Дмитрий Карпин – Тайна Черной пирамиды (страница 69)

— Принесла же нелегкая, — хмыкнул Кузьмич.

— Все, теперь нам точно — каюк! — взвизгнул Бестужев.

Наги шипели и скалились, выпуская мерзкие раздвоенные языки. Кроваво-красные зрачки хищно поблескивали в свете факелов, а черная чешуя переливалась. Но отчего-то с нападением эти отвратительные монстры медлили, хотя численный перевес был на их стороне. Возможно, древним змееподобным тварям просто доставляло удовольствие видеть страх в глазах своих жертв. Так или иначе, но обступив людей довольно широким кольцом, наги остановились.

— Интересно знать, что это они задумали? — выдохнул Мартин, сжимая шпагу и водя ее из стороны в сторону, рассчитывая в любой момент отразить первый удар.

Ответ не заставил себя долго ждать. Плотные ряды чудовищ разошлись в стороны, открывая дорогу, и навстречу товарищам выползла здоровенная змеюка, разительно отличающаяся от собратьев. На вид она казалась больше других; черная, когда-то блестящая чешуя выглядела тусклой и потертой, раздувающийся капюшон был разорван, а через всю морду монстра пролегал старый шрам, будто нанесенный холодным оружием. Но самым удивительным оказалось то, что у пояса наги висел человеческий череп на кожаном ремешке. И вдобавок ко всему, эта отвратительная тварь сжимала белое копье с двумя, словно сабли, лезвиями на обоих концах.

Нага оскалилась и, обнажив острые желтые клыки, зашипела на клинок Мартина. А затем, ударив себя в грудь когтистой лапой, указала на шпагу испанца и вновь мерзко зашипела, будто предлагая бой. В такт предводителю и другие наги подали голос.

— Похоже, эта бестия хочет биться с тобой один на один, Мартин?! — первым понял намеренья наги Владимир.

— Хе! — усмехнулся испанец. — Похоже, что так, волчонок… Ты правда хочешь биться со мной, мерзкое ползучее отродье? — Поднимая клинок, и направляя его на нагу, спросил Мартин.

Та яростно рыкнула и указала копьем на испанца, а затем обвела им ряды собратьев, отчего те подались назад, очищая площадку для предстоящей схватки.

— Ну, как хочешь, — нисколько не смутился Мартин и, сняв со спины рюкзак и отдав его Владимиру вместе факелом, вышел вперед навстречу мерзкой твари.

Волков, Бестужев и Кузьмич напротив подались назад, по примеру наг освобождая пространство для предстоящей схватки. Владимир не опустил клинка, кузнец, впрочем, тоже по обыкновению держал боевой молот перед собой и с подозрением косился на змей, стоящих рядом.

— Эх, — хмыкнул Кузьмич. — Что-то не шибко-то я доверяю этим бестиям.

— Признаться честно, я тоже, — вторил другу Владимир.

В следующую секунду предводительница наг сорвалась с места и в стремительном прыжке атаковала. Де Вилья отступил назад и как раз вовремя, поскольку в то место, на котором он стоял еще секунду назад, вонзилось оружие врага. Удар оказался настолько сильным, что лезвие копья глубоко ушло в каменный пол. Испанец решил воспользоваться этой ситуацией и бросился в бой. Змея, развернувшись в пол-оборота, выбросила вперед хвост, целясь по ногам, но Мартин легко перепрыгнул через него и, достигнув наги, атаковал. Тварь ускользнула от ловкого удара испанца, уйдя в сторону, а затем, высвободив копье из каменного плена, сама нанесла удар. Оружия схлестнулись, высекая искры. Де Вилья обхватил эфес шпаги двумя руками и надавил что есть мочи, но сила наги превышала его собственную. Лезвие копья медленно перебарывало шпагу испанца, и тогда Мартин пнул монстра в грудь и отскочил назад. Чудовище в ярости зашипело и бросилось вперед. Испанец ушел в сторону, выбросил острие, но наткнулся на белое древко копья. Змея тут же крутанула оружие, чуть не лишив Мартина шпаги, а затем вдруг ударила испанца в лицо когтистой лапой.

Де Вилья споткнулся, отлетел в сторону, но тут же поднялся и сделал несколько шагов назад, отходя на безопасное расстояние. Держа перед собой клинок и с ненавистью глядя на нагу, он провел тыльной стороной ладони по лицу. На руке показалась кровь, а через всю щеку пролегали три кровавых полосы — следы когтей змееподобного чудовища.

— Значит так, ползучая гадина! Ну, хорошо, — прорычал Мартин и сплюнул на каменный пол. — Волчонок, кинь-ка мне факел!

Владимир тут же поспешил выполнить просьбу испанца и выбросил вперед факел. А нага уже сорвалась с места. Мартин бросился ей наперерез. Сделав несколько шагов, испанец прыгнул. Его рука обхватила древко факела, как раз в тот момент, когда чудовище оказалось рядом, но Мартин успел каким-то образом извернуться в воздухе так, что нага промахнулась, зато его шпага вскользь ударила по морде монстра, оставляя после себя глубокий шрам. Змея отскочила назад и яростно зашипела. В такт ей загудели ее собратья.

— Не нравится, да?! — усмехнулся де Вилья. — То-то еще будет!.. Ну, давай, нападай же, мерзкое отродье Diablo[51]!!!

И змея вновь бросилась в атаку. Но в этот раз Мартин даже и не думал отступать. Вместо этого он завертел шпагой и факелом перед собой, выгибая кисти рук и создавая завораживающий танец клинка и огненной палки. Острие блестело, кружился огненный цветок, переплетаясь с клинком воедино и расходясь в стороны, и нельзя было различить в этот момент, что и где, факел и шпага стали единым страшным оружием.

Змея подскочила к испанцу и ударила копьем. Мартин выбросил вперед шпагу, отбивая древко в сторону, а затем нанес свой удар горящим факелом в морду мерзкому чудовищу. Нага взвыла, попыталась уйти, но де Вилья взмахнул шпагой, оставляя кровавый след на покрытой чешуей груди, а затем ткнул в брюхо огненным цветком. Из пасти монстра вырвался леденящий душу стон, змея извернулась, ударила хвостом, но острие клинка проткнуло его насквозь и пригвоздило к полу. Нага оказалась в западне. Мартин же, разя снизу вверх факелом, выбил из лап чудовища оружие. То отлетело в сторону и со звоном ударилось о каменные плиты. А испанец, высвободив шпагу, размахнулся и проткнул наге предплечье. Та зашипела еще сильнее, с ненавистью взирая на человека красными вертикальными зрачками. Ее лапа схватилась за острие клинка, но Мартин одним резким движением выдернул его из плеча монстра, разрезая когтистые пальцы. А затем отскочил назад, переводя дух и готовясь к новой атаке. Окровавленная шпага и факел заняли прежнее положение и вновь приготовились танцевать.

А раненная, но не добитая и все столь же опасная предводительница наг, яростно зашипела, поглядывая на огненный цветок и острие клина, а затем вдруг сорвалась с места, но не в сторону ненавистного врага, а в ряды собратьев. Те разошлись, пропуская поверженного предводителя, и уже в следующую секунду, шипя и выбрасывая раздвоенные языки, двинулись вперед на мерзких человеков, вторгшихся в их обитель.

— Ни минуты не сомневался, что так и будет! — прорычал Волков.

Мартин быстро отступил назад к товарищам.

— Нам против них не выстоять! — прокричал он. — Нужно прорываться в туннель! За мной! Все разом!

С этими словами испанец бросился вперед к ближайшему проходу, перекрытому кольцом наг. В два прыжка оказавшись возле тварей, Мартин ткнул одной в морду факелом, а затем, развернувшись в пол-оборота, рассек горло другой. Владимир оказался рядом и добил в спину третью. Подоспевший Кузьмич обрушил молот на череп четвертой и развернулся к уже наступающим со всех сторон рядам змей. Бестужеву же, отягощенному награбленными сокровищами, просто и оставалось, что юркнуть в освобожденный проход. Оказавшись в спасительном коридоре, плац-майор не стал дожидаться товарищей, а сразу рванул вперед, поскольку один из факелов находился у него.

— Каков подлец! — только и успел выругаться Мартин. — Но и нам не стоит задерживаться! Вперед!

И он бросился в коридор. За ним двинулся Волков. Но тут ряды наг уже успели достигнуть убегающих и всей мощью обрушились на наглых людишек, доставивших им столько неприятностей. Большим количеством они кинулись вперед за убегающими, и зазевавшийся на секунду Владимир увидел, как Кузьмич разнес в кровь голову первой подоспевшей твари… но не успел развернуть тяжелый боевой молот, и следующая проворная змеюка впилась ему ногу.

— А-а-а! — взвыл кузнец и отшвырнул бестию в сторону.

Волков бросился ему на помощь, но Кузьмич оттолкнул молодого дворянина назад в туннель.

— Беги, дурень! Мне уже не помочь!

С этими словами кузнец встал во весь рост в арке входа. Его нога кровоточила, и Владимир увидел, как богатырь с трудом на нее опирается. В эту секунду на него кинулась очередная нага, Кузьмич разнес ей голову в клочья, а затем крутанул молот над головой и отбил атаку следующей.

— Беги! — крикнул он вновь. — Что я тебе сказал?! Я задержу их!

К горлу Волкова подступил ком, на глаза навернулись слезы.

— Беги! — вновь заорал Кузьмич, оборачиваясь на Владимира. В этот момент он походил на настоящего древнерусского богатыря, на свою беду родившегося не в ту эпоху. Ему должно было появиться на свет на много столетий раньше и совершать ратные подвиги на бранном поле, сражаясь боевым молотом против полчища врагов. Но судьба часто несправедлива и не дает нам ни права выбора эпохи, ни места рождения, ни положения в обществе.

С великой тяжестью на сердце молодой дворянин кивнул.

— Я не забуду тебя, друг! — выдохнул он.

Богатырь лишь усмехнулся и повернул голову, давая понять, что разговор окончен. А Владимир, что есть силы, устремился вслед за товарищами.