Дмитрий Казаченков – Убийца героев. Том 3 (страница 36)

— Да-да.

Сказал я, протянув руку в сторону лежащего на полу пальто, потому что именно в его внутреннем кармане и лежал гаджет.

— Ну, давай посмотрим, что я там наснимал.

Мишейра под боком поворочалась, устраиваясь поудобнее.

Думаю, стоит отметить, что фотографии ей понравились. Хоть, и не все, но большая часть. А потом… А потом нам как-то стало не до фоток…

— Миш.

— М-м-м-м?

— Ты сейчас выглядишь, как объевшаяся сметаны кошка.

Сказал я, листая фотографии на телефоне.

— Это как?

— Такая же довольная.

— Скорее счастливая.

Прошептала она, прижимаясь ко мне под одеялом.

— Что ты там высматриваешь, мы же уже всё посмотрели?

— Не совсем. Помнишь, с чего всё началось? Там, на площади. В тот момент была ещё одна цель, которая требовала съёмки с определённых ракурсов.

Вот тут-то она заинтересовалась и во все глаза уставилась в экран телефона.

— В общем, смотри.

Я начал пальцем показывать на различные части пейзажа.

— Вот с этой крыши будет очень хороший обзор. Достанем снайперскую винтовку, и можно будет его по-тихому убрать. Справишься, если что?

— Не знаю. Тут дистанция большая, а с поправками я не очень дружу.

— Значит, надо брать калибр как можно крупнее…

Задумчиво протянул я.

— Вопрос только, где мы её достанем, и как будем в принципе действовать?

— Ну, смотри: цель ехала вот в этой машине на заднем сиденье слева. Так как ты с позиции не сможешь увидеть номер, то мне придётся стоять там и разыгрывать сцену до тех пор, пока не проедет нужная машина. Я разбиваю телефон, и ты тут же делаешь два выстрела.

— А зачем два?

Не поняла девушка.

— Чтобы поразить оба возможных места, а то мало ли, он возьмёт и пересядет, а как семафорить ещё и место, мне придумывать лень.

— И всё-таки надо, а то скорострельность у такого оружия не ахти. Тебя успеют свинцом нашпиговать, пока я второй раз прицелюсь.

Я задумался.

— Ну, тогда, после того как разобью телефон, схвачусь рукой за голову. Левой — он слева, правой — справа.

— Отлично. А теперь давай спать, а то нам ещё оружие раздобыть надо. И, кажется, я даже знаю, где…

Утром мне совершенно не хотелось вставать. Мне было тепло и мягко. В ухо сопит довольная Мишейра, по-хозяйски закинув ножку мне на живот. Кайф. Я скосил взгляд на её лицо.

— Ты ж не спишь.

За всё то время, что мы общаемся, я научился различать её состояния с первого взгляда.

— Хорош притворяться.

Я её легонько щёлкнул по носу.

— Ай! Зачем? Я же не сплю!

— Вот именно поэтому.

Наставительным тоном ответил ей я. После чего повернулся к ней полностью и поцеловал.

— А продолжение?

Разочарованно протянула девушка, когда я встал с кровати и принялся собирать разбросанную по полу одежду.

— А продолжение, когда со всем разберёмся.

Сказал я, подходя и взлохмачивая ей волосы.

— Какой же ты засранец.

— И как только ты меня терпишь?

Сказал я со вздохом.

— Именно.

Абсолютно серьёзно ответила она, и мы оба прыснули.

— Ладно, одевайся, ещё полно работы. Кстати, где ты хотела достать винтовку?

— Опять вы! Вы хоть представляете, на кого наехали?

Ага, снова тот же самый милейший человек. Найти его было несложно — он, постоянно заходит в один и тот же ресторан, причём всегда в одно и то же время, да и несколько раз на дню. Мы просто предположили и хоп, этот рояль объявился как по часам. Мы неделю за ним следили и искали закономерности. Кроме прочего, он теперь постоянно ездит с тремя дружками, аналогичной криминальной внешности. Все они одевались в одинаковые спортивные костюмы чёрного цвета.

— Парни!

А вот машина у него оказалась новая. И из неё сейчас вылезли трое бугаёв сами себя поперёк шире.

— Ну вот, я же говорила, что нам надо обратиться к нему.

Усмехнулась Мишейра. В её голосе я даже услышал нотки ликования.

— Ага. Вот только нам теперь надо избить их, да ещё так, чтобы они выжили.

— И в чём проблема?

— Я так не умею. А ты?

— Я… попробую?

Как-то уж слишком неуверенно сказала девушка.

— Ну, попробуй.

Наше общение гопота восприняла по-своему:

— Не бойтесь, голубки, мы вас только немножечко побьём и заберём деньги. Жить будете.

Недобро он так ухмыляется. Да ещё и Мишейру рассматривает, словно взглядом раздевает. Ну-ну, удачи.

— Очки сними, а то разобьёшь.