Дмитрий Гришанин – Практикант. Книга 2 (страница 2)
– Ты всё врёшь!
– Ну да, ну да…
– Хозсяйка, дозсволь прис-струнить наглец-ца, – откуда-то сбоку напомнил вдруг о себе сгинувший из моего поля зрения кукольник.
– Не дозволяю! – зло шикнула на выскочку Линда.
– И что ты со мной будешь делать? – спросил я, отчаянно стараясь унять дрожь в голосе.
– Да вот уже и сама не знаю теперь, – проворчала хаосистка.
– Зачем же похищала?
– За надом, блин!.. По ходу, не повезло нам с тобой, Серёжа. И по-лёгкому разрулить проблемку, увы, не получилось…
Направление разговора, мягко выражаясь, начинало меня не на шутку напрягать. Млять! Если ад, через который мне пришлось здесь пройти, называется по-лёгкому, то я даже представить боюсь, как может обернуться по-тяжёлому.
– Я извела на тебя одиннадцать яиц фахжжа. Обошедшихся мне, между прочим, в сто пятьдесят девять тысяч евро, – продолжила меж тем откровенничать хаосистка. – Выпотрошила закрома всех знакомых артефакторов. И в итоге всё равно не хватило каких-то жалких трёх процентов.
«Выходит, Порядок в моём энерготипе всё-таки устоял!» – мысленно возликовал я.
– Напрасно лыбишься, Серёжа, – оскалилась стерва, каким-то чудом заметив тень радости на моём измождённом лице. – Тебе, при текущем раскладе, по-любому скоро наступит полный трындец. Думаешь, благодаря чему ты смог протянуть в теневой параллели так долго? Правильно. Регулярное потребление яиц фахжжа поставило на паузу лимит твоего насильственного выдворения отсюда. Кстати, потребляемая тобой теневая субстанция также регулярно укрепляла твоё тело теневыми очками и бонусами, поэтому, несмотря на длительное неподвижное положение в паутине, твои мышцы до сих пор не атрофировались и полны сил.
– Ну да, то-то меня так колбасит от каждого неосторожного толчка, – буркнул я.
Оставив мой комментарий без внимания, Линда продолжила откровенничать:
– Я рассчитывала, что после употребления партии собранных мною яиц ты станешь хаосистом и теневая параллель воспримет тебя как своего. Тогда бы ты спокойно выждал ещё один карантинный день, необходимый для окончательного усвоения яиц фахжжа организмом, и спокойно вернулся домой. Или не домой – это уж сам бы решил.
– Так ты б меня и отпустила, – фыркнул я, не удержавшись.
– Хочешь верь, хочешь нет, но даже пинка бы дала для скорости. Не забывай, твоё содержание тут обошлось мне в весьма приличную сумму. И просто так, от нефиг делать, увеличивать её у меня нет ни малейшего желания.
– Ты говоришь какими-то загадками.
– Я говорю то, что тебе необходимо знать. Увы, хаосистом ты не стал. Твой внутренний Порядок отчаянно сопротивлялся давлению эффекта бездны. И отличный план с треском провалился. Нам банально не хватило яиц. Будь их у меня не одиннадцать, а хотя бы тринадцать, наверняка всё бы получилось. Но, повторяю, я выпотрошила закрома всех знакомых артефакторов. И в ближайшую неделю новых яиц просить у них бесполезно. Тебе же, чтобы не запустился таймер обратного отсчёта, через восемь часов нужно употребить очередное яйцо, которого у нас нет.
– Так может, ты меня пока отпустишь? А потом, когда появятся яйца, я их приму. Обещаю, – без особой надежды предложил я.
– Не получится, – обломала меня хаосистка.
– Боишься, сдам тебя?
– Да брось, мальчик, кому ты меня сдашь? – фыркнула Линда. – Уж поверь, если б была такая возможность, я бы с радостью немедленно отпустила тебя восвояси. А потом изыскала бы способ обмануть твоих опекунов. Подкинула б тебе яйца фахжжа и принудила сдержать данное обещание. Наша проблема, дружочек, заключается в том, что сейчас в твоём организме слишком много не до конца усвоенного теневого продукта. Для его гарантированного усвоения, как я уже говорила, нужно пробыть здесь ещё один карантинный день. Если же немедля отправить тебя домой, теневая субстанция взбунтуется во враждебной среде Порядка и твоё тело разорвёт на части.
– Выходит, здесь мне оставаться нельзя, потому что через несколько часов снова запустится таймер, после чего время моего пребывания в теневой параллели очень быстро истечёт и меня насильственно схлопнет. Но и отправить домой меня тоже нельзя, из-за не до конца усвоенных организмом яиц фахжжа, которые там превратятся во взрывчатку, и меня разорвёт на грёбаные атомы, – подытожил я услышанное.
– Да, такой вот паршивый у нас с тобой получился расклад, – развела руками у меня перед лицом Линда.
– Раз мне по-любому кирдык, может, выпустишь меня хотя бы из этой чёртовой паутины?
– Пожалуй, ты прав, больше в этом нет необходимости… Крошка, освободи Сергея, – распорядилась хаосистка.
Подобравшийся сзади кукольник в считаные секунды срезал удерживающие меня тенёта, и я кулём рухнул на розовую траву, тут же разразившись трёхэтажным матом от грандиозной вспышки боли, полыхнувшей разом во всех мышцах и суставах. Пока я стонал и корчился от судорог, пальцы «Толяна» замелькали по моему непослушному телу, разрубая опутывающие его полупрозрачные паутинные нити.
Через минуту я худо-бедно оклемался и теперь неуклюже ощупывал и разминал застоявшиеся мышцы. Последние бодро отзывались на неумелый восстановительный массаж, подтверждая слова Линды о притоке сил от регулярной подпитки тела теневыми очками и бонусами.
– Рада была бы, Серёжа, составить тебе компанию в эти последние часы. Но, к сожалению, у меня много срочных дел, – объявила вдруг хаосистка.
– Погоди. Я не хочу здесь оставаться. – Попытался вскочить на ноги, но не до конца восстановившиеся конечности тут же коварно подогнулись, и я позорно хлопнулся обратно на задницу.
– Не обижай моего Крошку, – улыбнулась мне Линда. – А ты проследи за ним, чтобы не отчебучил чего с отчаяния, – отвернувшись, бросила она уже своей ручной зверушке. И через секунду рассыпалась грудой зеркальных осколков.
– Чёрт! Чёрт! Чёрт! – в отчаянии ударил я несколько раз кулаками по земле. – Да хрен с ним, с взрывом! Верни меня домой, сука!
Сбежавшая хаосистка моего злого требования, разумеется, не услышала. Но её разумный питомец прекрасно всё понял и очень оскорбился за хозяйку.
Свирепо зашипев, «Толян» прыгнул на меня с пяти метров, как кенгуру. Я лишь чудом успел в последний момент перекатиться по траве в сторону.
Когда катился, на глаза попалось изящное женское зеркальце, лежащее под травой на земле…
И тут же время вокруг словно остановилось.
Зависнув над зеркалом в очередном перекате, краем глаза я успел подсмотреть, как промахнувшийся кукольник медленно разворачивается ко мне. Иллюзия маски Толяна сползает с огромного паука со змеиной головой. И представший в своём истинном обличье кукольник тянется ко мне когтистыми лапами…
Но мгновением раньше его неотвратимого смертельного удара зеркало на земле подо мной взорвалось ослепительно яркой вспышкой.
Я на несколько секунд ослеп. А когда зрение восстановилось, обнаружил себя на полу какой-то странной комнаты.
Глава 3
Внимание! Вы покинули локацию теневой параллели! Без штрафа за нарушение ограниченного пребывания! В качестве поощрения вам начисляется 114 теневых бонусов к КЭП.
Строки короткого лога погасли, и я замер в ожидании взрыва. Но прошла секунда, другая… Тело до сих пор колбасил отходняк от длительной неподвижности. У меня по-прежнему всё болело, но я не чувствовал внутри ни намёка на активацию каких-то взрывоопасных процессов.
– Вот ведь гадина! Выходит, стерва снова меня обманула! – выдохнул я секунде на десятой бестолкового ожидания.
И тут же похолодел от ужаса из-за раздавшегося за спиной зловещего шипения.
«Неужели чёртов кукольник переместился вместе со мной?»
Мгновенно позабыв о боли, я мигом вскочил на ноги и скакнул в дальний угол комнаты, где обернулся, одновременно крутанув пальцем кольцо против часовой, и выставил перед собой активировавшееся воздушное копьё.
Погасшее было время обратного отсчёта в углу на периферии зрения снова загорелось, таймер ожил, и секунды на нём начали планомерно убывать:
00:14:21… 00:14:20… 00:14:19…
Но обнаружилась и хорошая новость. Хозяином напугавшего меня шипения оказался вовсе не кукольник, а похожая на макаку зубастая образина с огромным, вдвое больше её самой, пушистым хвостом. Тварюшка в напряжённой позе застыла на шкафу, где, судя по катышкам пыли, отлично заметным на её белоснежной шерсти, она мирно спала до моего появления здесь и тоже теперь внимательно меня разглядывала.
Размером это совершенно незнакомое мне существо, как я уже упоминал, было примерно с макаку. У неё имелись похожие на обезьяньи руки и ноги. А вот хвост, скорее, походил на беличий. Глаза у этого альбиноса, как положено, зловеще красного цвета. Но гораздо больше глаз меня напрягли внушительные зубищи твари, с трудом помещавшиеся в недостаточно широкой, хищно оскаленной пасти альбиноса.
Зверюшка, размером чуть больше домашней кошки, разумеется, без учёта хвоста, имела два ряда кривых остроконечных зубов, в центральной части не меньше дюйма длинной, которыми, наверняка, очень удобно выдирать из тела куски мяса. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что это ни разу не домашний питомец. Спрашивается, что делает непонятный хищник в комнате жилого дома?
Хотя жилого ли?.. Я вдруг понял, что меня так напрягло здесь в первые секунды появления. Все мебель в комнате буквально утопала в сугробах пыли. На толстом сером ворсе напольного ковра она была не так заметна, но я вспомнил поднятое мною облако пыли, когда вскакивал и отбегал в угол. Очень похоже, что до моего появления здесь человеческая нога не ступала за порог этой комнаты даже не месяцы – годы.