Дмитрий Крам – Вондер. Том 1 и Том 2 (страница 54)

Психопат размахнулся и с силой ударил рукояткой по ребрам орка. Мне даже показалось, что я слышал хруст.

— Так зачем же нужен реальный мир? Только чтобы не подохнуть. Но в то же время, чтобы твой внутренний мир не был пустым белым пятном, реальность заполняет твою табличку восприятия, предлагая персонажей, локации и все прочее, для мира внутри головы. Реальность — художник объектов для внутренней жизни. Ты понимаешь, о чем я?

Взломщик попытался поймать плывущий взгляд подвешенного, тот активно закивал, лишь бы на пару мгновений отсрочить новую порцию мучений.

— Когда тебе говорят, вернись в реальность, это значит «добро пожаловать в боль и страдания». Состояние не депрессии — это сознательное или бессознательное игнорирование каких-либо значимых объектов реальности.

Он отвел клинок назад, словно собираясь одним ударом вогнать его в сердце жертвы, и гримаса боли на лице орка на миг сменилась блаженством, но маньяк лишь опустил кинжал. Держу пари, этот сраный палач растянул губы в улыбке.

— То есть мы всей цивилизацией направлены на счастье. Но оно невозможно в реальной жизни. Когда ты сосредоточен на реале, ты перестаешь чувствовать свои потребности, не прислушиваешься к своим фантазиям. Но и в фантазии, во внутреннем мире, тотальном эскапизме ты не можешь находиться в полной нирване.

Он сверкнул глазами из-под маски, срезал орку сосок и запихал ему в рот, приставив кинжал к горлу и заставляя прожевать.

Подступила тошнота. Я сосредоточился взглядом на капкане, на его покрасневших от моей крови зубьях, чтобы почувствовать боль и закрепиться.

— То есть самый лучший компромисс, который возможен, это максимально отгородится от мира, погрязнуть в собственном безумии и тереться о реальность лишь краешком, как кот о ноги хозяина.

Изверг присел и перерезал голеностопное сухожилие. Жертва застонала особенно пронзительно.

— Ребенок, когда хватает игрушечный джедайский меч, понимает, что он на самом деле не галактический рыцарь, но в рамках игры, он правда попробует зарубить тупым светящимся куском пластика своего друга. И чувствовать он себя будет по-джедайски. Дети не схватились за эту реальность зубами и ногтями. У них есть некий зазор, они чуть-чуть люфтят между безумием и жизнью.

Вломщик срезал с груди орка кусок плоти и засунул себе в рот, принявшись тщательно разжевывать, при этом глядя жертве в глаза и ухмыляясь.

Я выдохнул, прикрыл веки, стараясь отрешиться. Если сейчас выбьет, не смогу убить ублюдка. Вдох, выдох. Это всего лишь плохой сон. Ничего более.

Психопат схватил пленного за подбородок и пристально вглядывался ему в лицо, а потом кивнул какой-то своей мысли. Зашел орку за спину, стал шептать ему на ухо, но так, чтобы слышно было всем.

— Помнишь, о чем мы с тобой говорили, до того к нам пришли гости? Просто поверь мне, что тебя выдумали. Искренне. Доверься. Ты ничего не теряешь. Стоит тебе лишь раствориться в этой идее, и боль уйдёт. Попробуй. Обещаю, ты станешь свободен от страданий. Не веришь мне, спроси у них, любой подтвердит.

Орк с трудом смог посмотреть на нас. Я замер. Мне хотелось пустить Взломщику болт прямо в лицо, но вместе с тем, я не мог пошевелиться, наблюдая за волшебством слома психики. Магия уничтожения реальности и пусть лишь для одного спрайта. Это было отвратительно, но абсолютно завораживающе.

Пленный часто-часто задышал. Глаза его стали закатываться, и он полностью расслабился, опустив голову. Взломщик поднял её за волосы и посмотрел в отрешенное лицо с блаженной улыбкой и одурманенным взглядом вмазавшегося торчка.

В следующую секунду звякнул капкан — Симбу выбило. Затем еще один звон — Бьерн вернулся. Психопат захохотал, запрокинув голову. Казалось, его безумный смех окутывал, обволакивал как колючее одеяло.

И в этот миг сверху пролетел бело-розовый шар. Клубок! Он прыгнул прямо на голову психопата, вцепился когтями в волосы и вгрызся в маску. Взломщик развернулся к нам спиной. Я вскинул арбалет и выжал спуск. Механизм привычно сухо щелкнул, и болт угодил точно в затылок маньяка.

После этого последовало четыре разных вспышки, и противник упал на колени, но не умер. Кинжал в его руке мелькал, раз за разом входил в белую тушку. Я рефлекторно перезарядился и еще раз выстрелил, на этот раз угодив в основание шеи. Садист рухнул. Но я на всякий случай пустил контрольный и снова в голову. Живучий урод!

Я с Бьерном принялся бить по щекам Конану и Ли. Парни потеряли осознанность, но не вылетели из игры. С трудом приведя их в чувства, мы кое-как разжали капканы, убрали их в стороны, оставив полосу для разбега и, отличившись зельями, стали по очереди перепрыгивать руны. Получалось это, только если оттолкнуться от стены.

Я отодрал мертвого питомца от головы Взломщика и вырвал деревянную маску из лап зверька. Обычная, похоже, вырезанная вручную, без статов и зачарований.

Эх, Клубень, Клубень… спасибо тебе за верную службу. Я с тоской посмотрел на питомца.

Я думал, уже ничему не удивлюсь после произошедшего, но глянув на лицо мертвеца, почувствовал как брови взметнулись вверх.

— Это что за… — даже слов не нашлось.

Глаза располагались на плоской как скороворода морде, губ не было, только рот и еле обозначенный нос, цвет кожи абсолютно бледный, почти белый. Остальные текстуры лица отсутствовали. Никаких скул, морщин, бровей, ресниц — ничего.

— Это древний, — сказал Ли. — Первые скины такими и были.

— С этим что делать будем? — кивнул Конан на поломанного спрайта.

— Сообщим всё ярлу, дальше сами разберутся, — пожал плечами самурай. Почти сразу после этого Симба зашел обратно.

— Вот вас зацепило, — хмыкнул я. — Залетели обратно мгновенно.

— Да я и сам в шоке, — признался Бьерн, он стал обходить зал по кругу в поисках ништяков. Мы склонились над телом Взломщика, осматривая на предмет еще каких-то странностей.

— Мужики, — подал обеспокоенный голос Симба. — Не хочу вас отрывать, но мне не нравятся рисунки на этой ритуальной плите.

— Рычаг нашел! — воскликнул Бьерн, раздался скрежет механизма и решетка, запирающая выход с площадки снова поднялась вверх.

От этого сразу стало как-то легче дышаться.

— Мужики-и-и! — настойчиво протянул разбойник. Мы все посмотрели в его сторону. Кровь, натекшая с Клубка, Взломщика и орка, бежала по желобам и уже достигла центра плиты, на которой мы стояли. Вдруг пол вздрогнул. Площадка начала наливаться магическим светом.

— Назад! Все назад! — заорали хором Ли и Конан.

Я схватил тело древнего и швырнул на руны. Сверкнула вспышка молний, но никого не убило. Когда обернулся, то увидел сияющий белый портал, из которого шагнула фигура в угловатой демонической броне. Неужели охотник на читеров?

Нет. Это оказался самый настоящий демон.

— А вы не торопились с призывом! — раздался какой-то сдавленный грудной голос, словно поднимающийся из глубин живота. Портал погас, и стало возможным различить красное лицо с костяными наростами.

— Это не мы, это он! — я указал пальцем на пленного. Демон обернулся, и в этот миг я выстрелил ему в колено и заорал. — Валим!

Мы ломанулись в узкий проход, мешаясь друг другу и матерясь. Скользкий влажный пол не способствовал скорости бега, особенно на поворотах. Конан и Бьерн вообще не заморачивались с торможением. Они просто влетали в стену, отталкивались от нее и бежали дальше.

Сзади была слышна тяжелая поступь демона. Мы вывалились из подвала и устало попадали, пытаясь отдышаться и глядя друг на друга. Скелет на кровати, начавший подниматься, вызвал лишь улыбку, но в этот момент скрипнула крышка люка, чтобы понять, что последует за этим, не нужны два высших образования.

Мы снова подскочили. Симба зачем-то рванул вверх по закрученной лестнице, а не на улицу. Все инстинктивно последовали за ним.

— Стоять, смертные! — прокатился по помещению грозный утробный рык. Следом по ушам ударил хруст ломающихся костей. Бедный скелетоша попал под горячую руку. Впереди хлопнула дверь. Разбойник исчез. Все повторили его маневр.

Мы оказались на крыше. В лицо подул холодный ветер, прочищая мозги. Интересно, как местные демоны к морозу относятся? Вереница спутников уже бежала к башне главного здания. Я развернулся, зарядил ледяной болт и, едва приоткрылась дверь, выстрелил. Прогрузившийся через долю секунды демон покачнулся, ударившись о стенку, но тут же рванул вперед, словно в него просто снежком попали.

Да твою-то в демона душу мать!

Парни уже скрылись в башне, и я забежал последним. Успел увидеть столы и полки с ветхими книгами, а еще игрока, спрятавшегося за стопкой свитков. Товарищи скрылись за следующей дверью, и мне ничего не оставалось, как догонять их.

Сзади возник демон. До ушей донесся вскрик сноживущего, и радостный смех адского создания. Следующее помещение было покоями архимага, да только ничего кроме светящегося дерева, росшего прямо посреди большого зала, и болтов под ногами разглядеть не успел.

— О! Еще один! — раздался голос справа. Лишь когда ганкеры вскидывали арбалеты, я различил их силуэты, сливающиеся со стволом древа. Я упал, словно резко захотел отжаться. Услышал, как два болта угодили в демонический доспех, и рванул вверх по лестнице, ведь там снова хлопнула дверь.

— Метко! — хохотнул демон, а в следующую секунду я услышал сдвоенный вопль.