Дмитрий Корсак – Хозяева истории (страница 11)
В отличие от советских времен в наши дни многое решают деньги. Поэтому сейчас в Санатории можно встретить олигархов, банкиров, обласканных властями артистов и прочий «цвет нации».
Доктор медицинских наук Константин Верховский действительно значился в списках сотрудников ЦМСЧ 77 и был личностью засекреченной и весьма любопытной. Даже Ганичу потребовалось время, чтобы найти нужную информацию. Но дороги до Санатория ему вполне хватило, чтобы я знала о Верховском все. Или почти все.
Родился в Москве в семье научных работников. Мать – биохимик, отец – физик, но более примечательным оказался дед – профессор нейрофизиологии, стоявший у истоков этой науки, который и привил внуку интерес к медицине. Окончил Первый Московский медицинский институт, лечебный факультет, интернатура и аспирантура там же. Практически сразу после окончания аспирантуры защитил кандидатскую диссертацию по нейрофизиологии, длинное и сложное название которой мне мало что сказало. Через восемь лет – докторская, тема которой была засекречена настолько, что Ганич почти опустил руки. «Я, конечно, рано или поздно найду этот диссер, но стоит ли он таких усилий?» – пробурчал Леонид.
Семьи у Верховского не было, видимо, доктор принадлежал к тому сорту людей, о которых говорят «женат на науке». Только вот о «науке» практически ничего и не было известно. Даже Ганич со всем своим виртуозным владением информацией пока не смог ничего нарыть о последних разработках ученого. По косвенным признакам можно было предположить, что нынешние интересы Верховского лежали в области самого передового края нейробиологии.
Интуиция подсказывала мне: за такой секретностью наверняка прячется какая-то гнусность. А если я права, то Андрея надо выручать. И выручать срочно. Не впервые наука, медицина в частности, прикрываясь самыми благими намерениями, занималась вивисекцией. Не надо далеко ходить за примерами – мы еще долго не забудем Вторую мировую и эксперименты нацистов. И здесь, как подсказывало мне чутье, творилось нечто столь же отвратительное, после чего захочется вымыть не только руки, но и память.
Предаваясь мрачным мыслям, я вышла из машины возле высокого, выше человеческого роста, бетонного забора, за которым в глубине сада стояло четырехэтажное здание с портиком и белыми колоннами. Опять КПП, только намного серьезнее – не желторотые пацаны-первогодки, а матерый, уверенный в себе контрактник. И здесь меня никто не ждал.
Оказавшись у цели, я вдруг засомневалась: а стоит ли вваливаться неподготовленной, без тщательно разработанной легенды? Когда мы не уверены в следующем шаге, то обращаемся к ведущему группы. Но сейчас старшей была я. Что делал ведущий, оказавшись в тупике? Обращался к шефу.
Ох, как же мне не хотелось звонить полковнику…
Пересилив себя, я набрала начальство. Ремезов скинул звонок. Итак?.. Посоветоваться с более опытным Деминым? Ну уж нет! Но тогда остается либо вернуться ни с чем, почувствовав себя полной неумехой, не готовой к самостоятельной работе, либо лезть напролом в надежде на великое русское авось.
Выручила меня очередная порция информации от Ганича – чем не повод поговорить. Леонид выслушал меня, помолчал (я так и видела, как он раскачивается на стуле, запустив пятерню в лохматые кудри) и, наконец, выдал:
– Лучше бы посоветоваться с шефом, но если решишь лезть в логово к чудовищу, то, вот тебе вводные. Во-первых, сейчас к КПП подъедет кортеж из «скорой» с пациентом и трех машин с охраной и родственниками. Во-вторых, на КПП с ночи воскресенья не работает камера. Заявка на ремонт отправлена, но камеру пока не починили, так что можно незаметно проскочить внутрь вместе с толпой.
Поблагодарив Леонида, я оставила короткое сообщение шефу и решила действовать на свой страх и риск. К чудовищу, так к чудовищу.
– К полковнику Верховскому.
Здоровенный охранник в камуфляже окинул меня цепким взглядом и то ли спросил, то ли констатировал:
– Пропуск.
– Чего нет, того нет. Такой не подойдет?
Я вложила в огромную лапищу удостоверение сотрудника ФСБ.
Охранник внимательно изучил документ и так же лаконично осведомился:
– Вас ждут?
– Сомневаюсь, – я покачала головой. – Хотя все возможно.
– Подождите, я выясню, – коротко бросил охранник, пропуская меня в помещение КПП.
Я оказалась во вполне респектабельном холле. Длинные кожаные диваны вдоль стен, пара глубоких кресел в углу, отгороженных стойкой с растениями – этакий уединенный закуток для конфиденциальной беседы с врачом. Журнальный столик с периодикой и бутылками минералки, раскидистые фикусы, призванные придать помещению уют. Прямо напротив входа виднелась вторая дверь, ведущая на территорию Санатория. Наверняка, запертая и охраняемая.
Приветливо кивнув смутно знакомой даме в кресле – актриса? – я уселась на диван и подхватила со столика первый попавшийся журнал. «Пластическая хирургия»? Отлично. Сделав вид, что разглядываю фотографии скроенных заново красавиц, я принялась незаметно осматриваться вокруг. Оказалось, что инстинктивно я выбрала самое удачное место – за пышным растением меня не было видно ни от входа, ни от выхода, зато я прекрасно контролировала все помещение и оба входа.
И вдруг тишина и спокойствие в одно мгновение остались в прошлом. Первыми в холл ввалилась охрана в строгих черных костюмах. Следом суетливой трусцой вбежали врачи «скорой» с носилками. За ними важно вышагивала ярко-рыжая девица в высоких ботфортах (это летом-то!) и шпицем под мышкой. У меня сразу возникло ощущение, что я оказалась на вокзале. Все шумели и суетились вокруг заботливо усаженного на диван пожилого обрюзгшего мужчины. Внимательно приглядевшись, я узнала некогда популярного киноартиста, а ныне депутата, приятельствующего с самим президентом.
Вскоре стало еще теснее – со стороны Санатория в холл вошел врач с парой накачанных санитаров. При виде незнакомцев шпиц тут же зашелся лаем, суета и шум достигли апогея. Артиста под оханье девицы в ботфортах усадили в кресло, и санитары покатили его ко входу на территорию Санатория. Девица с телохранителями бросились следом, образовав затор, в который сунулась и я. Все произошло так, как и предполагал Ганич: меня никто не остановил.
Я пристроилась в кильватер процессии, попутно бросая быстрые взгляды по сторонам. От КПП к лечебному корпусу вела выложенная плиткой дорожка с прозрачной пластиковой крышей над головой – чтобы пациенты не мокли под дождем в случае непогоды. Вокруг лечебного корпуса был разбит парк с ажурными беседками, фонтанами и кустами роз. По аллеям степенно прогуливались больные в дорогих спортивных костюмах. Пара-тройка лиц показалась мне смутно знакомыми. Но кто это – чиновники, телеведущие или депутаты – я так и не вспомнила.
В здание мы вошли с торца, шумная процессия свернула к лифтам, а я направилась в главный холл, которому мог бы позавидовать пятизвездочный отель – столько мрамора и вычурной позолоты, приходящихся на кубометр пространства, мне давно не доводилось видеть. Выбрав лицо подобрее за стойкой регистратуры, я поинтересовалась, где могу найти профессора Верховского.
– Поднимайтесь на третий этаж, коридор направо, он вскоре должен подойти, – последовал приветливый ответ.
Я бодро застучала каблуками по мраморным степеням, лихо свернула за угол… И чуть не уперлась в знакомую широкую спину, обтянутую серым пиджаком.
Реакция моя была молниеносной и неожиданной даже для самой себя – быстрый прыжок назад. Не знаю, почему я это сделала – сработала ли женская интуиция или защитные рефлексы дали о себе знать, но мне нисколько не хотелось, чтобы шеф лицезрел мой обескураженный вид. Его-то самого ничто не могло обескуражить…
Но откуда Ремезов узнал о Санатории? И что это за высокий темноволосый человек в черной кожаной куртке рядом с ним?
Поразмыслив с минуту, я решила, что в присутствии шефа в Санатории есть большой плюс – теперь мне не придется в одиночку вызволять Андрея из когтей Верховского. Я дернулась, чтобы сделать шаг, но моя интуиция вдруг воспротивилась. Прежде чем воочию предстать перед очами начальства, стоит позвонить, подсказала она.
Из своего укрытия я прекрасно видела, как шеф достал из кармана смартфон, быстро глянул на экран, но отвечать не спешил. Как не спешил и сбрасывать вызов. Ответил он лишь на пятом звонке.
– Тебе срочно? Я занят, – в голосе полковника наметились сварливые нотки.
– Да, срочно, но я быстро.
В двух словах я рассказала о своем визите в воинскую часть, не забыв добавить, что абсолютно уверена: мальчик находится в ЦМЧС 77. Дальше я поделилась своими ближайшими планами, первым пунктом которых значился разговор с Верховским.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.