Дмитрий Фил – Секс Биткоины Духовность (страница 5)

— Что будем делать с вещами? — спросил он Арину.

— У тебя есть загран?

— Нет, дома, надо заехать. А у тебя?

— У меня всегда с собой.

— Зачем?

— Ну, я пару раз уходила вечером потусить, а с утра оказывалась в другой стране. Когда вдруг есть такой драйв в моменте, лучше не иметь никаких препятствий. У меня и виза в Европу всегда есть, — Макс посмотрел на Арину с явным уважением.

У него не было историй, когда он уходил вечером потусить, а с утра спонтанно оказывался в другой стране. А хотелось бы.

— Ну виза у меня тоже всегда есть, — вместо всех этих обидных мыслей сказал он. — И ВНЖ ещё турецкий, — зачем-то добавил Макс. Видимо, чтобы хоть как-то вырасти в своих собственных глазах обратно.

— Молодец, — немного невпопад ответила Арина. Она прикидывала, что делать дальше. — Возьми зубную щётку и трусы, — очевидно, её мнение об умственных способностях Максима упало совсем низко.

Кафе находилось в ста метрах от их отеля, и, когда они садились в такси, Макс заметил, как ко входу подлетело сразу несколько полицейских машин. Из них торопливо вышли люди в штатском и пошли внутрь.

— Как думаешь, они нас ищут? — спросил он Арину так, чтобы водитель такси не услышал.

— Возможно, но, кажется, они немного отстают от Самаэля.

За такси на значительном расстоянии ехал мотоциклист.

Собрав на скорую руку вещи, Максим с удивлением обнаружил, что всё, что ему было действительно нужно и дорого, поместилось в маленький рюкзак, — пара поспешила в аэропорт. Макс заметно нервничал и на регистрации, и на паспортном контроле, даже зачем-то на вопрос «цель поездки» ответил: «собирать гербарий». Судя по удивлённому и даже несколько заинтересованному взгляду женщины на таможне, такой ответ она слышала впервые. Скорее всего, сочетание слов «гербарий» и «Дубай» вызвало у неё неоднозначные ассоциации. В конце концов она ухмыльнулась и сказала ему: «Удачи!»

Нервы у Арины по-прежнему были, как стальные канаты, и, когда пара наконец смогла расслабиться в кафе перед вылетом, Макс решил поинтересоваться, откуда у неё такая уверенность в себе в подобных ситуациях.

— А у меня парня бывшего за обнал посадили на три года. И всех друзей его. У нас обыски одно время были раз в неделю, я даже вещи складывать перестала обратно в шкафы в какой-то момент. Потом передачки ему носила, но оказалось — не только я ношу, а ещё три дуры такие же. С теми, кто его брал, я подружилась в итоге — нормальные парни оказались, получше бывшего. Я с тех пор поняла, что полицейские тоже люди, с ними можно общаться по-человечески, у них своё начальство и проблемы — ничего личного у них к тебе обычно нет, они просто делают свою работу. И перестала бояться.

Макс опять сидел в уже привычной позе — открыв рот и выпучив глаза.

— Ты кто вообще, воин? — чуть не вырвался у него очевидный вопрос, но по сложившейся уже традиции в такие моменты его рот не мог издавать никакие звуки. И это было большой удачей для него.

В самолёте Арина села у окна, и, когда самолёт разгонялся и взлетал над аэропортом, она увидела несколько мигалок, спешивших из города в их сторону. Как будто бы опять Арина с Максом были на шаг впереди. Или кто-то помогал им всё успевать вовремя. А может, она просто себе это всё придумала, и полиция ехала за кем-то другим. Теперь у них было несколько часов, чтобы спокойно поразмышлять над событиями последних суток. Был ли на самом деле мужчина в кафе Самаэлем или это Арине это просто показалось? Нависла ли над ними на самом деле какая-то угроза, и что именно они такого сделали? Что и как искать в Дубае? И не сошли ли они с ума, в конце-то концов?

Но у Вселенной были на них свои планы. На третье сиденье в их ряду сел очень необычный мужчина. Выглядел он лет на сорок пять — пятьдесят и был одет в оранжевые шаровары, белую рубаху навыпуск и почему-то коричневую кожаную косуху. У него была борода с сединой и замысловатая причёска, явно сделанная не за пять минут. Всё вместе напоминало то ли бедуина, который заблудился и забрёл из Центральной Азии в Сибирь, а теперь выбирается оттуда на перекладных домой, то ли, наоборот, художника из глубинки, который решил приодеться в соответствии со своими ожиданиями от арабских стран. Чалмы только не хватало. Ко всему прочему, пахло от художника-бедуина какими-то пряностями и немного мятой. Довольно приятно.

Мужчина читал книгу и периодически залихватски смеялся, приговаривая: «Ай, молодец! Ну, красава!». Арину это отвлекало от аналитической работы, и в конце концов она не выдержала:

— Извините, пожалуйста, а что вы читаете?

— Привет! А ты красивая! — у бедуина, очевидно, было своё представление об этикете.

Максима почему-то больно кольнуло при этом в грудь.

— Спасибо. Вы тоже… — помедлила Арина, думая, какое слово тут подобрать, — очень необычный.

— Я читаю «Чапаев и пустота», — мужчина показал обложку книги. Она была сильно потрёпанной, как будто сама видела ещё Чапаева. Первое слово в названии было зачёркнуто несколько раз ручкой, а второе обведено той же ручкой в жирный овал. — Очень смешная книжка. Как будто он правда был там. И Пустота классно описана — прям понимает чувак, о чём говорит, — слово «Пустота» мужчина выделил голосом как-то особенно. Как будто это была какая-то специальная пустота.

— А куда вы летите?

— На випассану1 в Индию.

— Ого, это сидеть молчать неделю? — Макс наконец смог вставить свои пять копеек в разговор.

Мужчина посмотрел на него, как на дурачка.

— Можно и так, конечно, сказать. Но вообще это духовная практика. Я как-то понял однажды, что потерял смысл жизни, ничего не радовало меня, и решил попробовать практики разные. Медитировал много. А потом посоветовали мне випассану. Как же это было круто в первый раз — просто жизнь на «до» и «после» разделилась. Во время випассаны ты сам с собой — нет ничего, что нас от себя отвлекает обычно: телефонов, интернета, других людей, бессмысленных разговоров. Только ты и твой ум. Через пару дней крыша начинает ехать от того, что ты в своей голове видишь, а ещё через пару — начинаешь понимать, как это всё глупо — вот всё, чем ты жил, и что твою голову наполняло все эти годы. Напридумывал себе достижений, желаний и развлечений. А они все — не твои. Все чужие, всё кто-то тебе навязал, со школы ещё, если не с садика — запрограммировали тебя: денег заработать, машину купить, вот это всё. А где ты там? Нету. Вот я пошёл себя искать — продал банк свой, поехал путешествовать вот так, в штанах и куртке, столько людей классных узнал, петь начал, писать и другим помогать. Сейчас уже пятый раз лечу, семь лет в странствиях.

Упомянутая между делом продажа банка произвела сильное впечатление и на Макса, и на Арину. Выглядело это, конечно, очень похожим на разговор с типичным таксистом, который «таксую для души, а так у меня свой бизнес», но что-то в спокойной уверенности мужчины заставляло поверить в правдивость его слов. Тем более он и не пытался их в этом убедить. Когда мужчина говорил или даже просто смотрел в их сторону, они чувствовали, что он как будто забирает всё их внимание, не могли отвести от него взгляда, и даже их мысли немного притормаживали от его присутствия.

Мужчина спросил:

— А вы куда и зачем летите? Отдыхать? Молодожёны? — Макс чуть не выдал свой стандартный ответ про гербарий, но последний вопрос сбил его с толку.

— Нет, мы не молодожёны, просто друзья, — быстро ответила Арина.

— Ха-ха, — довольно громко засмеялся мужчина, — ну, нет… — и снова засмеялся.

— Меня Гавриил зовут, как архангела, — мужчина опять хохотнул, — а вас?

Ребята представились.

— Вижу, вы не отдыхать едете — какое-то дело у вас. У тебя страха много, — он посмотрел внимательно в глаза Максима, — не бойся, у тебя всё получится, помощники хорошие. А у тебя — любви, ты счастливая, — теперь он перевёл свои светлые глаза на Арину.

— Да кто вы такой? — теперь пришло время Арины хлопать глазами от удивления.

— Да я ж говорю — архангел, — Гавриил опять звонко засмеялся. — Шучу-шучу, я просто странник уже давно, много людей видел, много знаю о них.

— И что вы о нас знаете? — Макс наконец набрался сил и немного с надрывом решился задать вопрос, который, как он надеялся, посадит самоуверенного экс-банкира в лужу.

Тот почему-то погладил Максима по руке выше локтя.

— Вы взяли на себя какую-то большую ношу. Немного не по плечу. И она на вас сильно давит. Но вы сами не понимаете, что это за ноша. Точнее, думаете, что знаете, а на самом деле — нет. Вокруг вас вьётся очень много разных сил, как будто вы в эпицентре какого-то важного процесса. Но если вы доверитесь вселенной, у вас всё получится.

Макс бросил быстрый взгляд на Арину. Она сжала губы — видно было, что ее очень впечатлила эта речь.

— Вы что, экстрасенс какой-то? — спросила она после неловкой паузы, во время которой оба партнёра пытались переварить, откуда Гавриилу может быть всё известно и не опасно ли это.

— Да нет, никакой магии. Вы когда пришли, всё время посматривали с явной тревогой то в окно, то на вход в самолёт — как будто ждали, что кто-то войдёт. Когда мы взлетать начали, вы оба явно расслабились, выдохнули, — понятно, что пронесло вас от какой-то опасности. А в окне на взлёте вроде мигалки были — возможно, по вашу душу. Но это я только сейчас понял — когда спросил, зачем летите, и вы опять оба напряглись. Отдыхающие так не ведут себя. А про вселенную — ну просто я давно доверяю ей, и происходят чудеса разные, всё складывается лучшим образом всегда. Я всем это говорю, но очень мало кто понимает и ещё меньше — готовы попробовать довериться. Людям кажется, что когда они всё продумывают, они контролируют свою жизнь, но боги постоянно смеются над этим. А когда ты им доверяешь, они сами сделают так, как тебе нужно. Это не всегда совпадает с тем, что тебе хочется в моменте — новую машину, например, — но со временем становится понятно, что происходило именно то, что в конечном итоге делает твою жизнь прекрасной.