Дмитрий Казаков – Солнце цвета стали (страница 6)

Двери в дом были плотно закрыты, там, похоже, готовились к последнему отпору. Но лезть внутрь никто не собирался. Воины с драккара шеренгой окружали дом, в руках многих пылали факелы.

– Херсир Тормод, – сказал Хаук, на щеке которого багровел свежий шрам. – Теперь ты, должно быть, поймешь, что нельзя безнаказанно оскорблять того, кто получил титул от своих воинов, а не за заслуги предков!

Конунг махнул рукой.

Медленно, оставляя за собой огненные следы, факелы полетели на крышу. Пламя тут же вцепилось в дерево, необычайно быстро поползло во все стороны, покрывая строение шевелящимся оранжевым ковром. Дождь оказался бессилен затушить огонь, разожженный при помощи искусства эриля.

Жар ударил в лицо подобно кулаку, Ивар невольно сделал шаг назад.

Дом пылал, за несколько мгновений превратившись в огромный костер. Сквозь треск пламени изнутри несся постепенно затихавший вой понявших свою участь людей. Испуганно блеяли овцы, мычали коровы. Животные принимали смерть вместе с хозяевами.

Жара заставила отступить на шаг, затем еще на один.

Запах гари ел ноздри. Ивар отходил, пока не уперся спиной в ограду.

– Боги! – стоявший неподалеку конунг воздел руки к небесам. В светлых глазах его блеснули алые огоньки, а холодное лицо отразило жестокую радость. – Смотрите с высоких престолов, как я свершил месть!

Викинги, прикрывая лица, пробирались к пролому на месте ворот – жара внутри ограды сделалась нестерпимой. Самые ловкие перебирались прямо через частокол, спрыгивали на другую сторону.

– Ты свершил доброе дело, конунг, – сказал подошедший сзади Арнвид, – но нам пора уходить. Оттуда никто не выберется.

– Рано! – почти прорычал конунг. – Дождемся, пока все рухнет!

Но за ограду, тем не менее, отошел. Прочие викинги уже были там, рвущийся к небесам гигантский столб пламени освещал лица, мокрые от продолжающего лить дождя, по гладкой поверхности шлемов ползали желтые блики. На гибнущую усадьбу все смотрели молча.

Сквозь гул пожара прорезался мощный треск, и дом, высившийся среди огня закопченной коробкой, медленно и величаво рухнул. Вслед за ним начали падать пристройки.

– Все, уходим! – приказал Хаук, резко отворачиваясь. – Мы свое дело сделали. Нам нужно отплыть до рассвета.

Когда добрались до корабля, на востоке вовсю полыхала заря. Розовое сияние рвалось выше и выше, поглощая звезды, и немного оставалось до того момента, когда на землю упадут первые солнечные лучи.

– Ну как? – встретил прибывших Эйрик Две Марки.

– Слава Херьяну, – ответил конунг, – Тормод грызет сейчас ледяные камни в Хель, пытаясь остудить прогоревшее брюхо.

Хаук, морщась, стащил шлем.

– Все на весла! Нам нужно как можно быстрее убраться из Раумсдаля!

Вемунд, впившийся в копченую свиную ляжку, вздрогнул, а на широком лице его отразилось горькое разочарование.

– Вот так всегда, – сказал он Ивару, – нет бы переждать чуток, дать червячка заморить… Эх!

– Потом заморишь, – ответил Ивар, который чувствовал, что от усталости не поднимет даже тонкий прутик. – В Вальхалле.

Загребные опустили весла в воду, послышался плеск, и драккар, неторопливо отвалив от берега, принялся разворачиваться драконьей головой к выходу из фьорда.

На этот раз обреченный в жертву конь был вороным, без единого светлого пятнышка. Роскошная смоляная грива блестела, в глазах стоял испуг, а под шкурой перекатывались выпуклые мышцы.

– Красавец, – одобрительно сказал покупавший животное Арнвид, – богам должен понравиться!

Конунг лишь хмыкнул, но не сказал ничего, а по выразительности его лицо могло поспорить с плитой древнего алтаря, сплошь покрытой странными корявыми рунами.

Сверкнул клинок, ловя свет взошедшего недавно солнца, и с обманчивой нежностью коснулся лошадиной шеи. Животное дернулось, из горла его вырвалось ржание, быстро перешедшее в смертный хрип. Густая алая струя плеснула на жертвенный камень, заливая выбитые в нем надписи.

Арнвид заговорил, вскинув к небесам руки. Речитатив быстро перешел в заунывную песню, слова которой вызвали в мышцах Ивара дрожь, а в голове – неясный, путающий мысли гул.

Кровь пузырилась на жертвенном камне, словно тот вдруг нагрелся, стоявшие вокруг него древние деревянные идолы, что изображали богов, скрипели и слегка раскачивались, на едва различимых лицах злобно сверкали глаза…

А затем вдруг все кончилось.

Эриль замолчал, а алтарь оказался чистым, без единого пятнышка крови.

– Боги приняли подношение! – воскликнул Арнвид, поворачивая к викингам залитое потом лицо.

– Все на корабль, – сказал конунг, пряча в ножны обтертый от крови клинок.

Смеясь и переговариваясь, викинги рассаживались по лавкам. Трех дней не прошло с той ночи, когда в собственной усадьбе был сожжен гордый херсир. Раумсдаль остался позади, погони не было. Если кто из родичей убитого и жаждал мести, ему ничего не оставалось, как отложить ее на потом.

В отваливший от берега драккар вцепились волны, принялись колотить в борта прозрачными массивными телами. Доски обшивки заскрипели, создавая привычную для путешествия по морю негромкую музыку.

Белоснежное полотнище паруса с алым диском посредине развернулось над палубой, и тут же надулось, ухватывая ветер. Боги не подкачали, и корабль стремительно несся на юго-запад, острым носом разрезая воду и оставляя след из белой пены.

– Ну что, доплывем до Бретланда для начала? – спросил Ивар у вольно раскинувшегося на лавке Нерейда, который, несмотря на холодный ветер, разделся по пояс, обнажив мускулистый торс, кое-где помеченный росчерками шрамов.

– Доплывем, – ответил тот, почесывая рыжую башку, – либо на драккаре, либо в брюхе рыб, которые нами пообедают.

Оставшийся за кормой берег острова Сэла, где расположилось древнее святилище, постепенно уменьшался, превращаясь в темную полоску. В чистом небе висело солнце, неодобрительно поглядывая на идущий по морю корабль.

Десять дней викинги плыли, не видя ничего, кроме воды и неба.

Первыми предвестниками того, что скоро покажется земля, стали чайки, от пронзительных воплей которых Ивар проснулся холодным и ветреным утром. К вечеру показался берег. Из серой полосы, протянувшейся вдоль западного горизонта, он вырос в пологую холмистую равнину, поросшую негустым лесом.

– Бретланд! – проговорил Вемунд с такой гордостью, словно демонстрировал соратникам собственную богатую усадьбу.

– И что здесь сейчас? – поинтересовался Ивар, жадно оглядывая берег и пытаясь вспомнить, бывал он в этих местах или нет.

– А ничего особенного, – пожал плечами толстый викинг. – На севере все ограбили, что могли, а на юге наш друг, конунг Артур, свои земли хорошо защищает. Вот в том году мы вместе с Рагнаром Кожаные Штаны ходили грабить окрестности Лундунаборга, так едва ноги унесли.

– Ноги-то унесли, – подал голос Нерейд, – а кое-кто едва без портков не остался.

– И кто же? – спросил с интересом Ивар.

– Сигфред, – ответил рыжий викинг, поглядывая туда, где на лавке спал упомянутый воин, – мы одну деревню грабили, ну он девицу какую-то прихватил и давай ее пользовать… А тут, откуда не возьмись – рыцари! Большой отряд! Мы – на корабль! Отчаливать собрались, и смотрим – несется наш Сигфред к берегу, мечом машет – а портков подтянуть не успел, и все его хозяйство болтается, что твой сук на ветру…

Дружный хохот, заглушивший даже рев колотившего о берег прибоя, прокатился по палубе.

– Хватит ржать, жеребцы! – донесся с носа голос конунга. – Беритесь за весла, если хотите ночевать на твердой земле!

Потревоженная вода небольшой речушки забурлила под килем, и вскоре викинги уже спрыгивали с борта на пологий травянистый берег.

– За хворостом по трое! – привычно приказал Хаук. – И оружие не забудьте!

В кольчуге тащиться через густые заросли было неудобно, меч на поясе цеплялся за сучья, но Ивар помнил, что они вовсе не в родном Трандхейме, и что из‑за любого дерева может вылететь стрела или выскочить вооруженный воин.

Но на этот раз обошлось.

Костер запылал, разгоняя сгущающуюся тьму, на лиловом небе зажглись первые, самые смелые звезды. Викинги расселись вокруг пламени, кто чинил одежду, кто правил оружие, но все ждали ужина.

– Не нравится мне тут, – неожиданно проговорил Арнвид, до сего момента мрачно молчавший.

– Это еще почему? – поинтересовался оказавшийся рядом конунг.

– Наблюдают за нами из леса, – ответил эриль, – и очень внимательно.

– Да, я тоже чувствую, – подал голос Ингьяльд, – словно иголкой в спину колет…

– Колет! – усмехнулся Нерейд. – Может, тебя просто блохи заели?

Ученик эриля насупился и обиженно засопел.

– Зря ты шутишь, – одернул Хаук рыжего насмешника, и тут же голос конунга стал жестким: – Дежурить будем по трое.

На ворчание викингов Хаук внимания не обратил.

Ивару досталось сторожить первым, вместе с близнецами из Халогаланда.

– Они первый раз в походе, – сказал конунг, – так что ты за старшего. Следи не только за окрестностями, но и за ними. Если любой из них проворонит, наказан будешь и ты тоже.