Дмитрий Казаченков – Убийца героев. Том 3 (страница 30)

Немного злорадно ответил я. На что девушка вполне закономерно удивилась:

— С чего бы это?

Я позволил себе ехидную улыбку:

— У тебя руки заняты.

— Хер поспоришь.

Было мне ответом.

Стена была не очень высокой, всего метров пять в высоту, так что до вершины мы добрались довольно быстро, вот только возникла новая проблема: во-первых, солдаты проморгались и теперь вопили из-за того, что ничего не видят, даже своего носа. Во-вторых, перед нами находилась колючая проволока, хотя, это не особо-то проблема, когда под рукой есть такая удобная энергия. Коготь, созданный из тьмы легко перерезал тонкий металл и «колючка» с тихим шорохом разлетелась в стороны, сворачиваясь кольцами и освобождая нам проход. Ну а перемахнуть через забор дело секундное. Немного съехав по стене, с помощью всё тех же когтей, я оттолкнулся ногами и оказался в паре шагов от солдата с автоматом. Не тратя времени даром, полоснул его когтем по горлу, второй рукой забирая автомат. Брызнула кровь. Солдат пытался зажать рану руками, хрипел, силясь сделать вдох, но всё тщетно. Вместе с кровью из молодого тела стремительно вытекала жизнь, пропитывая форму и оставляя после себя пустую безвольную оболочку. Его колени подогнулись, и солдат завалился вперёд. У него не хватило сил даже на то, чтобы выставить вперёд руки, и мёртвое тело безвольно шлёпнулось на пыльный асфальт, продолжая заливать его кровью.

Почувствовав твёрдую почву, Мшейра спрыгнула с моей спины. Как только она это сделала, я почувствовал, что меня слегка качает. Не сильно, но это уже говорит о многом. Энергия потихоньку подходит к концу, а ещё девушка в этой ситуации тоже не боец, раз не может увидеть и собственного носа.

Схватив девушку за руку, я потащил её в сторону командного пункта, где, по идее, должны находиться герои. Такие фигуры обычно по простым казармам не сидят. Их либо помещают в места, подходящие по статусу, либо они сами их приватизируют, выставляя владельцев на мороз. А какое место может лучше всего подходить героям в данных условиях? Правильно — комендатура, до которой нам надо преодолеть несколько сотен метров, наполненных растерянными и напуганными солдатами. Так мне ещё нужно следить, чтобы Мишейра с ними ненароком не столкнулась.

В общем, от наших действий на всей базе стоял ужасный вой сотен глоток, к которому запоздало присоединился вой сирены. Вся эта какофония звуков со страшной силой давила на уши, а, судя по состоянию моей напарницы, то вкупе с непроглядной тьмой, ещё и дезориентировала, мешая хоть что-то понять местным обитателям. Благодаря тьме, нас никто не мог увидеть, а из-за сирены — услышать. Пока есть возможность — надо пользоваться, а то меня такими темпами надолго не хватит.

Вот и дверь в комендатуру, из которой на ощупь выходит девушка в военной форме. Стройная, со светлыми волосами, сплетёнными в косу, которая опускалась до середины спины. Торс прикрывает бронежилет, на ногах тяжёлые армейские берцы. В правой руке пистолет, в то время, как левая неуклюже ощупывает окружение. Двигалась девушка до того медленно, что её и черепаха бы обогнала, да ещё и двигалась она, шаркая подошвами, чтобы не споткнуться.

Я позволил себе немного замедлиться и осмотреть её. Лицо довольно симпатичное с пухлыми губками и вздёрнутым носиком, но всё портили красивые голубые глаза, которые не могли ничего увидеть. В этих чистых и широко распахнутых зеркалах души отражался лишь страх. Длинные острые ушки нервно дёргаются, силясь уловить хоть какие-то звуковые ориентиры за неимением зрительных.

Наверное, в любой другой ситуации я бы пожалел эту милашку и постарался бы её обойти, не убивая, вот только холод в левом предплечье, сигнализирующий о том, что рядом цели, резко усилился. Вскинув одной рукой отобранный автомат, приставил ходящее из стороны в сторону дуло к её виску. Девушка даже дёрнуться не успела, как грохнул выстрел. Руку ощутимо тряхнуло отдачей.

Пуля легко пробила череп навылет, врезавшись в бетонную стену и оставив там маленькое углубление, в тот же миг серый бетон окрасила в алый цвет вылетевшая из-под светлых волос кровь, вперемешку с мелкими кусочками мозга и осколками черепа. Голова девушки дёрнулась, а пистолет с тихим лязгом выпал из ослабевших пальцев.

— Экспрессионизм, как он есть.

Хмыкнул я, обходя лежащий на земле труп. Из-за того, что после выстрела девушка завалилась на спину, остекленевший взгляд всё также широко распахнутых голубых глаз теперь смотрел туда, где должно было быть небо. Пуля прошла наискось, выйдя рядом с глазницей, из-за чего кровеносные сосуды в левом глазу лопнули, залив белок ярко-красным цветом, на котором ярко выделялась радужка.

— Кто это был?

Спросила Мишейра, водя головой из стороны в сторону.

— Девчонка.

Тихо ответил я, заводя девушку внутрь здания. Закрыв дверь, я привалился к стене и сполз на пол. Сил поддерживать завесу не осталось, и тьма потихоньку начала рассеиваться, возвращая и мне полноценное зрение. Практически в тот же миг за дверью послышался топот множества ног по асфальту. Кто-то кричал, кто-то матерился в тщетных попытках навести порядок.

— И какой теперь план?

Спросила девушка, вставая рядом и настороженно озираясь по сторонам.

— Надо найти второго и прибить как можно быстрее.

От усталости я прикрыл глаза и откинул голову, чем, видимо, спровоцировал беспокойство своей напарницы:

— Ты, хоть, двигаться можешь?

Приоткрыв глаза, я увидел бледное лицо, на котором читалось волнение и в то же время забота.

— Могу.

Кивнул я, с кряхтением поднимаясь на ноги.

— Дай сюда.

Девушка отобрала у меня автомат.

— Теперь я буду впереди.

И прежде, чем я успел что-то ответить, она зашагала по коридору. Достав из кобуры револьвер, я проверил патроны, после чего направился следом, внимательно поглядывая по сторонам и за спину, чтобы никто не напал сзади.

Мишейра уверенно шла по коридорам, отстреливая попадающихся по пути солдат и офицеров. Большинство из них ещё даже не успели прийти в себя, как получали порцию свинца в мозг наравне со всеми. Вот только магазин у автомата не бесконечный, и патроны вскоре кончились. Выбросив ставшее бесполезным оружие, девушка взялась за меч. Вот тут-то мне и пришлось подключиться к истреблению противников, поскольку напарница не могла работать сразу на несколько фронтов. Выручало только то, что противники были инертными и практически не оказывали сопротивления, иначе бы мы оба уже превратились в решето.

Герой обнаружился на верхнем этаже, где был оборудован командный пункт. Сколько народу мы перебили по пути сюда — понятия не имею. Да и в нашем случае трупом больше, трупом меньше. Говоря же обо мне, то сомневаюсь, что есть хоть что-то, что может ещё больше усугубить ситуацию. Ну вот скажите, что может быть хуже вырезанной под корень страны? Да ничего, что я мог бы провернуть в здравом уме.

Сам же командный пункт представлял собой просторную комнату со столами, компьютерами и монитором во всю стену, на котором была отображена карта мира с множеством красных и чёрных пометок. Что они обозначают, знали только офицеры, трупы которых остались валяться по всему зданию, да, пожалуй, ещё этот герой. Хотя, какой там герой, так, ботаник: растрёпанные светлые волосы, из-под которых в стороны торчат острые уши, очки с линзами по сантиметру в толщину, которые увеличивают его бегающие из стороны в сторону глаза чуть ли не в три раза. Да и сам он настолько тощий, что армейская одежда, которая должна быть подогнана по размеру, висела на нём, словно парус на мачте в штиль.

— Я вас ждал.

Прошепелявило это недоразумение и, нажало на красную кнопку. В ту же секунду из потолка вылезло четыре турели, направив пулемётные стволы в нашу сторону.

— Не дёргайтесь, мутанты и я оставлю вас в живых. Потом, правда, препарирую, но не суть.

Я обернулся к Мишейре и, пожав плечами сказал:

— Ну, зато он откровенен. Хоть, и долбоёб, но долбоёб честный.

— Молчать!

Тут же изошёл на визг этот коротышка. Серьёзно, когда он вскочил на ноги, его рост составил всего метра полтора. Когда сидел, он казался выше.

— Я порабощу этот мир, и больше никто не сможет поме…

Мысленно ссылаясь на свою усталость и желание поскорее свалить отсюда и поспать, я позволил себе его безапелляционно перебить:

— Слушай, а та голубоглазая красотка была твоей сестрой?

— Чт…

Он тут же ошарашенно заткнулся, дав нам пару секунд, которых с лихвой хватило, чтобы девушка смогла рывком уйти в сторону, метнув в турели четыре шипа из туго сплетённых энергий. Мой вымотанный мозг откровенно не успевал за её движениями, так что мне оставалось только надеяться, что автоматика окажется куда медленнее и не нашпигует меня свинцом.

Но всё обошлось — шипы, долетев до турелей, оказались не менее материальными, чем последние, легко пробив корпус и добравшись до электронной начинки. После чего напомнили, что подобное сочетание противоположных по знаку энергий крайне нестабильно, хорошенько так бабахнув и разметав в стороны обломки железа, обрывки проводов, патроны и прочее, из чего состояли турели. Вдобавок пострадало и основание, то есть, потолок, из которого были вырваны целые куски. У меня же в ушах стоял противный звон, заглушая собой все остальные звуки.