Дмитрий Ласточкин – Огонек во мраке: Два огонька во мраке (страница 4)
— Папа!
Дурдом. Я ел уже четвёртое пирожное, вкусные, заразы, и следил за их перепалкой. Это точно французский король⁈ И герцогиня⁈
Хотя… мне такое всё же ближе, чем чопорная холодность императорской семьи. Это чаепитие лучше, чем все завтраки и ужины с мачехой и братосёстарми, вместе взятые!
— Что «Папа»⁈ Александра — моя гордость! — пафосно заявил дед. — Ей сколько? Девятнадцать?
— Через два месяца двадцать. — встрял я.
— Спасибо, внучка. Двадцати лет нет — а она уже Грандмаг! Да все остальные коронованные кретины от зависти удавиться готовы! Их внуки в этом возрасте максимум мастера, а моя внучка — Грандмаг! Ха! Потому что моя кровь, а не эта их водица! Уж точно у неё нет и капли крови этой вздорной старухи на бриташкинском троне!
— Папа! Ты опять плохо о бабушке отзываешься? Мама узнает — будет опечалена! — упрекнула маменька.
— А кто ей расскажет-то⁈ — дед слегка испуганно огляделся. — Пф, и вообще — все нормальные мужчины не любят своих тёщ! Это у нас в крови! Тем более таких селёдок снулых, как эта коронованная мегера!
Хм, а дед всё же дельные вещи говорит! Бриташек на мыло!
— Хе-хе, я так и представляю, как говорю ей или этого усатому сухарю Вильгельму «Что, ваши-то уже третий десяток разменяли, а всё ещё Мастера⁈ Печально, печально, кровь уже не та! А вот моя внучка уже Грандмаг в свои девятнадцать!». Хо-хо-хо!
Вот блин. Даже не знаю, радоваться мне или печалиться. Но среди европейских монархий мне такие выкрутасы деда точно очков не прибавят. Разве что очков ненависти!
— Внучка, ты что такая тихая? Шокирована моими словами? — дед обратил своё внимание на меня. — Думаешь, старичок-то из ума выжил, раз так костерит своих родственников и союзников?
— Ваши слова, дедушка, весьма контрастируют с тем, что я видела в семье папеньки. — как можно обтекаемее ответил.
— Пф, нашла с чем сравнивать! — пренебрежительно махнул чашкой с чаем дед, выплеснув половину на траву. — Он же связался с этой бледной молью Анькой, порождением усатого таракана Вильгельма. Вот твой дед был хорошим противником! Умный, решительный, весёлый! Знал толк в том, как окунуть других в свежую коровью лепёшку, но при этом и не обидеть смертельно. Эта история со средним сыном его подкосила… А твой отец что? Тьфу! Связался с германской выскочкой! Они всю свою страну правилами и требованиям задушили, так она твоего отца в такого же сухаря превратила! Скажи, он же у неё под пяткой сидит, да? И слова сказать без разрешения этой германской мымры не может⁈
Блин, ну и вопросики! Вообще-то лучше промолчать — не очень красиво будет выглядеть, если я начну поносить семью отца. То вроде как расстаться с женщиной, а потом костерить её на каждом углу. Не мужик получается, а тряпка и балабол. Вообще о своих бывших лучше помалкивать. А с теми, кто их поливает всякими субстанциями, не связываться — они потом и тебя ими поливать будут, тут даже гадать не стоит.
— Я его редко видела, он был очень занят государственными делами. — пожал плечами.
— Наверное, чтоб поменьше времени с женой проводить, ха-ха-ха! — развеселился дед. — И ты их не выгораживай, внучка. Ты в курсе, что они с меня деньги требовали за твой приезд сюда?
— Что⁈ Серьёзно⁈ — я почувствовал, как мои брови улетают куда-то к волосам от удивления.
— Ага. Я же сразу им письмо написал, а потом созвонился, чтоб ты с нами тут жила. Но мне отказали! Мне, королю Франции, отказали видеться с моей внучкой! — Луи даже покраснел от возмущения и почесал лысину. — А когда я позвонил твоему папаше, тот посовещался с женой и заявил, что я должен повысить закупочные цены для российского зерна и сахара! Мол, тогда он подумает!
Мда, мною торговали у меня за спиной! А ещё мачеха втирала про зов крови и прочую чушь! Сама готова была меня продать! Деду, но сам факт возмущал!
— Так я, хе-хе, под видом военных учений им Ла-Манш закрыл! У них половина торговли с Югом и Америкой через балтийские порты шла, а при закрытом проливе транспортное плечо чуть ли не на тысячу километров увеличивалось. Да ещё им с бриташками договариваться бы пришлось! Помариновались недельку, потеряли деньжат и как миленькие забыли о своих требованиях, а тебя решили не держать взаперти!
Аааа, так вот к чему те «внезапные учения» были, про которые кондитер рассказывал. У этого, оказывается, было вполне логичное объяснение!
— Спасибо, дедушка Луи. — я решил поблагодарить старика.
Хотя, конечно, они друг друга на понт взяли. Я же и сам мог поехать сюда, познакомиться с родственниками. Как бы меня остановили? Я же и в аравийские Руины слетал без проблем, и вернулся. Ну, отговаривали, да, но палок в колёса не вставляли — понимали, что бесполезно и даже опасно. Вряд ли меня кто смог бы остановить от новой поездки в Париж. Так что… хе!
— Но, думаю, вас просто развести хотели. — продолжил я.
— Развести? — дивился дед.
— Ну да. Как бы они меня задержали? Вы сами говорите — я Грандмаг. Чтоб меня удержать, надо парочку Архимагов выделить на круглосуточное дежурство. И то не факт, что не выскользнула бы, если бы захотела. Поэтому и отправить сюда или куда-либо ещё отец с мачехой не могли бы, если бы я того не пожелала.
— Вот как. Ну да, ну да. Я как-то об этом и не подумал. Отец твой так складно мне лапшу на уши вешал! Вот прохвост, а⁈ — дед в сердцах ударил кулаком по столику, вызвав звяканье посуды. — Ну раз такое дело, то я ещё учения объявлю, на месяцок-другой! Или ещё что придумать?
— Дедушка Луи, не стоит. — я посмотрел на него увлажнившимися глазами. — Вы же сами хотели, чтоб отец не был сухарём, а придумывал что-то интересное? Вот придумал же! Так что у вас один-один получается!
— А ты права, внучка! Ха-ха-ха! Может, не всё с ним ещё потеряно! — он попытался налить себе чаю, но в чайнике было пусто. — Закончился! Эх, и сегодня его уже пить не стоит… Ладно, внучка. Покои тебе во дворце выделены, располагайся и живи, сколько захочешь. И делай, что вздумается — тебе надо компенсировать те годы, что ты провела в той дыре! По чьей-то глупости!
Он бросил гневный взгляд на маму, но та сделала вид, что любуется лебедями.
— Спасибо, дедушка!
— Да не за что. И мать свою не очень слушай, она, похоже, постарается задушить тебя своей заботой. Ты ей не поддавайся, чуть что — обращайся ко мне, ж я найду, как её утихомирить!
— Папа!
— Твоя бабушка приедет через три дня, с ней тебе тоже нужно будет встретиться. С дядями-тётями и другими родственниками сама потом разберёшься, это уж дело твоё, как с ними себя вести.
— Хорошо, дедушка.
— Тогда ступай, внучка. А мне, э-хе-хе, пора уже государственными делами заняться. Пришел, кровопийца!
Дед бросил взгляд через плечо, я тоже посмотрел — там стоял мужчина с внешностью чиновника и пухлым портфелем. Судя по его профессионально равнодушной роже, он секретарь или министр какой. Дед, похоже, выкроил немного времени для встречи со мной, но обязанности долго ждать не будут. Надо будет на него на троне посмотреть, вряд ли он такой же разбитной весельчак так, какой сейчас. Наверное.
В этом дурдоме нельзя ни о чём говорить наверняка!
Мама осталась сидеть за столиком, я же поднялся и пошел к фрейлинам.
— Я провожу вас до ваших комнат, госпожа. — одна из них коротко поклонилась и быстро посеменила обратно ко дворцу.
Бросив последний взгляд на деда с матерью, я пошел за ней.
Глава 3
А где моя одежда? — я с некоторой оторопью смотрел на пустой шкаф.
— Её Высочество герцогиня приказала всю её сжечь — она не подходила для вас. — ровным голосом оповестила фрейлина.
Что-что⁈ Сжечь⁈ Ну мамахен, ну сволочь! По большому счёту мне на шмотки плевать, всё самое ценное у меня в кулоне, в чемодане была повседневная одежда. Но это
На миг я вспыхнул, нор быстро погас. Ну что теперь, скандал закатывать? Мать всё равно не поймёт, почему это я так против её выбрыков. Для неё я кукла, с которой можно играться в своё удовольствие. А какая у куклы воля? Какие желания? Никакие!
Ладно! Чёрт с тобой, мама! Пройдусь я с тобой по магазинам!
— А в чём мне завтра ходить?
— Королевские портные уже работают, к утру два комплекта одежды будет готово. — успокоила меня фрейлина.
— Почему два? А не три или пять? — я с трудом заставил себя не улыбаться, задавать глупые вопросы с серьёзным лицом это ещё надо уметь!
— Вы желаете, чтоб мы задействовали дополнительный персонал? — услужливо нахмурилась женщина.
Блин, какие они тут деревянные!
— Нет-нет, не надо! Два так два! — вздохнул. — Если это всё, то можете идти.
— Вы ещё должны выбрать себе личную фрейлину.
— Да? Тогда веди туда, где они у вас обитают.
— Следуйте за мной, госпожа!
Вообще круто, здесь их и выбирать можно! Может быть, эта фрейлина даже шпионить за мной не будет. Хотя сомневаюсь, стоит мне кого-то выбрать, как её сразу же обработают. Ну да дело привычное, пусть следят. Раз уж у девушек работа такая — не буду им мешать.
Попетляв по роскошным коридорам, украшенным множеством картин, статуй и гобеленов, мы вышли в небольшой зал, где кучковались десятка два девушек. Вроде бы разные, но при этом и одинаковые — с взволнованными лицами, симпатичные и слегка взволнованные.
— Девочки! — фрейлина передо мной несколько раз похлопала. — Приготовились!