко простучали по камням двора.
Жених встретил отряд на крыльце дворца. Он действительно оказался нестар и хорош собой. Немного портили его лицо жёсткие складки в уголках рта и шрам от стрелы на скуле, ну так ведь он барон и воин, а не сладкоголосый менестрель.
– Мой господин, – улыбнулась Лана.
– Дорогая, – подал ей руку жених. – Вы прелестны.
Кольнуло, что он ей не улыбнулся. Ни тепла в голосе, ни любопытства на его лице не проявилось. Встретил вежливо, но прохладно, как будто не жену привезли, а воз репы в счёт оброка.
В честь свадьбы барон устроил пир. Дружина замка пила вино, ела запечённую в камине тушу свиньи и довольно гоготала. Им вторили визгливыми голосами служанки. Хозяин поглядывал на невесту снисходительно. Невеста краснела.
Вечера Лана ждала, разрываясь между страхом и предвкушением.
К её удивлению, в первую брачную ночь консумация брака не состоялась.
– Дорогая, завтра тебя осмотрит лекарь, – после пира заговорил барон. – Он укажет наилучшие дни для зачатия ребёнка.
– А разве обязательно ждать?.. – удивилась невеста.
– Будь терпелива. Я хотел бы, чтобы твоя первая ночь с мужчиной окончилась зачатием.
Лана оторопела. Мать её предупреждала, что мужчины часто бывают излишне настойчивы и любвеобильны. Говорила, что мужчины в солидном возрасте теряют интерес к супружеским долгам. Но чтобы нестарый ещё жених откладывал консумацию брака? Это было слишком уж странно. Ни в какие ворота не лезет.
* * *
Когда умерла бабушка, именно я помогал ей в последние месяцы. Не то чтобы я как-то особенно её любил, просто кто-то должен был это делать, я и делал. У остальных родственников нашлись форс-мажорные обстоятельства, по каким они не могли часто ездить к старушке. У кого работа, у кого дети, кто-то живёт в других городах… Семья большая, а помочь, кроме меня, оказалось некому.
Из каких-то своих соображений бабушка оставила дом мне. Может из благодарности, а может просто потому, что все остальные её потомки или уехали из города, или имели своё жильё, а я жил тогда с родителями.
Так я стал владельцем старого дома в пригороде.
Этот дом стал каким-то мистическим камнем преткновения между мной и другими людьми.
Сначала на оглашение завещания приехали моя тетка и двоюродные сестры. Ни границы, ни расстояния им не помешали. Приехали и устроили скандал. Почему любимая бабушка не оставила им ничего, а мне – дом? Наверное, я воспользовался беспомощностью старушки и заставил её?
Стоило мне оформить документы, отец начал заговаривать о том, что вот как здорово было бы продать дом и купить хорошую машину. А у него уже и права есть, и опыт, и вообще все будут рады. Мать ему поддакивала, живи с нами, говорит, нам же так удобно всем вместе.
Потом ещё Настя… Я ей предложил переселиться в мой дом, и оказалось, что и ездить оттуда в институт далеко, и вода в трубах ржавая, и пятна на потолке, и всё такое старое и негламурное… По её мнению дом надо продать и снять студию в центре города. Я не захотел продавать, ей было неудобно жить. Потом мы с ней как-то незаметно и постепенно расстались.
Я съехал от родителей. Понемногу занялся решением ремонтных проблем. Как раз тогда на работе я перешёл на удалёнку, времени хватало. Деньги тоже были, жил я скромно, зарплата у меня вполне приличная, хватало с лихвой. Особенно, если без девушки, оказывается – это очень экономно, быть без девушки.
В первую очередь устранил несколько протечек на крыше (дом действительно старый, где-то листы шифера сползли или треснули, где-то рубероид подкладки прогнил).
Поставил двухметровый забор вокруг участка (очень мне не нравится, когда какие-то люмпены лезут через ограду в поисках чего спереть).
Поменял входящий водопровод (водопроводчики в вопросах ценообразования оказались настолько нескромными ребятами, что я обалдел и задумался, а ту ли профессию выбрал).
Поменял внутреннюю разводку труб (сам, научился, купил приборчик для пайки пластика и сделал, работа несложная, я не готов платить столько, сколько хотят эти наёмные кровопийцы).
Сделал ремонт ванной (сначала нанял бригаду, потом прогнал их из-за безумных задержек, доделывал сам).
Поменял пол на кухне (ребята, которые клали бетон, отлично отработали, а плитку я сам положил).
Поменял окна (дорого, но не жалею).
Отремонтировал спальню.
Постепенно дом становился удобным и уютным.
Попутно я развлекался на участке. Посадил десяток разных деревьев (ожидания оправдались лишь частично), попробовал выращивать разные овощи (результаты почти нулевые), научился бороться с вредителями и косить траву.
С каждым изменением, которое я вносил в дом, появлялась новая ниточка, которая нас связывала. Меня и мой дом. Окончательно влюбился в него я весной, когда зацвели яблони, и их аромат наполнил воздух.
Никаких новых отношений я не завёл. Сначала не складывалось, а потом и желание исчезло. Как представлю – какая-то девушка будет жить рядом, я должен буду подстраиваться под неё… Без трусов по дому не ходи, носки на пол не бросай, посуду мой после еды, а не когда заканчивается чистая, ночью музыку не включай… И ещё миллион ограничений, которые возникают, когда живёшь с кем-то, и от которых ты свободен, когда – один.
К моменту, когда в моём саду образовалась Дыра, я жил уединённо, работал удалённо, потребность в общении удовлетворял короткими вылазками к родителям или товарищам. И мне нравилось такое спокойное существование.
А ещё у меня были котики.
* * *
Вначале у соседки жила Бледная Немощь. Наверное, соседка звала её как-то иначе, но мы с этой кошкой не были представлены друг другу, и я выбрал сам, как её называть. Немощь была карликовой белой кошечкой. Совсем маленькой и лопоухой.
Мой двор, ввиду его общей неухоженности, стал излюбленным местом отдыха для Серого Бродяги – крупного дворового кота, грозы окрестных помоек. Кот любил шастать в высокой, по колено, траве, которую мне было лень выпалывать, и валяться на солнышке там, где травка помягче.
Как Немощь и Бродяга нашли общий язык? Вот так и нашли. Была весна и кошачьи гормоны не заметили пропасть в длине их родословных и размерах тел.
Однажды я обнаружил в своём дворе, рядом со штабелем старых брёвен, Бледную Немощь. А рядом с ней – несколько мелких котят, которые выглядывали из-под штабеля. Из каких соображений кошка выбрала для окота именно это место? Наверное, потому, что там никто не мешает и котятам есть где прятаться. И есть где играть.
Котята росли. Все они оказались пятнистыми, бело-серыми. Все – небольшого размера, коротколапые и толстенькие. Мой двор стал излюбленным местом их игр. Сначала они бегали и дрались вокруг брёвен и исследовали зазоры между ними. Потом лазили по веткам сучковатой вишни. Затем доросли до подъема на старую яблоню, с которой легко перебраться на крышу. А когда окончательно повзрослели, стали охотиться в высокой траве на мышей, крыс и крупных насекомых.
Хотя я никогда котов не гонял, но и не кормил. Меня они считали чужим и опасались. В то же время «подарки» в виде тушек крыс они оставляли именно мне. Видимо, считали это справедливой платой за охоту на моей территории.
И вот, одна из этого выводка, Толстушка, принесла мне того самого саблезубого тушканчика…
Глава 3. Консумация и фортификация
Спокойная и уединённая жизнь мне нравилась. Менять её я не стремился. Зачем? Дом есть, зарплата хорошая, работа нравится. Так что при появлении Дыры первым моим желанием стало оградить себя от всяческих опасностей и неудобств. Именно об этом я думал в первую очередь, а не о том, какое чудесное явление возникло у меня посреди сада.