Дмитрий Корсак – Шесть бастионов (страница 10)

Сорокопут уже держал на ладони маленькую таблетку в темно-синей, цвета волшебной ночи, оболочке, когда в кабинете появилось легкое серое облачко. Через секунду оно превратилось в голограмму сидящего в кресле хорошо знакомого человека.

– Хм, – голограмма кашлянула, нахмурившись. – Аверкий, ты меня разочаровываешь.

– Папа?.. – вырвалось у Сорокопута.

Опешив, он даже попятился, но быстро взял себя в руки.

– Какого черта?! – рассерженно зарычал Аверкий – отец умер пять лет назад.

Фигура отца подернулась дымкой, на лицо упала тень, скрывая черты. Теперь перед Сорокопутом сидел совершенно незнакомый человек с затемненным лицом. Почему-то от одного взгляда на визитера спина Сорокопута мгновенно покрылась холодным потом.

– Прошу прощения за вторжение, но вы не отвечали на вызовы, – заявил незнакомец, спокойно укладывая ногу на ногу.

– Как?.. – глупо каркнул Аверкий.

– Вы хотите узнать, каким образом я преодолел вашу дорогостоящую, но малоэффективную защиту? – усмехнулся незнакомец. – Это было не так уж и сложно.

– Да пошел ты!.. – заорал Сорокопут, приходя в себя и хватаясь за браслет, чтобы вызвать охрану. Страх уже отступил.

– Не стоит беспокоить службу безопасности, у нас впереди плодотворная совместная работа, – спокойно возразил незнакомец. – Да и не получится.

Он оказался прав. Не получилось. Сорокопут был заблокирован и отрезан от внешнего мира. Работающей оставалась одна линия, связывающая его с…

– Кто вы?

– Как я уже сказал, у нас общие интересы. Мне нужны файлы, хранящиеся в Северном научном кластере.

– Наймите хакера, – буркнул Сорокопут.

– Хакера придется нанять вам. Прямо сейчас.

– Глупая шутка.

– Я не шучу. Я вполне серьезен. А чтобы доказать серьезность своих намерений преподнесу небольшой урок. Проверьте котировки своих акций.

Незнакомец вытянул левую руку в сторону ладонью вниз и начал медленно опускать ее. А вместе с рукой поскакали, уменьшаясь, и цифры на виртуальном экране.

– Хватит? – рука застыла на месте.

Остановились и цифры.

– Пожалуй, еще немного.

Рука опустилась еще на несколько сантиметров, вместе с ней снизились и котировки.

– Хватит! – вырвалось у Сорокопота. – Этот глупый трюк…

Договорить он не успел, средства связи в президентском кабинете взорвались нетерпеливыми вызовами. Настойчиво заверещал смарт-браслет, в кабинете возникли голограммы секретаря и двух вице-президентов.

– Аверкий Станиславович, котировки упали… – испуганно докладывали подчиненные, перебивая друг друга.

Сорокопут, не глядя на них, мрачно буркнул:

– Верните цифры обратно.

– Урок усвоен?

Сил хватило только на кивок.

Рука незнакомца вернулась на колено, а цифры – в привычные значения.

– Что вам действительно нужно?

– Я уже сказал: файлы проекта «Точка Омега», которые хранятся на серверах Северного научного кластера.

– Если можете влиять на биржевые котировки, то украсть какие-то файлы для вас дело плевое, – холодно бросил президент «Гедеон-индастрис». – Зачем вам я?

– Это вас не касается. Для вас должно быть важным лишь то, что я могу быть как очень признателен, так и очень суров. Хотите формулу лекарства, над которым бьются ваши лаборатории? А формулу сета? Или лучше укоротить вашего конкурента, на окна которого вы периодически поглядываете? Подумайте. Жду ваши пожелания завтра вместе с файлами проекта.

Сорокопут, хоть и был обескуражен, по привычке оставил последнее слово за собой.

– Я не привык иметь дело с человеком, скрывающимся за виртуальной личностью, – он очень старался, чтобы голос не дрожал.

Но последнее замечание незнакомца выбило у него из-под ног остатки почвы:

– Вы уверены, что имеете дело с человеком?

– Лизу и Хвана ко мне! Немедленно! – взревел Аверкий, когда пришел в себя.

Пространство кабинета, ранее занимаемое голограммой незнакомца, сгустилось в серое облако, и в кабинете возникли две фигуры – красивая блондинка в вечернем платье с распущенными по плечам волосами и кореец неопределенного возраста в темной одежде.

Сорокопут мрачно уперся в них взглядом.

– Мне нужны файлы проекта «Точка Омега». Срочно, – заявил он.

– Что это за проект? – осведомился Хван.

– Откуда вы узнали о нем? – одновременно с ним спросила Лиза.

– Не ваше дело, – огрызнулся Аверкий. – Нужны и все. Немедленно.

– Придется действовать официальным путем, а это не быстро. На сервера Северного только что была осуществлена хакерская атака, теперь они усилят защиту, – заметил кореец. – Но мои люди постараются.

Женщина промолчала. Но по фиксации зрачков и проявившемуся на щеке рисунку лилии стало понятно: она с кем-то усиленно обменивалась данными.

– И сколько времени вы будете стараться? – неприязненно осведомился президент «Гедеон-индастрис».

– Пока не достигнем результата, – коротко ответил кореец. – Но, возможно, у госпожи Лангу есть более эффективное решение.

– Ой, простите, – промурлыкала блондинка, очень натурально изобразив удивление. – Я думала, это конфиденциальное совещание, без посторонних.

Ее голограмма на секунду затуманилась. Теперь она была одета в строгий темно-багровый костюм, а волосы убраны в аккуратную прическу.

– И разве обсуждаемый вопрос не выходит за рамки компетенции начальника службы безопасности? – невинно добавила она.

Это было уже второе унижение после «постороннего». По оскорблению на каждую фразу.

– Да, с недавних пор подобные вопросы в ведении ваших подчиненных, – невозмутимо парировал Хван. – Но мои люди только и делают, что подчищают за вашими, поэтому приходится быть компетентным во всем.

Кореец выделил голосом два момента – «мои» и «во всем».

– А ну прекратить! – рявкнул Сорокопут.

Он поднялся из-за стола и направился к скрытому в стене бару. Достал пузатую бутылку и плеснул в стакан на три пальца. Конечно, можно было просто сказать «скотч», и через несколько секунд кибер поставил бы на стол точно такой же стакан, но Сорокопуту нравилось готовить выпивку самому. Эти нехитрые моменты – отвинчивание пробки, терпкий, слегка дымный аромат виски, привычная тяжесть бокала в руке – успокаивали его.

Сорокопуту не в первый раз доводилось пресекать подобный обмен колкостями между двумя самыми влиятельными людьми корпорации. После него самого, конечно. И эти перепалки несказанно раздражали и выводили его из себя.

Хван – олицетворение восточного спокойствия и невозмутимости – достался Аверкию вместе с «Гедеон-индастрис» и был одним из двух условий вступления в должность после смерти отца. Невысокая поджарая фигура, восточная услужливость и немногословность, обманчивое впечатление незначительности и покорности. Начав с самых низов, с должности обычного телохранителя, кореец быстро поднялся наверх. Уже через пару лет ни одна серьезная силовая акция корпорации не проходила без его участия. Еще через пару лет он занимался планированием операций, а затем отец Аверкия назначил тогда еще совсем молодого корейца начальником службы безопасности корпорации – Хван фактически стал вторым человеком в империи Сорокопутов. Но и потом дотошный и скрупулезный кореец вникал во все мелочи, а в самых рискованных акциях предпочитал участвовать лично.

Сколько Аверкий себя помнил, столько лет Хван, словно тень, находился подле отца. С детства Сорокопут знал, каким влиянием в корпорации обладала эта незаметная и недооцененная многими фигура – отец доверял корейцу как самому себе. А еще Хван знал главную тайну Аверкия, в которую не была посвящена даже Лиза.

«Надо все-таки от него избавиться, – в который раз подумал Сорокопут, – мне хватит и Лизы».

Лиза – совсем другое дело. Его приобретение и правая рука. Его упоение и награда. Будь он столь никчемным, как полагал отец, такая женщина ни за что не осталась бы рядом с ним. С приходом Лизы в «Гедеон-индастрис» многие проблемы решались как бы сами собой. Аверкий доверял ей все больше и больше, но… Только почему они с Хваном как кошка с собакой?

Сорокопут вернулся за стол. Кореец никак не прореагировал на возвращение босса, в его узких глазах не отразилась ни одной эмоции. Лиза по-прежнему занималась своими делами.

– Файлы нужны мне завтра. Ну? Кто из вас положит их на мой стол?