Дмитрий Калюжный – История русской бюрократии (страница 6)

В общем, дед и отец Ивана Грозного не смогли создать крепкого централизованного государства. А он смог. Как ему это удалось?

Он с детства знал, что самовластные бояре разоряют казну и народ, что они готовы на всё ради личного благополучия. Но в феврале 1549 года, когда восемнадцатилетний Иван собрал свой первый Земский собор, он, напомнив боярам их злоупотребления и насилия, призвал забыть все обиды! Ему было важно, чтобы все объединились в общем деле. И репрессировал в дальнейшем только несогласных. Заодно он освободил дворян (в те времена они были не благородным сословием, а сословием служащих) от суда бояр-наместников, и дал им право на суд самого царя. Годом спустя ещё больше ограничил власть наместников. Это были меры для снижения лихоимства и насилия со стороны «верховников» – представителей властной верхушки.

Было достигнуто равновесие в распределении власти между сословиями (Земские соборы), правительством (Избранная Рада) и царём. Это случай удачной синхронизации интересов разных социальных групп, ведь реформы проводились не в угоду какому-либо одному сословию, и не против какого-либо из них: царь желал, чтобы в усилении государства были заинтересованы все слои общества.

Россия – страна абсолютного коллективизма, то есть полного подчинения личности обществу, его канонам. Но как это ни парадоксально, оптимальный способ руководства такой страной – абсолютная же монархия. Москва объединила все окружающие земли потому, что здесь, в лесах, за долгое время была отработана именно такая система власти. Потому не смогло объединить их более технически развитое Великое княжество Литовское, где монархия не была абсолютной.

Но если управлять общими делами большой страны с суровыми природными условиями можно только централизованно, то «на местах» такая централизованная страна может, и даже должна позволить широчайшее самоуправление.

Первую реформу местного управления, вполне демократическую, провела, когда Иван был ещё ребёнком, его мать Елена Глинская, после смерти мужа оставшаяся при нём регентшей. Она создала на местах губные и земские избы во главе с губными и земскими старостами. Губные старосты9 вели следствие и суд. Принципиальная новизна заключалась в том, что они были не назначаемыми, а выборными: духовенство, дворянство и чёрные крестьяне выбирали их из представителей высшего дворянства, соблюдая на выборах принцип представительства от сословных групп. Эта система заменила действовавшие до той поры вече.

Подчинялись губные старосты Разбойному приказу (прообраз МВД), и в помощь им выбирали губных целовальников (присяжных заседателей) и дьячков (секретарей) – но этих уже не из дворян, а из посадских и черносошных крестьян (это крестьяне, которые несли тягло не в пользу помещиков, а в пользу государства). Полицейские функции выполняли сотские, пятидесятские и десятские чины.

Помещичьих и боярских крестьян судили сами помещики и бояре, за исключением дел, связанных с убийством и грабежом.

В 1555‒1556 годах уже сам Иван Грозный провёл свою реформу местного управления. Вместо «кормлений» наместников и волостелей на местах ввели самоуправление. Отныне страна делилась на уезды, которые состояли из города и сельских общин, соединённых в волости и станы (пригородные волости). Выбранные из посадских людей и крестьян земские старосты вели раскладку податей и повинностей, записывали «в тогло», контролировали меры и вéсы, клеймили лошадей, проводили мирские выборы. Коллегия земских старост («излюбленных голов») вела суд по мелким гражданским и уголовным делам.

Лев Тихомиров так суммирует административное устройство земской Руси:

«Воевода, как представитель царя, должен был смотреть решительно за всем: чтобы государство было цело, чтобы везде были сторожа, беречь накрепко, чтобы в городе и уезде не было разбоя, воровства и т. д. … Воевода ведал вообще всеми отраслями ведения самого государя, но власть его не безусловна и он её практиковал совместно с представителями общественного самоуправления. Вторым лицом после воеводы является губной староста, ведавший дела уголовные…

…Дело земского старосты и советных его людей состояло в раскладке податей, в выборе окладчиков и целовальников. В дело распределения оклада воевода не мог вмешиваться точно так же, как и в выборы, не мог сменять выборных лиц и вообще не имел права «вступаться» в мирские дела…

…По грамотам Грозного, монастырские крестьяне избирали у себя приказчиков, старост, целовальников, сотских, пятидесятских, десятников… Всякие правители, назначаемые в города и волости, не могли судить дел без общественных представителей… Наконец, по всем вообще делам народ имел самое широкое право обращения к Государю».

Историк Сергей Соловьёв на ту же тему:

«Правительство не оставалось глухо к челобитьям. Просил какой-нибудь мир выборного чиновника, вместо коронного – правительство охотно соглашалось. Бьют челом, чтобы городового приказчика (коменданта) отставить и выбрать нового миром – государь велит выбирать».

Ничего в этом нет удивительного. Самодержец есть представитель народа, а не какой-то его части. Поскольку большинство народа – это были крестьяне, постольку царь оказывался в основном выразителем крестьянских интересов. С труда крестьянина жила держава! А «элита» – местные властители, были не более как прослойкой слуг царских, надобных царю для реализации этих интересов. Царь создаёт условия для безопасности страны, чтобы крестьянин мог спокойно трудиться, а среди этих условий – и защита границ, и развитие торговли, и организация транспорта, связи, науки. На поддержание отдай, крестьянин, плоды трудов твоих! Зато царь был и защитником крестьян от притеснений со стороны высшей знати и приказных; ведь и коррупция, и самодурство, и прочие средневековые кошмары были обыкновенными в то время.

Помимо местного управления, Иван Грозный реорганизовал и центральное. Теперь оно стало строиться не по территориальному, а по ведомственному признаку. Самыми важными были приказы Посольский, Разрядный, Большой приход (сбор налогов), Разбойный. А «душой и главным рычагом всей приказной системы», как пишет С. Б. Веселовский, был царь. Он определял полномочия приказных судей и дьяков; под его личным наблюдением проходила вся их деятельность. Царь желал входить во все детали управления (что получалось, конечно, не всегда), судил, присматривал за своими казначеями и везде руководил. Лишь позже, по мере роста государства, умножения и усложнения дел, личное участие царя в делах становилось всё затруднительнее, пока не сделалось во многих отношениях фикцией.

Теперь посмотрим, как Иван Грозный «разобрался» с самовластием феодалов. Его дед и отец оставляли во владении князей часть их наследственных земель, в пределах которых они были от царя совершенно независимы. А он пошёл дальше, потребовал полного равенства всех «слуг» перед государственной властью: «жаловати мы своих холопей вольны, а и казнити их вольны есмы». Иван, как глава государства, желал «самодержавием и великих и сильных в послушестве имети». (Хоть и сильно ослабленную, аналогию этому желанию можно найти в тезисе В. В. Путина от 2000 года о «равноудалении олигархов от власти».)

Приказы Большого Дворца: Казённый, Постельный, Конюшенный, Ловчий, Дворцовый судный, Сокольничий, Царская мастерская, Панихидный, Золотых и серебряных дел, Царицына мастерская.

Административные и судебные приказы: Разбойный, Сыскных дел, Челобитный, Записной, Земский, Ямской, Холопий, Печатный, Монастырский, Приказных дел, Каменных дел, Московский судный, Владимирский судный.

Военные приказы: Стрелецкий, Пушкарский, Бронный, Ствольный, Городового дела, Аптекарский, Иноземский, Рейтарский, Казачий, Сбора ратных людей, Сбора даточных людей, Полковых дел, Полоняничий, Оружейная палата.

Финансовые приказы: Счётных дел, Большого прихода, Большой Казны, Денежных сборов, Сбора стрелецких денег, Доимочных денег, Книгопечатных дел, Денежной раздачи, Хлебный, Новгородская четверть, Ярославская и Костромская четверть, Владимирская четверть и другие.

Областные приказы: Казанский, Сибирский, Великой России, Малороссийский, Великого княжества Литовского, Лифляндских дел, Великого княжества Смоленского.

Одним из важнейших событий того века стала Ливонская война, длившаяся с 1558 до 1583 года. Сейчас о ней мало кто помнит, а историки трактуют, как войну России за выход к Балтийскому морю, не более. Но обратим внимание на два аспекта.

Во-первых, Русь была в вековечной блокаде. Наших купцов с товаром в Европу не пускали, и к нам перекрывали весь поток: ни товара, ни мастеров. Не отправься Иван в Ливонский поход, что было бы?.. Продолжение блокады и постепенное затухание здесь общественной жизни. Для примера, Куба с 1960-х находится под американской блокадой, и выглядит довольно убого. Представьте, как нынче выглядели бы мы, если бы такие вожди, как Иван Грозный и Пётр I, не решили бы этот вопрос.

Во-вторых, начав войну против ливонцев-колонизаторов, царь Иван сорвал планы других стран по захвату прибалтийских земель.

Испания накануне событий сдружилась со Швецией, собиралась утвердиться в Зунде10, и готовила планы захвата Ливонии. Посольство короля Филиппа уже вело в Стокгольме переговоры об испано-шведско-польской коалиции не только против Москвы, но и против Дании, Голландии и Англии, которые тоже имели виды на эти места. Почему бы было испанцам не захватить всю Прибалтику? Колонизовали же они центральную и почти всю южную часть Америки, которые много дальше. И на каком бы языке сейчас говорили три гордых прибалтийских народа…