Дмитрий Крам – Вмерзшие в S-T-I-K-S 3. Рожденные холодом (страница 41)

Комментатор объявил о начале битвы квазов. На табличке над входом высветилось имя следующего бойца «Мухач». Один из квазов направился к выходу. Ему уступали дорогу, желали удачи и хлопали по плечам. Когда же назвали оппонента, по залу прокатился шепоток.

Из угла поднялся самый жуткий из присутствующих. Настоящая гора мяса, лотерейщик по сравнению с ним жалкий дистрофик, сбежавший из концлагеря. Он настолько был перекачен, что его руки больше походили на два презерватива набитые грецкими орехами. Даже в глазах вареной рыбы разума виднелось больше, чем в его черных провалах.

Никто не хлопал ему по плечу, наверное, боялись, что он откусит или оторвет руку. Удачи тоже не желали. Она ему была не нужна.

— Итак, леди и джентльмены, в красном углу ринга, — объявлял комментатор, — ваш любимчик, гордый представитель пещерников… — тут он взял драматическую паузу, — Легендарный Лёлик!

— Чего⁉ — не сдержался я. Охренеть. Лелик, мля. У меня вырвался истерический смешок, и стоящие по краям от меня недобро зыркнули.

Оппонент Лелика заметно занервничал. Уверенность с его лица испарилась быстрее, чем капля масла с раскаленной сковороды. Разница в габаритах между ними была как у шимпанзе против гориллы. Шансы на победу примерно такие же. Коэффициенты ставок были один к двадцати против Мухача.

— Я бы сдался, — шепнул кто-то сзади. И его тут же поддержали коротким «Угу». По правилам перед боем можно было сдаться, если ты понимал, что шансов у тебя нет.

Гонг объявил о начале схватки. Лелик сразу рванул вперед как гоночный болид. Мухач едва успел отскочить, и гигант врезался в стену. Оказалось, чтобы сохранить целостность корабля во время особо мощных ударов, там появлялся защитный барьер.

Мухач выбросил яростное комбо, Лелик лишь отмахнулся от него как от назойливого комара. Оппонента отбросило на другой край бойцовской ямы, и огромный кваз накинулся противника как бешеный пес. Он пустил в ход даже зубы. Финальный гонг не заставил его остановиться. И пока слетевшего с катушек бойца не подняли телекинезом, он не переставал рвать свою жертву.

Зависнув в воздухе, он под крик обезумевшей толпы доедал кисть бывшего противника.

— Его что, к нам обратно отправят? — прокатились по толпе нервные шепотки.

— Нет. У него уже чердак сорвало, в клетку засунут рядом с зараженными.

Лелик взревел не хуже элитника, и десятки заключённых тварей ответили ему, неистово забившись в своих узилищах. Безумие какое-то! Да он вообще не человек.

Поверженный Мухач умудрился выжить, и теперь до меня дошло, почему симпозиум знахарей проводится в одно время с турниром. Искалеченного парня без одной кисти, с размноженной головой, развороченной грудной клеткой и ребрами наружу проносили мимо знахарей, каждый из них задерживался над парнем и вливал частичку своей целебной силы.

Народ немного успокоился, турнир продолжился, и комментатор снова взял микрофон.

Дальше кваз из диких с легкостью разделал лотерейщика. Он работал на потеху толпе, никуда не торопился, методично калеча зараженного, на удивление, использовал в основном классические приемы боевых единоборств.

В следующем круге не было ничего особо интересного. Снова настало время битвы квазов. «Заноза» — вспыхнули вдруг буквы над выходом. Я не ожидал, что моя очередь настанет так быстро, и не сразу сообразил, что уже пора. Поднявшись, направился к арене. Оскаленные в пугающих улыбках зубастые пасти и могучие хлопки, под градом которых едва удавалось устоять на ногах, это не то, что подбодрило меня перед первой битвой.

Я вышел, и пока комментатор, что-то втирал толпе, немного размялся. Проверил сцепление обуви с полом и даже со стеной, если придется по ней пробежаться. Створка ворот напротив начала медленно подниматься, и мне удалось заглянуть в отсек для тварей.

Десятки герметичных контейнеров и простых железных клеток. Некоторые под напряжением. Многие твари, похоже, понимали, что их ждет и просто спали, ожидая своей очереди, другие урчали, а от ударов третьих подпрыгивали многотонные контейнера. От увиденного сердце заколотилось в три раза быстрее.

Одна из клеток распахнулась, и матерый лотерейщик, а может, уже и начинающий йети, довольно уркнув, выскочил наружу и тут же сорвался на бег. Толпа взревела, а я прижался поближе к стене. Благодаря поединку Лёлика, у меня созрел план, как действовать вначале схватки.

Так, выдохнуть. Не думать о зрителях. Отстраниться от криков. Сфокусироваться на поединке. Помнить, что мне никак нельзя умирать и даже серьезных ранений получать. Фух, ну погнали!

Лотерейщик бежал на двух ногах, так сильно завалившись вперед, что казалось, сейчас он потеряет равновесие и пропашет носом пол, но нет, лишь в последнюю секунду он оперся на передние лапы и, оттолкнувшись, распластался в прыжке.

Слишком предсказуемо. Я ушел в сторону и тут же развернулся. Тварь врезалась в стену и рухнула на пол. Еще до того, как её голова повернулась, мой ботинок ударил в бок. Ожидаемого хруста не раздалось. Впрочем, это не критично, главное, что мутанта снова швырнуло в стену.

Пяткой я раздробил ему правую кисть и вбил два пальца в глазницу. Отскочил от удара левой лапы и тут же вогнал носок ботинка под горло. Тварь перевернулась на спину, а я, окрыленный собственным могуществом, подхватил ее за заднюю лапу, крутанул и воткнул башкой в стену. Не давая опомниться, подхватил сломанную переднюю лапу и полоснул её собственными же когтями по горлу.

С силой переборщил, и меня окатило фонтаном крови. Монстр умудрился боднуть меня головой. Я отлетел метра на четыре. Из разорванного горла мутанта валил пар, багровая жидкость заливала пол, лапы скользили, но лотерейщик упорно шел вперед. Непонятно, что он способен выкинуть в таком состоянии. Пришлось чуть присесть и приготовиться резко разорвать дистанцию.

Вдруг тварь оступилась и рухнула на бок. Пар из её рта больше не шел. Лапы забила мелкая дрожь, перешедшая в крупную судорогу, словно к телу подвели напряжение. Через минуту все закончилось. Я помахал Варику и Мишане и под улюлюканье толпы отправился обратно в раздевалку.

Меня сразу отвели в соседнюю комнату. Там имелся душ, чтоб отмыться от крови, и чистые вещи, если вдруг те, что на мне, пришли в негодность во время боя. Переодеваться я не стал, лишь оттер себя и одежду от крови и, не торопясь, попил горячего чая, пережидая, пока адреналин выветрится.

Телик имелся и здесь, но я предпочел вернуться в общую комнату. Там какая-то более рабочая атмосфера, что ли, помогает быть сфокусированным, но при этом не перегореть. А если сидеть одному, можно забрести мыслями совсем не на ту тропку, что, в свою очередь, чревато проигрышем.

Постепенно помещение пустело, одни зависали во второй комнате, другие выбывали вовсе, третьих спешно латали несколько десятков знахарей, чтобы боец успел прийти в себя до того, как ему снова предстоит выйти на арену. Лелик порвал еще одного зараженного и выбил всё дерьмо из самого перспективного кваза по имени Туфта.

Туф чудом выжил в прошлом году и, говорят, даже умудрился покалечить Лелика. Целый год он готовился к реваншу, и все ради того, чтобы снова оказаться на грани смерти на потеху зрителям.

Я уже успел присмотреться ко всем участникам и примерно знал, что ждать от каждого. Мое второе имя снова вспыхнуло на табло. Вышел на арену под одобряющий гул толпы. Предыдущее выступление им понравилось. Редко кто так быстро убивает лотерейщиков.

Моим оппонентом стал кваз из пещерников. Звали его Фанат. В предыдущем бою он умудрился задушить лотерейщика. Так что надо быть аккуратней и не попадаться ему в захват.

Прозвучал гонг, и Фанат неспешно двинулся в мою сторону. Я занял центр арены, приставил одну руку к подбородку, а вторую выставил вперед. Оппонент не стал долго кружить возле меня и тут же попытался снести мне голову размашистыми подачами.

Я разорвал дистанцию. Сам атаковать не торопился. В скорости он мне уступает, но вот в силе фора у него. Противник бросил оверхенд и тут же попытался пройти в ноги — классика. Я был начеку и успел выбросить колено.

Точное попадание в лоб, и Фаната повело, он на четвереньках бросился за моей ногой еще раз, но не достал. Я воспользовался его слабостью, перескочил, оказавшись сзади, и повторил свой трюк — схватил оппонента за ногу, только на этот раз, раскрутив, подбросил вверх.

Толпа охнула, когда в них полетела стокилограммовая туша, но к моему сожалению наверху имелся прозрачный барьер, видимо, на случай атаки шустрых зараженных. Фанат ударился о преграду и рухнул вниз без признаков жизни. Подскочившие санитары показали большой палец. Значит, жить будет. Ну и хорошо. Убивать кого-то за горсть горошин совершенно не хотелось.

Я думал, поединки людей будут самыми скучными, но не тут то было. Интриги в них не меньше, чем в остальных противостояниях. Больше всех меня впечатлил цитадельский парень Чугун. Судя по поединкам, имя он получил благодаря своей чугунной челюсти, которую никто не мог пробить. Он явно шарил в боях еще до того, как попал в Улей.

Выходил в футболке с братьями Диаз. Спереди портрет Ника, а сзади Нейта. Стойкостью он не уступал легендарным бойцам, а в ударах читались знакомые комбинации обоих стоктонских рубак. Все пророчили ему выход в финал. Даже я начал подумывать, а не дать ли Мишане сигнал, чтоб поставил на него часть моего гонорара.