Дмитрий Форверц – Фаэтон. Пробуждение (страница 2)

Погружённый в свои мысли, я не сразу заметил, как мы добрались до пункта назначения. Автобус стоял с распахнутой дверью, а с водительского сидения на меня обеспокоенно смотрел водитель. Он кричал, что мне пора выходить. Его голос звучал грозно, но это лишь на первый взгляд. В этой грубой интонации чувствовалась явная тревога. Это точно не было беспокойством, скорее, страх и желание быстрее избавиться от меня. Он нисколько не пытался его скрыть, потому, изобразив кривую улыбку, я поднялся с кресла. В салоне никого кроме меня не было. Как только мои ноги коснулись земли, маршрутка резко рванула с места, выбивая облачко пыли из-под колёс. Поведение водителя казалось мне очень странным. Возможно, он боялся не меня, а просто хотел убраться отсюда побыстрее.

Оказавшись на пустой остановке, я внимательно огляделся по сторонам. В сотне метрах от меня ковылял неряха-старичок. Парня с наушниками нигде не было, он словно провалился сквозь землю. Недолго думая, я пошёл вслед за стариком, так как мой путь лежал в том же направлении. Здесь было ещё меньше людей. Точнее их вообще не было. За десять минут мне удалось увидеть лишь молодую пару, которая торопливо удалялась в противоположную сторону. От происходящего появлялось отчётливое чувство тревоги. В поисках ответов я достал телефон и попытался его разблокировать. Сенсор предательски не хотел считывать вспотевшие пальцы. Пришлось самому вводить пароль, при этом на кусок металла сыпались всевозможные проклятия. «Кто ответственен за взрывы в центре города? США объявило нам войну. Спецслужбы РФ нашли убежище террористической группировки, ответственной за взрывы в городе Л.» Заголовки просто пестрили своим многообразием. Меня всегда удивляла способность журналистов так многогранно освещать одно и то же событие, выдумывая довольно безумные теории. Ткнув на одну из популярных статей, я бегло пробежал по тексту. Выходило, что утром прогремели несколько взрывов на окраине, а затем и на главной площади. По городским камерам видеонаблюдения быстро нашли подрывника, но кто стоит за этим – было пока не ясно.

К статье прилагалось видео с самим инцидентом. Запись начиналась с обычного вида на городскую площадь, где быстро передвигались люди. Само видео было ускорено в целях экономии времени, но затем картинка начала замедляться и быстро приближаться. Также появился красный круг, выделявший человека, видимо, это и был тот самый подрывник. Он активно спорил с какой-то компанией, которая из-за плохого качества записи была похожа на чёрное облако, да и сам человек был лишь десятком чёрных квадратов. Этот конфликт не выделялся ничем особенным, и, скорее всего, он закончился бы сам собой. Но не в этот раз. От облака отсоединилась чёрная бесформенная часть и оказалась рядом с мужчиной. Я с трудом разбирал происходящее далее. Как мне показалось, после этого последовал толчок, и подрывник отскочил назад на несколько шагов. Все застыли на несколько секунд, как бы анализируя ситуацию. Люди вокруг начали останавливаться, образуя подобие круглой арены. Никто не пытался помочь уладить конфликт, ожидая хорошего зрелища. В этот момент руки мужчины начали светиться, заставляя окружающих невольно попятиться назад. Яркая вспышка заполнила весь экран, и, как только картинка начала восстанавливаться, камера дёрнулась от ударной волны, опустив объектив вниз на толпу убегающих людей. Видео не имело звука, однако я отчётливо слышал их крики. Посреди людской массы выделялся маленький мальчик. Он испуганно смотрел по сторонам, пытаясь найти своих родителей. Мамин голос не мог пробиться к нему сквозь крики людей, а папа так и не взял его в свои крепкие руки. Чёрная бесформенная волна людей накрыла мальчика, затянув его с собой. На этом картинка обрывалась. Не веря своим глазам, я ещё раз перечитал текстовую часть статьи. Все эти события казались какими-то нереальными, словно я только проснулся, и остатки сна все ещё сидят где-то в подкорках.

– Гражданин, немедленно остановитесь! Вы пытаетесь проникнуть на закрытую территорию.

Всё это время я шагал за стариком и теперь мы оказались с ним около площади. У самого въезда перпендикулярно дороге стоял полицейский автобус. По его положению было понятно, что он служил некой баррикадой на случай, если кто-то попробует прорваться силой. Немного за ним расположились несколько полностью тонированных иномарок, принадлежащих точно не рядовым сотрудникам. Сразу перед автобусом методично моргала сиренами машина скорой помощи. По обе стороны от наспех сооружённого КПП тянулись ряды ограждений. Впечатляло количество людей, рассредоточенных по всему участку, отчего происходящее становилось всё больше похожим на сон. Один из бойцов около автобуса был обращён к нам. Высокий мужчина в фуражке, скорее всего, являлся командиром. Старик, видимо, осознавал реальность также плохо, как и я, потому он направился прямиком к окликнувшему его сотруднику.

– Как закрытая? Площадь? Вы не понимаете, мне срочно нужно попасть туда. Там дочка моя. Ох, доченька…

– Мужчина, остановитесь. У нас приказ использовать оружие, – после его слов сразу трое сотрудников синхронно вскинули автоматы. Звонкие щелчки затворов подействовали на старика, и он остановился.

– Но мне нужно туда, там моя дочь.

– У нас приказ.

– Пожалуйста…

От них не последовало никакой реакции. Старик опустил голову и развернулся на сто восемьдесят градусов. Полицейские выдохнули и опустили оружие. Нехитрая уловка сработала, и нарушитель резко метнулся к ограждениям. Бежал он немного в сторону, где к небольшому забору вплотную примыкали торговые ряды, пустующие сейчас. До укрытия оставалось совсем немного, когда раздалось несколько пистолетных выстрелов. Они оглушили меня, заставляя пригнуться. Тело старика дёрнулось и начало заваливаться на землю. Когда оно оказалось на земле, под ним сразу же образовалась кровавая лужа, будто она все это время ждала момента, пока старик рухнет вниз. Перевернувшись на спину, он тихо заскулил. Со стороны КПП к нарушителю устремились несколько человек в форме. В это время из-за автобуса вышли двое человек в черных костюмах. Пухлый и худой. Их образы были настолько стереотипными и карикатурными, что всё это могло сойти за съёмку какого-нибудь комедийного фильма про специальных агентов. По крайней мере, декорации этому соответствовали. Костюмы сидели на них идеально, даже толстяк выглядел в нём очень внушительно. Настолько внушительно, что мне захотелось сейчас же скрыться с места событий.

– Какого хера творите, идиоты? А? Животные? Я тебе что сказал? У тебя приказ никого сюда не пускать, а эти… эти, сука, стоят, развесив хлебальники! – пряча пистолет в кобуру, пухлый быстро оказался около командира в фуражке. Вопреки лишнему весу, он двигался очень проворно, щуря от злости свои маленькие глазки. В этой парочке он явно был плохим копом.

Тощий же мгновенно заприметил ненужного свидетеля и, оставив своего напарника, зашагал ко мне. Он двигался неспешно, гордо вскинув голову, давая мне понять безвыходность моей ситуации. Зато у меня было время как следует рассмотреть его. Высокий лоб, голубые глаза, аккуратный небольшой нос и острые черты лица делали его эталоном для женского журнала сомнительного содержания. Хоть он и был приятен при первом впечатлении, от него веяло еще большей опасностью, чем от пухлого.

– Майор Семёнов. Не бойся меня, это всего лишь недоразумение. Ему сейчас помогут. Тебе знаком этот мужчина? – голос худого был очень тихим, немного убаюкивающим, но мне было отчётливо слышно каждое его слово. Я отрицательно покачал головой и попытался увернуться от его пронзающего взгляда. Чтобы как-то разговорить меня, он состроил дружеское выражение лица и скривил губы в тонкой элегантной улыбке. – Ну хорошо, что ты здесь делаешь? Тебе нужно на площадь?

Я снова покачал головой. Чем больше я буду молчать, тем меньше шансов, что смогу безопасно уйти отсюда.

– Мне нужно к Офисам. Я спешил на работу и не знал, что площадь перекрыта. Простите, я найду другую дорогу.

– К Офисам значит, – его глаза блеснули холодной синевой. На секунду мне показалось, что он пытался просветить меня рентгеном.

– Я, наверное, пойду…

– Нет, постой. Я могу помочь тебе пройти, – он крепко схватил меня за руку и снова улыбнулся, отчего стало очень жутко. – Отказы не принимаются.

Мы отправились к автобусу. Пухлый все еще продолжал отчитывать «фуражку». Когда мы поравнялись, он вопросительно посмотрел на майора. Тот ответил молчаливым кивком и последовал дальше. Я бегло оглянулся назад и обнаружил, что тела старика уже не было. Только большая красная лужица, оставшаяся на асфальте, отзывалась холодным уколом в затылочной части.

Шагая по разноцветной брусчатке, я чувствовал себя под конвоем. Мне некуда было деться от майора, побег так или иначе будет обречён на провал. К тому же количество полицейских и «агентов» по мере продвижения вглубь площади увеличивалось. Затаив дыхание, я слушал, как вырывается из груди моё сердце, и покорно следовал за своим конвоиром. Сейчас у меня не было ни единого сомнения, что моя жалкая жизнь находится в его руках. Но на саму площадь мы так и не попали, так как свернули на небольшую аллею, которая аккуратно проходила в обход места, где случилось происшествие. В обычные дни здесь прогуливались старики, или находили уединение молодые парочки. Хранивший до этого молчание майор начал более подробно расспрашивать меня о семье, знакомых и последних передвижениях. Я решил говорить правду, ибо мне не хотелось знать, что случится, поймай он меня на лжи. Не доходя пару сотен метров до конца аллеи, он остановился и засунул руку в карман. Из-за его движения подол пиджака немного приподнялся, открывая моему обзору раскрытую кобуру. Я с ужасом уставился на неё, не в силах пошевелиться. Кровь буквально вскипела внутри меня. Майор проследил за моим взглядом и еле видно кивнул.