Дмитрий Лебединский – Волкодав (страница 11)

– Сейчас он находится в полицейском участке. Не волнуйтесь, он не один. С ним находится представитель нашей страны. Насколько мне известно, у него всё хорошо, во всяком случае пока.

– Расскажите, в чём его обвиняют.

– Насколько я понял, недавно полицией был задержан американский гражданин за торговлю наркотиками, который неожиданно заявил, что может выдать контрабандистскую схему. Александр был участником этой сферы, он выполнял роль водителя. В тот же день спецназ ворвался на склад, где находились украденные у «Петрополис групп» редкоземельные ископаемые, готовые к транспортировке. Александра и остальных задержали и доставили в отдел. Впрочем, на тот момент никто не знал, что он Александр, при нём были документы на другое имя, позже он признался нашему консулу, что это поддельные документы.

– Насколько всё серьезно?

– Что вы имеете в виду?

– Вы прекрасно поняли, что я имею в виду. Мы можем его вытащить?

– Его обвиняют в серьезном преступлении, он попал на территорию страны по поддельным документам. Ситуация у вашего парня сложная.

– Сложная, но не безвыходная, не так ли?

– Как вас зовут, кем вы приходитесь Чернову? – хитро глядя в глаза собеседника и потирая руки, проговорил консул.

– Меня зовут Брагин Аркадий Арсеньевич, я представитель семьи Черновых, для задержанного я тоже являюсь близким человеком.

– Нужно все обдумать.

– Вы сказали, что металлы принадлежали «Петрополис Групп», компания не будет выдвигать обвинения. Что касается поддельных документов и въезда по ним в страну, то раз вы смогли распознать подделку только после признания задержанного, значит, подделка невероятно точна. А значит, и нет нужды раскрывать этот факт. Кто ведет это дело?

– Старый полицейский, выходящий совсем скоро на пенсию.

– Ему известно, кого он задержал?

– В общих чертах. С ним не должно возникнуть проблем. Он очень не хочет впутываться в серьезное дело под конец карьеры.

– Мудрое решение. Значит, у нас есть все, чтобы вытащить Александра Федоровича из полицейского участка и вернуть его на родину, так? – Аркадий Арсеньевич говорил максимально решительно, будто не оставляя собеседнику возможности не согласиться с ним.

Посол был немного удивлен таким напором и уверенностью мужчины напротив. Он ожидал, что представитель Чернова будет вести себя гораздо более взволновано и будет просить, почти умолять Тетерина помочь задержанному. Тетерин, конечно, согласился бы, но перед этим выторговал бы для себя хорошие дивиденды. Однако все сложилось иначе. Мужчина напротив него был уверен в себе и вел себя так, будто ситуация полностью под его контролем. Он не просил Леонида Андреевича о помощи, а отдавал ему приказ вытащить задержанного, будто тот сидел не в полицейском участке иностранного государства, а в вытрезвители родного города. Тетерин чувствовал внутреннее раздражение от тона беседы, но внешне он сохранял невозмутимость, лишь едва заметно прищурив глаза и чуть подавшись вперёд в своём кресле.

– Аркадий Арсеньевич, вы должны понимать, что всё не так просто. Мы находимся на территории иностранного государства. Мы не можем приехать в отдел и забрать оттуда задержанного. Местные могут возмутиться такой дерзостью. Могут начать жаловаться, что консульство выгораживает преступника, всё это может привести к международному скандалу. – пытаясь направить беседу и ее тон в нужное ему русло, сказал Тетерин.

– Леонид Андреевич, мы с вами взрослые люди. Мы прекрасно с вами знаем, что выход есть из любой ситуации. Позвольте рассказать, как я вижу дальнейшее развитие ситуации. Вы продолжаете втирать мне, что ситуация трудная, всё не так однозначно, и прочую чушь. Как вы знаете, между «Петрополис Групп» и этой страной заключено экономическое соглашение. Компания создает инфраструктуру, спонсирует социально значимые проекты, поставляет медицинское оборудование в местные больницы и много что еще. Взамен компания получает доступ к полезным ископаемым страны. Эта сделка устраивает всех: и местные власти, и руководство компании, и представителей нашего МИДа. Конечно, в компании прекрасно понимают, что далеко не все деньги идут по назначению, какая-то их часть оседает в карманах элит. Что уж поделаешь. Однако, пока они воруют не слишком много, это предпочитают не замечать, выгода перекрывает издержки. А теперь представьте, что вдруг контроль за деньгами сильно ужесточается, воровать становится всё сложнее и сложнее, а суммы становятся всё меньше и меньше. Разумеется, подобный сценарий не понравится местным властям.

– Это приведет к ухудшению отношений. Местные власти могут перестать быть лояльны вашей компании. Они могут начать потихоньку прикрывать доступ к ископаемым, – нервно перебил собеседника Тетерин.

Брагин выдержал небольшую театральную паузу, а затем продолжил.

– Да. Вероятней всего, именно это и начнет происходить. И тогда компания начнет терять интерес к этой стране. Проекты начнут сворачивать. На уход компании отреагирует наш МИД. Понимаете, нахождение крупной российской компании очень важно для внешней политики. Это инструмент влияния. Красивая картинка в СМИ, возможность воздействовать на внутренние процессы страны, укрепление позиций на мировой арене – в общем, плюсов много. Также я позволю себе напомнить вам, что африканское направление признано нашим правительством одним из приоритетных во внешней политике. Так вот, уход «Петрополис групп» с местного рынка ослабит позиции нашего внешнеполитического крыла на этом континенте, влияния станет меньше. Разумеется, серьезным и многоуважаемым людям из МИДа это очень не понравится. И в частности, этим будет очень недоволен Тимченко Алексей Всеволодович, который, как вы знаете, курирует африканское направление. Он и его команда начнут разбираться, что привело к ухудшению отношений между этой республикой и «Петрополис групп», в связи с чем Россия рискует ослабить свои позиции на Африканском континенте. И тут Алексею Всеволодовичу или его заместителю кто-то может передать информацию, что виноват в этом некто Тетерин Леонид Андреевич, который не захотел проявить так необходимую каждому дипломату гибкость в решении деликатного вопроса. И тогда на вашей карьере можно будет ставить крест. Должность почётного секретаря – это, конечно, престижно, но вряд ли соответствует вашим карьерным амбициям, не так ли? – Аркадий Арсеньевич говорил спокойно, медленно, смотря прямо в глаза собеседнику.

Тетерин явно занервничал, его глаза забегали из стороны в сторону, на лбу появилась испарина. Нервным движением он ослабил узел галстука. Ситуация складывалась не в его пользу. Он рискует оказаться крайним. Попасть в опалу к Алексею Всеволодовичу означало конец. Даже о должности почетного секретаря можно не мечтать.

– Но ведь нам не обязательно доводить до такого, верно? – видя состояние своего собеседника, успокаивающим тоном произнес Брагин.

– Верно, – вылетело из пересохшего горла Тетерина.

Брагин наклонился вперед, его спина была ровной, а на лице появилась легкая улыбка.

– Замечательно. Ведь есть и другой вариант. Вы помогаете мне вытащить Кулишера из полиции и отвозите нас в аэропорт, где нас уже ждет частный самолет. Мы покинем территорию этой страны, и вы вздохнете спокойно. А взамен, при следующем своем посещении столицы нашей Родины, Константин Владимирович непременно упомянет, где следует о том, что Тетерин Леонид Андреевич проявил инициативу в разрешении трудной ситуации, тем самым сохранил экономические отношения между «Петрополис групп» и одной африканской республикой.

Топливный бак самолета был полностью заправлен, а экипаж был готов к вылету по первому указанию пассажира. Прошло уже несколько часов с момента разговора с Тетериным. Брагин смотрел в окно, пальцы левой руки постукивали по подлокотнику. В голове роем кишили разные мысли. Не слишком ли сильно он надавил на Тетерина? Правильно ли он смог оценить ситуацию и свои силы? Эти и другие вопросы Брагин задавал сам себе с такой скоростью, что не успевал давать на них ответ. Буквально минут сорок назад ему позвонил Костя и поинтересовался, что происходит. Аркадий Арсеньевич, дабы отвлечься от назойливых мыслей, детально пересказал всё, что знал сам. Он не видел лицо Чернова младшего, но по его голосу было слышно, что он переживал за брата и его судьбу, хоть бы и навряд ли признался в этом, если бы его спросили. Отношения между парнями нельзя назвать слишком теплыми. Маленький Костя, который был единственным ребенком в семье, довольно трудно перенес появление еще одного члена семьи. Он ревновал маму и папу к маленькому Саше, с которым он, впрочем, был знаком с самого детства, ведь их отцы дружили со школьной скамьи. Ему пришлось делить родительское время, любовь и заботу еще с кем-то, и это было для него так непривычно. Владимир и Надежда любили мальчишек одинаково. Просто трагическая судьба Саши заставляла их тратить на него чуть больше времени. И все же Костя любил брата. Однажды, когда никого не было дома, он проснулся от крика, полного ужаса. Крик доносился из спальни брата, который в детстве часто просыпался от ночных кошмаров и звал своих родителей. Порой эти истерики могли длится по несколько часов. Костя вошел в комнату брата, взяв с собой свой любимый сборник сказок. Под утро Брагин обнаружил мальчишек сладко спящих в одной кровати. Увидев такую картину, у мужчины намокли глаза, впрочем, он быстро взял себя в руки. В подростковом возрасте ребята часто ссорились, пару раз доходило даже до рукоприкладства. При этом если одного из братьев кто-то обижал, другой, не раздумывая, вступался за него. Такие отношения были у них до самого отъезда Саши из страны. Они ссорились, мирились, дрались, затем ужинали за одним столом, кричали друг на друга, а затем помогали друг другу. Когда Кулишер младший заявил, что собирается уехать из страны, это повергло брата в шок. Костя не понимал мотивов этого поступка, он кричал, требуя от брата объяснений, а тот лишь молчал. Чернову казалось, что его предают, родители погибли, и у него остался лишь Брагин и Костя, и теперь он вот так просто говорит, что «хочет посмотреть на мир и на себя в нем». С тех пор братья не виделись десять лет. Теперь они уже не подростки, а взрослые мужчины, пошедшие определенный путь. Брагин предполагал, как они встретятся, что скажут друг другу, как поздороваются. Его это тревожило. Но не только встреча братьев волновала Брагина. Его собственная встреча с Сашей вызывала не меньшее беспокойство. Он помнил того восемнадцатилетнего мальчишку, покинувшего дом Черновых – взволнованного, потерянного, полного противоречивых чувств. Аркадий Арсеньевич до сих пор не мог до конца понять, что именно стало причиной того ухода. Раз в какое-то время он получал от своего воспитанника весточку, что он жив и здоров. Теперь, стоя на пороге встречи, Брагин задавался вопросом: узнает ли он в этом взрослом мужчине того несдержанного, сложного подростка, которого он когда-то воспитывал? Сможет ли он разглядеть в его глазах отблеск того мальчика, которому когда-то давал советы, поддерживал и направлял? Эти мысли терзали его душу, заставляя сердце биться чаще.