Дмитрий Горчев – ЖЖ Дмитрия Горчева (2001–2004) (страница 7)
Я никогда не борюсь со злом. Зло необходимо, чтобы бороться с неприятным Добром, поэтому оно должно быть.
Но я сказал. Папаша, сказал я, потуши сигарету и помолчи, а?
Папаша обвел всех горьким взглядом и сказал: А ВЫ ЗНАЕТЕ ЧТО КУЛЬТУРА ГОРОДА ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ КУЛЬТУРОЙ ПРОЖИВАЮЩИХ В НЕМ ЖИТЕЛЕЙ?!
Люди прятали от меня глаза и старались меня не касаться.
Ходил вчера гулять на проспект просвещения.
Прямо перед метро убили тетку. Она лежала в блестящей под фонарями луже. Вокруг было много милиции и скорой помощи.
Еще убили армянку, которая торговала помидорами, она очень громко истерически про это кричала по-армянски, ей кто-то возражал тоже по армянски, в общем ничего не понятно.
Обогнал двух военно-десантного вида молодых людей. ЕБАНЫЕ ОБЕЗЬЯНЫ сказал один воздушный десантник, нехорошо глядя в мою сутулую спину. Я очень остро понял, что морда у меня сильно жидовская, бороденка негустая и очечки блядь очечки, и когда дают пизды это не страшно, но не сегодня, лучше бы завтра, а сегодня не надо, сегодня и так все неважно, и я очень Трусливый.
Потом сидел на лавочке, воображал будто бы надо мной звездное небо. Посмотрел украдкой — нет, наебка, мутная каша какая-то.
Надо немедленно поверить в Добро, тогда все наладится.
Как-то рассказывал одной знакомой замысел Фантастического Романа.
Будто бы на одной планете власть захватили роботы и заставляют людей выкапывать очень вредный металл. А чтобы люди Не Пиздели, облучают их специальным газом.
Всё? — спросила знакомая.
Всё. — честно сказал я.
Зато теперь я сочинил для Романа продолжение:
А всеми Роботами на той планете командует Самый Главный Робот, и чтобы освободить людей, его нужно убить и съесть.
Разрастается романчик потихоньку.
А однажды оказывается что Самого Главного Робота все заебали.
Потому что людей сколько ни облучай, они все равно Пиздят. Не то чтобы жалуются, лучше бы жаловались, нет, просто Пиздят, неинтересное.
Устроил тогда Самый Главный Робот, так чтобы одного Юношу и Девушку перестали облучать. Осмотрелись Юноша и Девушка вокруг: ой блядь, как неважно: у всех во рту бородавки и из носа синие волосы растут. Договорились между собой что надо спасать людей.
Ну пошли. Никто им сильно не мешал, потому что роботы все ржавые валялись, роботы они ведь никогда друг друга не спросят, мол не скрипит ли у тебя чего? похуй им — свалился и лежит, значит так хочет. За это их Главный Робот и любил, что они не как люди были.
Пришли Юноша и Девушка в машинный зал, а там посередине Главный робот стоит, четыреста сорок восемь тонн чистого молибдену. А по периметру торчат из него шестьдесят четыре вольфрамовых Хуя. И с каждым Хуем надо что-то такое сделать, со всеми разное, чтобы вытекла из него черная ядовитая капля. А подходов только два, не угадал — начинай всё сначала, и Хуи все местами меняются. Игра у роботов такая, чтобы не скучно было.
Юноша с Девушкой с этими Хуями провозились шестьдесят семь лет, пока Юноша не стал Ебанутый Старик, а Девушка не стала Злобная Старуха, не ебались даже ни разу, но в конце концов добрались они до самого последнего шестьдесят четвертого Хуя, зажгли перед ним бенгальский огонь и дали ему молотком по затылку, от чего вытекла из него черная ядовитая капля.
И открылась тогда Секретная Дверка, а за ней была Секретная Комната, и в ней посередине лежало Яйцо, а над ним СМЕРТЬ в виде мерцающих звездочек.
Ну взяли Ебанутый Старик со Злобной Старухой это Яйцо в руки, повертели, понюхали: ничего интересного, выбросили. А Главный Робот от этого умер, нельзя оказывается Яйцо пальцами трогать.
Походили они вокруг, света нигде нету, стали пилить Робота ножовкой. Отпилят кусочек, проглотят: вроде бы провалился. Еще отпилят, опять проглотят.
Съели так по семь кило да и окочурились оба.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ
Тимо: Дима, что ты думаешь про русский писатель Сольженицын?
Я: Русский писатель Солженицын — такой же мудак как русский писатель Лев Толстой, они оба всерьез вообразили, что при помощи буковок можно всех исправить, поэтому все время хватают тебя за пуговицу и ебут мозги. Поэтому я про них не думаю потому что про них скучно думать.
Тимо: Дима, а кто из русских писателей ты думаешь хороший?
Я: Мы с Новиковым очень хорошие писатели. Хотя Новиков все время пишет длинную неприятную Хуйню. А я пишу короткую неприятную Хуйню. Но мы все равно никому нахуй не нужны, потому что всем нужны только плохие писатели, как акунин-пелевин. А чем лучше писатель, тем он больше никому нахуй не нужен.
Ну и так далее в том же темпе.
При этом, медленный финн Тимо уже успел склепать по своим интервью целую статью {с. н.} с картинками, по-фински конечно.
Одну картинку, где я, Много Водки и Пива, я теперь буду использовать как парадную фотографию на случай если к резюме какому-нибудь надо фото приложить или на ПМЖ куда-нибудь соберусь.
Да, а самое удивительное, что за последнее время я уже видел кучу статей немцев, голландцев, еще кого-то, и все они хором пишут про полутрупную сетевую литературу с Тенетами, Лито и Лимбом во главе.
Похоже что у них там уже все так хорошо, что ВООБЩЕ ничего не происходит.
И сапоги им не жмут, и ноги у них не потеют, а вот позвольте-ка пепелок стряхнуть.
Спокойной ночи.
Мучительно хочется заниматься чем-нибудь никчемным, неинтересным и совершенно никому, главное чтобы и мне, не нужным. Например пройти все тридцать уровней в дум-два, остопиздевшем еще лет семь назад. Или смотреть по телевизору футбол, в котором мне последовательно насрать на: ливерпуль, баварию, королевство монако и неизвестный кубок, за который они все играют.
Это означает что мне дали аванс за еще не сделанную работу. То есть теперь надо работать задарма. Никогда нельзя брать никаких авансов.
Приятная сегодня лента друзей: если с первого раза чего-то не понял, жж это дело повторит.
Фицпатрик с ко что-то штопают на ходу.
А я зачем-то вытряс яишницу и окурки из клавиатуры. Теперь не работает. Напиздел всё мойдодыр однако.
Все-таки женщины нас сильно не любят.
Смотрю рекламу, в которой все на этот счет очень хорошо просчитано: если в рекламе, которую смотрят как известно в основном женщины, присутствует мужик, то он обязательно Тупой Мудак. Еще лучше, если он Тупой Завистливый Мудак («Дорогая, а я тоже могу пользоваться твоим дезодорантом?»), Тупой Аутический Мудак, который прикладывает все тарелки в доме к белоснежной рубашке, Тупой Лысый Мудак, Тупой Толстый Мудак, Тупой Жадный Мудак, Тупой Мудак с Поносом, Тупой Мудак с Простатитом и так далее. Если вдруг попадается Приятный Мускулистый Мужчина, то по нему сразу видно, что разговаривать он не умеет, да от него этого никто и не ждет, не для того его сюда пригласили.
Практикой установлено, что мух и комаров лучше всего бить газетой «Лимонка».
А я все рисую покемонов.
Слова МАССЫ, картинки мои:
Как летает этот странный покемон — непонятно, ибо размерами он, как Зубат, а весит, как добрая свинья. Он тяжело машет перепонками, пьет кровь, раздувается, бродит по пещере, волоча крылья… Короче, опускается, никому не интересен — ни журналистам, ни сотрудникам милиции.
Часто вспоминает молодость, когда был боевым Зубатом и мог выпить три ведра крови. Наверное, врет, но проверять эти факты никому неохота.
В сущности, его жалко, когда он бредет в темноте пещеры, никому ненужный, пропивший свою молодость кровью, и тихо хрипит свою любимую песню:
Хотя какие спины ребят? Ребят в пещерах отродясь не бывало, одни туристы.
Пока рисовал голбату сапоги, страшно грустил о бездарно прожитых годах. Ну почему году в 83-м не было фотошопа? Какое чудовищное количество коньяка белый аист и индийского чаю я заработал бы на одних дембельских альбомах!
Там был канонический сюжет: салабона-волка по-всякому ебет дедушка-заяц.
Между прочим, как и в истории с черепановым-можайским, первых покемонов Волка и Зайца придумали простые русские люди Курляндский и Хайт.
А вот докажи-ка теперь это нинтенде. То-то.
И телевизор еще они у нас спиздили.
Кому не интересно, а я знаю много удивительных людей, которым неинтересно про покемонов, ну ладно, не буду их загружать.