Дмитрий Гришанин – Пешка в чужой игре (страница 52)
— Не забывай, твое спасение в его руках.
— Не сыпь мне соль на рану.
— Эту милость еще надо заслужить, — хмыкнул насмешник. — У стальной болванки, как ты выразилась, не может быть ран. И соль ей не страшна.
— Очень смешно.
— Наслаждайся, пока можешь…
От шибанувшего по носу зловонья закашлялся и схватился руками за лицо, подспудно осознавая, что вернулся обратно в свое тело.
Перед глазами загорелись новая строка уведомления:
!Разблокирован навык: Гипноз; +18 к Гипнозу!
— Что это было? — прохрипел, откашлявшись.
— Вероятно, слюной поперхнулся, — тут же, как ни в чем не бывало, откликнулся насмешник.
— Вот только не надо делать вид, что ты меня не понял.
— Смешной.
— Мля! У меня башка скоро взорвется от ваших гребаных секретов!
— Это Стикс…
— Мля!..
Уже отчаялся дождаться объяснений, но насмешник, как всегда, удивил:
— Характеристика Знания — полна неожиданных сюрпризов. Каждому Игроку она открывает что-то свое, очень личное. Это своего рода ящик Пандоры. В который ты только что практически влез с головой, разом задрав характеристику в два с половиной раза. Стоит ли удивляться, что у тебя появились кое-какие новые возможности?..
— Значит, ваша со Шпорой беседа, часть которой я невольно подслушал…
— Это не плод твоего воображения, — хмыкнул насмешник.
— Так Шпора, она тоже выходит…
— Она была Игроком, — перебил снова с полуслова понявший меня насмешник. — Но угодила в ловушку перезагружающегося кластера. Лишилась своего тела и стала тенью. Ей сказочно повезло, что в этот момент на кластере появился новый Игрок с уникальным Даром…
— А с ней это навсегда?
— Теперь она твоя помощница. Тебе и решать.
— Я могу помочь ей вернуть тело?
— Определенно.
— А что мне для этого нужно сделать?
— Сам поймешь, когда придет время.
— И когда оно придет?
— Понятия не имею.
— Да как так-то?..
— Итак, ты принял Заказ, — решительно сменил тему насмешник. — Пришло время исполнять взятое обязательство… Удачной игры!
В подтверждение окончания разговора, на белом тумане красным огнем запылали строки воскресного уведомления.
По опыту зная, что звать теперь насмешника бесполезно, сосредоточился на пылающих письменах и, стараясь пореже вдыхать вонючие испарения кисляка, стал быстро читать: