Дмитрий Горчев – ЖЖ Дмитрия Горчева (2005–2006) (страница 26)
Позвонили по телефону. Подумал отправить с окончанием «а ты без». Не отправил.
Май
В моём дому случилось Страшное: в нём завелись эти, как их принято ныне политкорректно называть, гастарбайтеры из какой-то бывшей колонии бывшей империи. Делают ремонт в подъезде. Я не очень большой специалист в ремонте, то есть вообще не специалист, но даже на мой взгляд, делают они его очень хуёво: на две замазанные на стене трещины приходится примерно два сантиметра побелки на полу при том, что белить они ещё и не начинали.
Их вообще-то немного — всего трое. Но их всегда трое. То есть если зайти в дом через одну дверь (их в доме две: парадная и задняя) — их будет трое. И если зайти через другую — их тоже будет трое. Внизу расположены три магазина. Можно зайти в любой: в нём будут стоять три совершенно белых гастарбайтера.
Православные и скинхеды сорвали гей-вечеринку в Москве сообщает нам лента ру.
А вот про то, что мусульмане и шахиды совершили теракт — это они вряд ли когда сообщат, страшно потому что: можно ведь и без редакционного помещения остаться, а то и без главного редактора.
Дорогие друзья! Хочу сообщить вам одно важное сведение.
В последнее время в разных лентах часто стало встречаться словосочетание «санитарный врач Онищенко». Так вот: никакого «санитарного врача Онищенко» не существует! Во всяком случае в том виде, в котором он встречается. «Санитарный врач Онищенко» существует только у вас в голове — там же, где существуют «геи», «скинхеды», «превед», «православные активисты», «истребители НАТО» и другие болезненные химеры.
Настоящий же Санитарный Врач Онищенко сейчас сидит на тёплом своём унитазе и с наслаждением читает листок из отрывного календаря:
…В мае украшаются «свечками» ветви сосны. Прозрачна березовая роща. Только-только лопнули душистые почки. Деревья полны живительной влаги. Заденешь плечом ствол — и брызнет на тебя березовый сок. Деревья одеваются в яркий зеленый наряд. С наступлением сумерек нежная изумрудная поросль покрывается росой — предвестницей погожего дня. «Майская роса — коням лучше овса», — толкуют в народе. Быстро поднимутся травы, ранним и богатым будет тогда сенокос. Поэтому в народе май и называют травнем.
Задумайтесь над этими словами. И берегите себя, пожалуйста.
Успехов!
А мораль, собственно, всегда одна и та же: побеждаем не мы и не злейший наш враг — побеждают всегда ОНИ. ОНИ — они не хитрые и не умные, они не за добро и не за зло. Глупые люди, подозревая об их существовании, пытаются их как-нибудь назвать, но их нельзя назвать.
По внешнему их виду, то есть по отсутствию у них внешнего вида — пустое что-то такое и бессмысленное, можно подумать, что их вообще не существует, но, к несчастью, они существуют.
Если когда-нибудь останутся существовать только они (а всё к этому идёт) — то пиздец, конечно. А так, вообще-то, посмотрим ещё кто кого.
Выходит из магазина мужик с целлофановым пакетом пельменей (ну, такой мужик, который всегда пьяный). Мужика ждёт грязная-прегрязная овчарка и тихо скулит.
«Ну чо воешь? Чо воешь, сука?!» — говорит мужик с ненавистью.
А овчарка-то — совершенно очевидный кобель.
Узнал из телевидения такой факт, что по мнению департамента маркетинга компании кока-кола (Eastern Europe and Former SU Countries) на русском языке следует говорить «бутылка кока-кола», «я выпил фанта».
И действительно — должно же в мире быть что-то по-настоящему святое, а именно бренды стоимостью в несколько миллиардов долларов.
А мне вспомнился древний-предревний анекдот про казахскую певицу Розу Рымбаеву: «Дайте мне один кофе и один булка».
Июнь
Предприниматель С. Э. Гутцайт решил возродить Настоящую Русскую Деревню.
И вот уже на брегах реки Свирь выросли нарядные терема, традиционно украшенные крокодильими головами (в соотв. с рус. нар. сказкой «Краденое Солнце»). Зовётся деревня Верхние Мандроги.
Проект ещё не вполне закончен (в планах — хороводы, тройки, цыганы, лоси).
В просторной избе живут мастера народных промыслов: они непрерывно строгают и расписывают обязательные предметы Русского Народного Быта: братины, деревянные яйца, ложки, плошки и самовары. Количество ещё не расписанных заготовок удручает: ну куда их столько? И так уж невозможно найти на берегах бывшей реки Волги (ныне система водохранилищ) ни одного свободного места, где не стоял бы столик с этими безобразными и совершенно бесполезными предметами.
Тут же живописцы выписывают водяными красками картины: Маша и Медведь, Медведь без Маши, Маша и Три Медведя и т. д.
Сам Медведь, обозначенный даже на карте, однако в клетке отсутствует: о прошлом годе, соскучившись от незнакомой речи, Медведь прокопал тоннель на другой берег протоки и ушёл, навсегда разочаровавшись в человечестве. Новых желающих на его место пока не нашли.
На другом берегу протоки меж тем расположено царство вездесущего Александра Сергеевича: чучело кота, чучело русалки-на ветвях-сидит и чучела других описанных им чудес. Чучело самого Александра Сергеевича на карте не отмечено и видимо прячется где-нибудь в кустах: подкарауливает рассеянных буржуазных путешественников.
По дорожкам деревни гуляют простые Русские Люди: коробейники, возницы, берендеи. Ансамбль скоморохов пока что состоит из трёх всего потешников: балалаешника, гармониста и красной девицы в кокошнике. И всё это поёт и пляшет, пляшет и поёт.
И французские и финские гости, посетив Музей Водки, тоже радутся тому, как весело и красиво устроена Русская Жизнь.
И только случайный посетитель смотрит на всё это с грустью и даже почти со слезами — уж он-то знает, как всё устроено на самом деле: вот сейчас отплывёт последний пароход и Хозяин (это его, его джип прячется за берёзками), щёлкая плёткой, загонит всех жителей деревни в пыльный сундук до утра, когда их снова погонят веселиться.
И они будут там в сундуке перешёптываться и мечтать о бунте: то есть выпить весь Музей Водки, написать на пристани Хуй и показать белоснежным пароходам Голую Жопу. А потом посадить картошку, завести свинью, развесить на верёвках синие трусы и превратиться наконец в настоящих дядей и тётей.
Да. По всей видимости нужно сообщить, что послезавтра, то есть в субботу, в городе Москва будет проходить мероприятие под названием «презентация» моей книжки «Жизнь в кастрюле».
В чём будет заключаться эта «презентация» я толком так и не понял — судя по сообщению жж-юзера maccolit, презентовать там будут в основном новый роман Дм. Быкова. Ну и я тоже постараюсь там быть.
А то вот буквально на днях прошла презентация моего творчества в городе Петрозаводск.
Уважаемые люди пришли на пристань встретить меня водкой «Карелия» и другими местными продуктами. Но оказалось, что не то я что-то напутал, не то главный карельский писатель Новиков меня не так понял, но встречали меня в субботу, а приплыл я в воскресенье. Презентацию тем не менее решили не отменять и, по отзывам участников, она прошла просто великолепно — гораздо лучше, чем если бы я на ней присутствовал.
На первый поверхностный взгляд сказка про Репку кажется варварской вариацией культурных древнегреческих апорий.
Действительно: для того, чтобы выдернуть Репку необходимо приложить некоторое усилие, условно равное единице. Дедка прилагает половину необходимого усилия, Бабка — половину половины, и так далее. К сожалению, дети не могут долго удерживать внимание и поэтому не в состоянии дослушать до таракана, пчелы, мухи, комара и проч., вплоть до самых элементарных частиц, но и тогда всё время не хватает частицы ещё более элементарной. Поэтому детям быстро сообщают счастливый конец: что будто бы Репка давно выдернута, и дети засыпают счастливые.
Но мы с вами не дети и поэтому прекрасно понимаем, что таким образом выдернуть Репку совершенно невозможно, из чего следует полная бессмысленность вообще всякого осмысленного труда.
С другой стороны, как люди практические и, опять же, давно уже не дети, мы можем задуматься: а почему бы, собственно Дедке не позвать соседа (точно такого же Дедку) и, сложив усилие, не выдернуть эту самую Репку, чтобы закусить ей Водку?
Тут начинается второй (тоже поверхностный) взгляд. Для должного выдёргивания Репки второй Дедка должен быть абсолютно, повторяю абсолютно идентичен первому (математики меня поддержат или может быть поправят). В любом другом случае их совместное усилие будет чрезмерным (разрушающим Репку) или же недостаточным (Репка не выдернулась). А такое условие в обычной, нематематической жизни невыполнимо, это всем понятно. Поэтому Дедка пытается подобрать то усилие, которое необходимо для выдёргивания Репки путём всё более тонкого подбора силы воздействия.
И тут он сталкивается с такой штукой, что внешние условия при этом непрерывно меняются!
Ну и что делает Дедка: разумеется он посылает всех нахуй: и Бабку, и Жучку и Внучку, и наконец понимает, что Репку выдернуть невозможно. Точнее возможно, конечно, но не ему, не эту Репку, не сейчас и вообще пошли все в жопу.
И тогда он зовёт соседнего Дедку, они выдёргивают какую-попало Репку (кривую, грязную и невкусную) и закусывают ею Водку.
Есть ещё третий и уж точно четвёртый взгляд, но там начинаются такие страшные дебри, в которые я пожалуй пока что не пойду. А скорее всего вообще никогда не пойду.