Дмитрий Кудесник – Перерождение (страница 9)

— Далеко отсюда?

— К ночи успеем.

— А заночевать у вас есть где?

— Так нет у нас двора постоялого, — явно намекая, что не хотят кого попало пускать в дом, ответили мужики.

— А если на сене, где, в сарае?

— Этого добра много, если господин не брезгует…

— Не брезгует, — не стал я дослушивать и полез в телегу.

Новый план вступил в силу. Мне срочно надо найти любые магические ингредиенты для своего выживания. В городе я этого сделать не могу, как и быстро заработать. Поэтому остаётся искать за городом и надеяться на удачу.

Глава 10

Мы действительно прибыли в селение ближе к закату. Ещё было довольно светло, но солнце уже спряталось за кроны деревьев.

Селение сложно было назвать деревней, больше на хутор похоже. Всего шестнадцать домов, обычные сельские дома из сруба да соломенной крыши.

Расположено село у небольшого озерца, метров двести в диаметре. Все дома стояли у берега, а чуть поодаль другие хозяйственные постройки.

Когда приближались к деревне, то часть пути ехали через поля, где росли культурные растения. По другую сторону деревни начинался лес, что практически вплотную подступал к берегу озера. Это всё, что я успел рассмотреть сегодня. Ведь пока доехали, пока распрягли лошадь, пока я помог снять вещи с телеги, вот уже и темно.

— Мы тут подумали, пошли к деду Теору, он один живёт, может у него переночуешь. Вот тебе, кстати, немного ягод сухих и лепёшка, а то с пустыми руками приехал, а на голодный желудок сон плохо идёт, — они повели меня к крайнему дому, что со стороны леса.

— Деда, открывай, это мы, — постучал крепко в дверь один из парней.

— Что надо? — послышалось по ту сторону.

— Мы тут мальца из города привезли, ему бы переночевать, а ты всё равно один живёшь, а так и веселей и поможет чем, если надо, — стал пояснять парень, но тут же получил локтем в бок от стоявшего рядом второго.

— Ай, чего ты? — было просил он, но тут вспомнил резко, что, наверное, так про меня не стоит, хотя я уже и сам успел забыть, что так про меня не стоит. Вот они местные порядки. — Простите господин колдун, совсем забыл, вам бы хоть пояс красный повязать, чтобы люди издалека видели.

— Да не стоит, всё нормально. Я и сам забываю, что колдун, как вы выражаетесь. Думаю, всем будет проще, если об этом и не узнает никто. — После этих слов, хотел снять перстень, но он, действительно, будто застрял. Поэтому просто отвернул широкой частью внутрь ладони, оставив на внешней стороне самую узкую и малозаметную часть.

— Так не положено же, а вдруг кто узнает или плохого наговорит? — стал продумывать возможные последствия парень.

— Это уже мои проблемы, зла ни на кого держать не буду, если по причине какой скажут что-то. Вы тоже ко мне обращайте по имени и всё, договорились?

— Да…

— Аристарх, — подсказал я.

— Хорошо, Аристарх, мы пойдём тогда, если не пустит, подходи к нашему дому, там рядом сарай стоит, на чердак сбоку по лестнице залезешь, там сено запасено. Можешь ночевать.

— Спасибо большое, хорошего вечера вам.

Парни ещё прощались, когда шарканье за дверью приблизилось вплотную, и она начала открываться.

— Ну что встал, заходи быстрей, не пускай холод в дом, — встретил меня хозяин.

Дедушка преклонных лет, кажется уже забывший, что при ходьбе ноги надо отрывать от пола. Плетёные лапти, серые, перештопанные штаны, рубаха того же цвета, почти до колен, подвязанная верёвкой, сверху подобие халата, на вид довольно тёплого, будто вязаного как шерстяные носки.

Зайдя и закрыв за собой дверь, понял, что ничего не вижу. В доме было очень темно, лишь слабый свет хоть как-то освещал пол у окон.

— Слева топчан у стены, ложись на него и не шуми, и так разбудили меня среди ночи.

Комментировать никак не стал, молча нащупал тот самый топчан да лёг спать. С полчаса обдумывал текущую ситуацию, затем начал вспоминать поминутно весь свой день в обратном порядке, в процессе чего и уснул.

Проснулся после рассвета от стойкого ощущения чужого взгляда. Открыв глаза, обнаружил рядом с собой давешнего деда, он стоял у топчана и пристально смотрел на меня.

— Проснулся? Иди, что ль воды нам принеси, — сказал он, разворачиваясь и идя по своим делам. — И ставни пооткрывай, а то день уже, а не видно ничего.

Спорить не стал, сразу же подошёл к окну и хотел было распахнуть ставни, но понял, что окно заделано чем-то. Это было не стекло, более того оно было очень мутным. Когда прикоснулся к этому нечто, то понял, что оно мягкое. Тут память с большим трудом, но подсказала, что это вполне может быть внутренний орган животного или рыбы, что натянули на раму и вставили в окно, старый аналог стекла с ужасной способностью пропускать свет. Пришлось выходить на улицу, открывать ставни снаружи и возвращаться.

— А где вёдра-то? — спросил я, не найдя их взглядом.

— Так за дождевой бочкой, что на углу, дурень. Давай, иди быстрее да растапливай печь.

Столь агрессивная эксплуатация меня не радовала, было желание предъявить перстень, но потом я вспомнил о вчерашней своей просьбе, да и дед же без лишних вопросов пустил под свою крышу. Засунув своё недовольство поглубже, сходил за вёдрами и хотел уже было пойти к озеру, да вспомнил, что возможно люди не настолько дикие, чтобы пить озёрную воду, вернувшись, решил прояснить этот вопрос.

— А где воду-то набрать? — спросил, устало вздохнув.

— Ты из города ведь? — получил вопрос на вопрос.

— Да.

— А там вы где воду берёте?

— Так в колодце.

— Ну так и тут в колодце, что ты тугой такой? — начал раздражённо ворчать дедушка.

— Да чтоб я знал, где у вас тут колодец! Давно б уже сходил, — ответил в тон ему я.

— Да где ж ему быть как не посерёдке, чтобы всем одинаково ходить было. Мы ж не посреди поля живём, водную жилу искать не надо. Озеро его в любом месте наполнит.

— Где-то посреди деревни?

— Ну конечно, аккурат напротив среднего дома и найдёшь.

Отвечать не стал, молча взяв вёдра, отправился искать колодец. К моему стыду, вчера вообще его не заметил.

Как оказалось, примерно в центре поселения были не индивидуальные хозяйственные постройки, а общие. Например, в двадцати метрах от центрального дома и был тот самый колодец, также сделанный из древесных брёвен. Вертела только не было, зато вкопана жердь, что на метр торчала из земли, а сверху другая, уже метров четырёх, от которой шла верёвка с ведром на одном конце и камнем на другом. У нас, в моём детстве, это называли «журавлём».

Набрав оба ведра, с трудом и передышками, отправился назад. Занеся вёдра в дом, понял, что дедуля не дождался и распалил печь без меня. Хотя какая там печь. Больше похоже на камин, сложенный из камней и глины, по центру которого висел железный котелок литра на три.

— Заливай до половины. Еда есть какая?

— Да, вот немного, — не стал скрывать запасы того, что вчера выдали парни.

— Всё, что крупное, покроши и всё в котёл вываливай, — получил я команду, что и сделал.

Дед насыпал каких-то ягод и что-то тёртое да начал помешивать, пока не закипело.

Затем деревянным черпаком разлили по деревянным же мискам и принялись есть. Ложки, думаю, понятно, какие были.

— По утру очень хорошо есть жидкое да горячее. Тело сразу работать начинает и силой наполняется, — к чему-то начал пояснять дед. — Кто утром плохо ест, тот весь день слабый ходит. Нам бы ещё мяса какого, летающего или плавающего и вообще хорошо бы было, но и так сойдёт. Не зажиточные же и так привыкшие. Ты же не из зажиточных? — сурово посмотрел он мне в глаза, но ответа дожидаться не стал. — Какой там, сам в тряпье как мы, да чумазый как демон. Кости еле кожей обтянуты. Но ничего, хорошая еда да работа быстро приведут тебя в порядок. Как доешь, пойдёшь в помощь старшим, нечего на чужих харчах сидеть.

Ну, вот это уже не входило в мои планы.

— Нет, в поле не пойду, еду и так добуду, да и некогда мне.

— И чем же ты таким занят сильно, что на хлеб времени нет.

— Умру я скоро, лекарство искать надо, — сказал я, глядя деду в глаза.

— Неужели в городе лекарства не было, и ты сюда приехал?

— В том-то и дело, что так получается.

— Дело твоё, конечно, но скажу сразу, не будешь работать — кормить не станут. Думай сам, голова уже вон какая большая, мозги, значит, есть в ней.

— Это я как раз отлично понимаю. Лучше расскажите, как одни остались, уважаемый Теор. Если не секрет.

— Да какой там, жена померла пару лет назад от старости и болезней всяких, а дети в город смогли перебраться. Вот и остался один. Сын да дочка есть, вроде всё хорошо у них. Передают иногда всякое в помощь мне. То одежду, то еды, чтобы мне тут полегче жилось. Так и живу, даааа, — протянул он, глядя в непрозрачное окно. — А ты что? От чего помирать собрался?