Дмитрий Ласточкин – Огонек во мраке: Зов крови (страница 32)
— Я тут… нэ при чём. Это всё она! А я вапче нэ знал! Ничего! Мамой клянусь! — завопил барон, когда я стал подходить к ним поближе.
— Ну, вот сейчас и выясним, кто в чём виноват. — я подошел к ним, выставил вперёд руку, на конце пальцев появился мини-огнемёт.
Долго их настраивать на разговор не пришлось. Достаточно было подпалить волосы у Ашдода, покрывающие его густым ковром, чтоб он сразу сдался. А испуганная и шокированная Зухра не отставала от мужа.
Правда оказалась такой, что у меня волосы вставали дыбом, как при первом знакомстве со Спящими. Зухра с мужем, а так же ещё несколько подобных же «меценатов» не только превратили детские дома в подобие борделей, но ещё и торговали девочками за границу. Те воспитанницы, что время от времени пропадали после «Знакомства с родителями», не умирали, их ждала более страшная участь. Тот самый Бабу-Оглы, заместитель главы полиции Москвы, был аж из княжеской семьи на южной границе Империи. И через его брата-князя время от времени из девочек формировали группы и переправляли в Персию. Что потом было с ними, никто не знает, оттуда ещё ни одна не вернулась. Покрывали это всё сам Бабу-Оглы со стороны полиции, некий Фёдоров из управления по правам ребёнка и Сидячко из ведомства пограничников. Девочки признавались убежавшими из-под надзора, объявлялись в вечный розыск, который никто особо и не проводил, а на деле они в фургонах отправлялись к дикарям.
У этой тройки было ещё несколько подчинённых приютов, Мехтуровы не знали, сколько конкретно, просто были в курсе, что не одни такие. Количество увезённых девочек даже представить было страшно!
Кстати говоря, и меня тоже в партию на выезд должны были определить. Но исключительно по стечению обстоятельств Зухра промедлила, потом у меня появились магические способности, а это уже совсем другое дело — меня поставили «на учёт», мою пропажу расследовали бы куда тщательней. Ну а потом появилась Нина Фёдоровна.
Чем больше я слушал их признания, тем противнее и отвратительнее мне становилось. Через час, когда они стали заходить на второй круг в признании, я решил, что хватит. Выключил смартфон, на который записывал всю беседу, и развеял Огненные Лезвия. Оба Мехтуровы свалились на пол, с шипением схватились за обгорелые участки кожи. Кое где тушка прогорела до кости, надеюсь, им очень больно.
— Садитесь за стол, как сидели до этого. — скомандовал я.
— Ззачем? — Зухра с негодованием смотрела на меня.
— Потому что так надо! Сели, быстро!
Парочка, настороженно оглядываясь на меня, кое как уселись за стол, взяв в руки столовые приборы. Ну и отлично! Доведу всё до логичного финала!
Когда слуги проснулись и зашли в столовую, ожидая гнева своих хозяев, то с удивлением увидели, что те сидят за столом, но не двигаются и всё чёрные. И будто голые…
— Господин? С вами всё в порядке? — один из слуг подошел к барону и коснулся его руки. А потом с воплем ужаса отпрянул.
Барон, до того сидевший без движения, рассыпался чёрным, вонючим пеплом. Видимо, стол как-то качнулся или пол вздрогнул от быстрых движений слуг, потому что и баронесса потеряла форму и растеклась по полу кучкой жирной сажи.
Ещё в поместье баронской четы я нырнул в Глубину, пробежал через тьму пару кварталов и вылез на свет возле стоянки такси. Взял одно, нацепив перед этим маску и солнечные очки. Таксист посмотрел на меня, как на дуру, ну ещё бы — ночь, темень, а тут баба в чёрных очках. Тьфу на тебя! В любом случае он безропотно отвёз меня клубу, вернее, высадил за километр от него, так, на всякий случай. Там я снова вошел в Глубину и вышел из неё только в клубе, в туалете, выпихнув сунувшуюся было посетительницу.
На душе было гадостно. То, что я услышал сегодня, просто подрывало веру в людей. Ну как можно быть такими мразями? Продавать несовершенных девочек на Юг, где их и людьми-то считать не будут!
Впрочем, все, кто продавали, были дворянами, а девочки — простолюдинками. И это только укрепляло меня в презрении к зажравшимся аристократам! Я хоть и сам теперь он самый, но я постараюсь изо всех сил, чтоб не соответствовать этому гнилому образу!
Умывшись и освежившись, я выбрался из туалет под осуждающее бурчание «Чего так долго⁈ Заснула там, что ли⁈» и пошел в снятую комнату. Настя уже, поди, заждалась, понапридумывала всякого, потом такое отчёт мачехе накатает, что только держись!
Уже был почти рядом, как почувствовал боевую магию из своей комнаты. Слабую, на уровне Ученика, но всё равно — что там, Спящие вас задери, там происходит⁈
Распахнутая дверь открыла мне странную картину — в комнате, кроме Насти, было ещё три парня. Двое повалили фрейлину на мегакровать и пытались её раздеть, сдерживая брыкания, а третий стоял возле входа и наблюдал за этим делом.
— Что за херня тут происходит⁈ — не сумел я сдержать чувства.
— О, вторая пришла! — повернулся ко мне с радостной улыбкой тот, что стоял и смотрел. — Иди сюда, киска, твои котики хотят развлечься!
Он шагнул ко мне, распространяя запах спиртного. Вот же ужравшийся кретин! Хук справа он вообще не заметил, зато вырубился на загляденье — рухнул вбок, вытянув сведённые судорогой руки и ноги.
Один из тех, кто валялся на кровати, поднялся и побежал ко мне, размашисто ударил, будто собирался мне голову снести. Я присел, пропуская руку над собой, и влепил ему апперкот в челюсть. Урод так клацнул зубами, чтоб откусил себе кусок языка, и рухнул как подкошенный, рассыпав по полу выбитые зубы.
Третий тоже вскочил, с гневом посмотрел на валяющихся дружков, но прыгать на меня не стал. Вскинул руки, и между ними стала формироваться молния.
— Удар мы… молнии! — выкрикнул он, помогая активации заклинания фразой.
Но вышло у него не очень. Молния слабая, да ещё какая-то кривая. Маленький Полусферический Щит отразил её, забрызгав искрами валяющиеся на полу тела. Пока он кастовал новую, я подскочил и влепил ногой ему в живот. Недомаг отлетел в стену комнаты, чуть не пробив её, шмякнулся на пол, скрутился и стал громко блевать себе на одежду.
— Фу, ну и мерзость! — я сплюнул на одного из его дружков. Посмотрел на фрейлину. — Настя! Я на пять минут отлучилась, а ты уже групповушку замутила с тройкой каких-то дебилов! Тебе вообще нечем было заняться, я не понимаю⁈
— В-ваше Ввеличество! — фрейлина подскочила и с виноватым видом стала застёгивать одежду. — Я не виновата, они сами пришли!
— Ну понятное дело. — мне оставалось только вздохнуть.
— Клянусь! Я не смогла бы вам соврать! Я сидела тут, ждала вас, потом уснула. Проснулась — а эти в комнате, ищут вас, а потом на меня кинулись!
— Ищут меня? В смысле они знали, кто я?
— А, это нет… Они знали, что тут должны быть две девушки, вроде так. И всё. — подумав немного, успокоила меня фрейлина.
— Это хорошо. — я пнул второго кретина в копчик. Полегчало. — Собирайся, нам уже время уходить.
— А… заплатить? Я тут кое что заказала…
— Вот эти и оплатят, не беспокойся.
Я вышел из комнаты, фрейлина семенила за мной. Только успели спуститься, как наперерез кинулся официант, тот самый, кто отвёл нас наверх и сдал комнату. И тот, кто рассказал о нас этим трём жлобам.
— Сударыни, вы уже уходите? — льстиво заулыбался он. — Вам следует оплатить ваш заказ…
— За нас заплатят парни, они остались в нашей комнате. — отмахнулся я от него.
— Что? Какие парни? — он не очень хорошо изобразил удивление.
— Три парня, очень милых, они пожелали взять наши расходы на себя. — я ему подмигнул. — Кстати, верните деньги за комнату. Они и за это заплатят!
— Что? Я не имею прав делать это!
— Ну тут и жлобская забегаловка! — скривившись, прошел мимо него, Настя как привязанная коза следовала за мной.
— Как вы можете такое говорить! — возмущался официант, но уже за спиной.
Мы беспрепятственно вышли из клуба и добрались до нашей машины. Но только стали садиться, как у входа в клуб появился наш официант, что-то стал втолковывать двух трёхстворчатым охранникам, указывая руками в нашу сторону. Потом официант остался на входе, а охранники пошли к нам.
— Эй, на выход! — постучал в окошко машины один из них. — К вам вопросы есть.
— Секунду, Ваше Высочество. — оглянулся на меня шофёр, вышел наружу и без всякой раскачки двумя Воздушными Кулаками впечатал охранников в стену клуба. Сел обратно. — Прошу прощения за задержку, сейчас поедем.
— Ага, спасибо. — я только кивнул.
Ну да, шофёр у меня был Грандмагом. Эта парочка мастеров ему как мыши коршуну, на один зуб.
Домой, во дворец, мы вернулись уже за полночь, так что меня раздели, и я отправился спать, приняв быстренько душ. Сейчас не до того, чтоб меня втроём мыли. Хотя это и приятно.
На следующее утро, едва вернувшись с завтрака, вызвал горничную.
— Серафима, спроси у секретаря моего батюшки, может ли он меня принять? Батюшка, а не секретарь, конечно же. И это срочно!
— Я поняла, царевна. Сейчас же свяжусь с ним. — поклонилась она.
Через полчаса вернулась и сообщила, что днём он меня принять не может, он в Кремле работает, а вот вечером в своём кабинете примет. Так что после ужина с семейством я направился по уже известной мне дорожке до кабинета.
— Добрый вечер, батюшка! — поприветствовал отца.
— Добрый, Саша. — махнул мне рукой с бутербродом. Он сидел за столом, ел бутерброды с бужениной и огурцами и пил кофе. — Что у тебя за вопрос? Секретарь сказал, что это срочно.