Дмитрий Ласточкин – Железная леди: Дорога к славе (страница 58)

— Ребята, отвалите, а? И всем будет хорошо! — я предпринял последнюю попытку решить всё мирно.

Ну не стоит начинать жизнь в городе с того, что кому-то голову откручиваешь. Плохая примета!

— Ха-ха-ха, сэйчас всэм точно будэт харашо! — заулыбались горцы.

Ну ладно. Металлизация! Я превратился в вольфрамовую статую, разве что миллиметр кожи сверху остался человеческий, чтоб не увидели чего ненужного.

Двое, что тащили меня за руки к машине, резко остановились — ну да, больше тонны металла не то, чтоб быстро потащишь. Я вырвал правую руку из захвата и отвесил пощёчину горцу, что тянул клешни к моей груди. Он молча рухнул, громко стукнувшись головешкой об бордюр. Пощёчину тому, что слава, пытающемуся снять с меня сумку! Этому повезло больше, он свалился на куст, булькая что-то неразборчивое.

Другие двое, надо отдать им должное, сообразили быстро. Один отпрыгнул на пару метров, а второй выхватил из заднего кармана узких джинс нож и попытался направить его на меня. Схватил за руку, игнорируя нож, дёрнул на себя так, что вырвал руку из сустава. А вроде не сильно дёргал! Парень заорал, и я хлопнул ему ладошкой по печени. Он свернулся в козявку и затих.

— Нэ падхады! Мы от Армэна Кривого! Он…

— Да насрать!

В два прыжка нагнал удивительно резво убегающего джигита, подбил ему ноги и слегка погладил рукой по затылку. Впрочем, этого ему хватило, чтоб отключиться. Мда, слабоватые джигиты в наше время!

Так, теперь самое приятное — трофеи! Они же сами полезли ко мне, верно? Я не заставлял их! Тем более они обещали, что мне будет хорошо, а деньги — это всегда хорошо! Не соврали, значит.

Но денег у них не было. Серьёзно, я со всей четвёрки двадцать три рубля собрал. Нищеброды! Даже машину обыскал, но там ничего не было. Может, их кошельки с бабками где-то запрятаны, но я же не профессиональный шмонатель! Кстати, курсы бы этого дела где-то пройти, пригодилось бы.

Так, а что теперь с ними делать? Просто из мстительности не хотелось всё так оставлять. А будь на моём сете обычная девушка — чем бы этот вечер для неё закончился бы? Понятно чем. Надо им оставить воспоминания, что так поступать плохо!

Подумав минут пять, я стал раздевать горцев. Только носки оставил и всё, всё остальное снял. А потом уложил их парочками, друг на дружку. Одного животом на заднем сидении, сверху его приятеля. Двух других таким же образом устроил на капоте. Прекрасно! Только те, кому я пощёчины отвесил, кровью дружков и машину поливают, но не беда, в ночной темноте это не очень заметно. Ну, всё, пора валить.

Закинув сумку на положенное место, быстрым шагом направился туда, куда вначале и шел. Жаль, парк как место ночёвки отпадает, теперь тут не поспишь. Надо вокзал искать! На вокзале могут кондиционеры работать, и лавочки более-менее удобные. Комаров, опять же, поменьше, что очень существенно.

Минут через десять добрался до автобусной остановки, сел на лавочку. Мимо неспешно проехала патрульная полицейская машина. Ну, эти должны любовничками заинтересоваться, теперь я спокоен. Ещё через десять минут мимо промчались две скорые, моргая синими маячками. А ещё через две минуты приехал автобус, почти пустой, с угрюмым водителем за баранкой.

— Добрый вечер. — улыбнулся я ему.

— Угу. — тот посмотрел на меня, как на тарана на стене, и снова отвернулся к дороге.

— Простите, а не подскажете, как до железнодорожного вокзала добраться.

— Угу.

— Так ээээ как?

— Скажу.

— Спасибо!

Пикнув карточкой по висящему на поручне терминалу, уселся у окна и стал смотреть на проносящиеся мимо улицы. Автобус мерно покачивался, рыча мотором, но даже рычал он как-то мягко, убаюкивающее. Я чуть не заснул, когда услышал крик водителя.

— Э! Барышня! Ты что там — совсем заснула⁈ Эй, ты!

— А⁈ Что⁈

— Вокзал! Ты же хотела выйти?

— Мы уже приехали? Я думала… А, неважно. Спасибо!

— Угу.

Вокзал призывно светил большими окнами. Гудели паровозы, стучали колёса на рельсах. Или у них не колёса, а колёсные пары? Фиг знает, как правильно! В общем, это была суета вокзала, где все постоянно приезжали и уезжали. Людей, правда, было не очень много, довольно редкий потом сновал туда-сюда, да ив здании через всё те же окна их было немного. Это и к лучшему!

У входа стояла палатка-тележка шаурмячной. И так приятно пахло, что я не удержался!

— Мне одну шаурму. — я протянул деньги смуглому мужчине в фартуке.

— Шаверму?

— Блин с начинкой! Надеюсь, она свежая, только-только мяукала⁈

— Обижаете, чистая говядина! — состроил подходящее лицо повар.

— Главное, чтоб вкусная была.

— Всё сделаем! С горчицей, с кетчупом?

— С кетчупом, но без горчицы.

— Будет через минуту!

И правда, через минуту мне всучили обжигающе-горячий конвертик с рублеными овощами и мясом внутри. Кивнув на прощание, я направился внутрь вокзала. Там выбрал симпатичное кресло, уселся в него с ногами и стал есть. Ух! Да хоть собака тут или кошка, но и правда вкусно же! Хрустящая капустка, сочное мясо, чуть острый кетчуп, даже тесто блина приятное для рта! Мммм!

Съел всё так быстро, что и не заметил, как осталось только пальцы облизать. Но я побрезговал, за поручни же брался в автобусе, да и с горцев этими же руками трусы снимал. Помыл руки в фонтанчике, уселся в кресло поудобнее и заснул под неразборчивое бурчание колонок под потолком.

— Эй, ты! Хрена ли ты тут спишь⁈ — кто-то чувствительно стукнул меня палкой по ногам.

— А⁈

Продрав глаза, увидел рядом с собой бабку со шваброй в руках. Бабка была невысокая и круглая, как колобок, и смотрела на меня с грозным видом, будто я у неё варенье из шкафа ворую.

— Билет есть⁈

— Какой билет?

— На поезд! Если нет — проваливай отсюда, нечего спать тут! Мужика себе лучше найди и у него ночуй!

— Отстаньте, я поезда жду.

— Да? — бабка ехидно прищурилась, а голос стал почти сахарным. — И какого же?

— До Сеула.

— Куда⁈ Это… это же в Корее! — хм, а он вполне образованная.

— Ага.

— От нас туда поезда не ходят!

— Ну вот, я и жду, когда пойдут, и на нём уеду!

— Ах, ты! Я сейчас полицию вызову!

— А они что — колею до Сеула профессионально проложат!

— Бомжиха малолетняя!

— А я Катя.

— Тьфу на тебя!

Бабка отвернулась и с выражением крайнего презрения, которое она умудрялась показать спиной, ушла мыть пол подальше от меня.

Вот сволочь старая! Разбудила в… эээ… где тут часы? В два часа ночи! Я же не в твою постель залезаю, чего будить⁈ Закрыв глаза, поворочал головой, чтоб устроиться получше, и снова заснул.

— Эй, девка! — знакомый голос заорал над ухом, а чья-то рука трясла за плечо.

— Ну что⁈ — ага, всё та же бабка стояла надо мной, только в одежде получше и без швабры.

Блин, половина четвёртого ночи. Точно надо в парке было спать остаться! Там хоть уборщиц нет! Или дворничихи есть? Тоже ещё те заразы.

— Ты что, из дома сбежала?

— Нет! Всё⁈