Дмитрий Федотов – Сказки мегаполиса (страница 8)
— Да, смотрю, и у вас проблемы не легче, — посочувствовал Игорь.
— И-их, — тяжко вздохнул Архип Захарович. — А с другой стороны, чего от них требовать?.. Ребятня десятого, да тридцатого года рождения и домов-то путевых не видала: панель — да шлак-блок, шлак-блок — да времянка, да вагончик с палаткой. Какие-такие традиции передашь в них? Веришь, Евгеньич, как посвящение проводить, с ног сбиваемся. Не во Дворец же спорта сгонять народ — и скользко, сквозняки гуляют, вместо нормального пола — лед, огонь где-то под потолком, мертвый, холодный — рук не согреешь, не то что спину… С появлением реставрации вашей маленько воспряли, — Архип Захарович посветлел лицом и едва заметно улыбнулся. — Никак, за ум люди взялись! Хотя бы малое спасти от тлена, где бы душа могла притулиться.
— Послушайте, Архип Захарович! — загорелся Игорь. — Есть конкретное предложение: давайте заключим союз! Вы находите дома, где душе человеческой, как вы говорите, будет уютно, и оформляете таким вот макаром, — он кивнул на распухшую от документов папку, — необходимые бумаги. А наше дело — быстро привести жилище в порядок, помогайте людям окончательно не озвереть, — добавил Фатьянов шутливо, явно пытаясь скрыть смущение.
— С превеликим удовольствием! — пылко откликнулся домовой. — Нам это не в тягость, а в радость!
— Значит, договорились, — Игорь крепко пожал детскую сухонькую руку деда. — А все-таки признайтесь, Архип Захарович, заставили меня акт нужный написать? Вынудили?
— Неужто, Евгеньич, ты до сих пор не уразумел?.. Совесть твоей рукой водила, что в душе живет. А я токо помог ей наружу выкарабкаться, щелочку махонькую проковырял. На это вся надежда, а ты — «заставить»…
— Архип Захарович, переселяйся ко мне, а? Один ведь, как перст…
Голубенькие глазки домового подозрительно заблестели.
— Не могу, — отказался он. — Обчество бросить не могу, сотоварищей. Да и дома у тебя нет, куда зовешь? Хрущоба твоя — не дом, а так, крыша общая.
— Ну что ж, — излишне бодро начал Фатьянов, — на «нет» — и суда нет. Будем сейчас туннель прокладывать к душе одного матерого. Работа долгая, приготовься, Захарыч: там жиром все заплыло.
Игорь несколько раз настойчиво крутил диск, набирая нужный номер, пока на другом конце провода сняли трубку.
Фатьянов, ты? — зарокотал Толстопятов так, что все сказанное отчетливо было слышно в комнате. — Что хочешь сообщить?
— Антон Кириллович, я должен извиниться. Затмение нашло — перепутал бумаги. Гостиница — на Источной вместо гаражей, а дом на Береговой, действительно, семнадцатый век. Поразительно, но факт Что будем делать? Включать в план?..
— Как что делать! Реставрировать! — трубка гаркнула так, что Фатьянов невольно отпрянул. — У меня тут делегация целая! Строители пришли вместе с прорабом требуют разрешить отремонтировать дом, бесплатно! Что молчишь?.. Ступор напал?.. Ха-ха-ха! — грохотал Толстопятов. — Новое мышление — в действии, привыкай, начальник!.. Так что давай, подключайся, — уже серьезным тоном приказал зампредгорисполкома. — В реставрации они — ни уха, ни рыла. Руководи, Фатьянов, а я прессу подключу. Такой почин нужно осветить, раструбить по всей стране — поднять общественность на ноги! — в трубке запикали короткие гудки.
Слышали? — Игорь повернулся к Архипу Захаровичу, но… того уже в кабинете не было — домовой исчез.
Фатьянов подошел к окну, вытащил последнюю сигарету, а смятую пачку, поколебавшись, бросил в урну под столом.
За окном все замерло в ожидании дождя. Сизые тучи, казалось, своими лохмами задевали антенны на крышах новеньких девятиэтажек. Ни машин, ни прохожих, ни птиц — все попрятались, затаились. Игорь размял сигарету и щелкнул зажигалкой. В ту же секунду ослепительно блеснуло, и в этом фантастическом свете ему вдруг почудилось…
Исчез типовой микрорайон и на его месте, вознося к яркому синему своду иглы шпилей с легкими крыльями крестов на вершинах, встал красавец-собор, как облеченный в камень гигантский водяной вал с застывшими на гребне его пенными шапками сияющих куполов. А от собора вниз, к реке, по крутому склону холма сбегали тремя ручейками одно- и двухэтажные дома, окутанные легкими облачками затейливой резьбы…
А через мгновение ахнуло так, что зазвенели стекла.
Игорь глубоко затянулся и вполголоса произнес:
— Срублю пятистенок, дед, и заберу вас к себе!..
По щучьему велению
— Нет, ведь живут же люди нормально: стенки, ковры, кухонные комбайны… А у нас — не квартира, а свалка! Зайти страшно: провода, болванки какие-то!.. А эта старая стиральная машина тебе зачем?.. Господи! Лучше бы пылесос починил, Кулибин! Каждый раз веником палас выбиваю — без рук уже!..
«Все, порядок! Раз про пылесос вспомнила, можно вставать».
Андрей рывком вскочил и запрыгал на пятках по холодному линолеуму к вешалке. Ольга свирепо гремела на кухне кастрюлями, вымещая на них свою неуемную тоску по уютной жизни. Андрей быстро оделся, запихнул на антресоли подушку и одеяло и, подкравшись сзади к жене, чмокнул ее в теплую шею. Ольга ойкнула и запустила в покорно подставленную спину скомканным полотенцем.
— У-у, изверг!.. Быстро за стол!
Традиционный международный конфликт был улажен.
Через минуту, жмурясь от удовольствия, Андрей уплетал фирменный омлет и думал: «Алька у меня просто прелесть!.. Но из чего сделать репликатор? Трансмутивный генератор из пылесоса вышел неплохой, а вот репликаторчик?..» Получив на десерт крепкий душистый чай в любимой кружке с отбитой ручкой, Андрей окончательно разомлел.
— Ты вот пилишь меня за какой-то отживший свой век пылесос, — осторожно начал он, — и даже не подозреваешь, что твой муж — гений! И скоро ты будешь им гордиться!
— Пусть им страна гордится! А мне твои эксперименты — вот где!..
— Не веришь?.. Зря! А я, может быть, сейчас решаю государственную задачу! Да-да! Превратить отдельно взятую страну в край всеобщего изобилия! И это, если посмотреть шире, не только экономическая проблема. И социальная, и психологическая, и политическая!
— Кончай трепаться, Шмелев! От уборки квартиры и магазина тебе все равно не отвертеться.
— Да ты только представь! — остановиться Андрей уже не мог. — Всего будет вдоволь, чего пожелаешь! И никакого дефицита. Нет очередей, продавцов-прохиндеев, нет блатных «черных» входов!.. Только подумал, мысленно пожелал чего-нибудь и — пожалуйста, с доставкой на дом!.. Какие перспективы? Грандиозные перспективы, если посмотреть шире!.. Пока человек в чем-то нуждается, он не свободен, он — раб собственных желаний. Я верну человеку его суть гомо сапиенса!.. Я сделаю его счастливым!..
— Все. Тему изобилия закрыли. — Ольга кончила мыть посуду, сняла фартук. — Вечером придет главный с женой. До восьми я на репетиции. Поэтому в «Универсам» отправишься ты. Список и деньги у телефона. Подойдешь к Афродите в обеденный перерыв, с двух до трех. Она будет ждать, я договорилась, — инструктировала Ольга, колдуя перед зеркалом. — Да в парадный-то подъезд не ломись! Через черный зайдешь, — она лукаво блеснула подведенными глазами и вышла.
— И никаких «дискретных пирожков»! Слышишь? — крикнула уже из спальни. — А то, как в прошлый раз: сели за стол — пирожки исчезли, гости ушли — появились.
Андрей потупился, заливаясь краской.
— Ошибочка случилась, большой темпоральный разрыв. Не рассчитал. Вместо тридцати секунд — три часа…
— Вот именно! — вновь появилась Ольга в светло-зеленом платье. — Предупреждаю последний раз: экспериментируйте со своим Верховским у него на даче. Вопросы есть?
— Никак нет!
— И выкинь из прихожей свой металлолом! Пожалуйста…
— Слушаюсь! — он выкатил глаза и щелкнул босыми пятками.
— Клоун! — фыркнула Ольга. — Тапки надень, горе луковое. Опять носом хлюпать будешь среди лета, — привстав на цыпочки, она оставила на щеке мужа розовое «сердце». — Колючий! Побрейся, гений! Я побежала.
Хлопнула дверь, и на кухню робко заглянул Макс. Он вопросительно взглянул на хозяина и сипло пробасил: «Мм-а-а?..»
— Ну что, чмо лохматое, небось жрать хочешь? — Андрей вздохнул и открыл холодильник.
Достав персональную кастрюльку кота, он приоткрыл крышку и с опаской понюхал застывшее варево с подозрительными оранжевыми разводами по краям. Посередине «ледника» одиноко возвышался пик рыбьего хвоста. Не уловив никакого запаха, Андрей пошатал «айсберг» и посмотрел на выписывающего вокруг ног «восьмерки» Макса.
— Тебе ведь, паразиту этакому, еще и разогревать надо! — чтобы поскорей избавиться от голодного кота, Андрей включил электроплиту на «тройку».
— Следи сам, — сказал он. — Зашкворчит, позовешь.
Макс занял наблюдательный пункт на подоконнике и принялся за утренний туалет.
Телефонный звонок застал Андрея посреди комнаты в обнимку со стиральной машиной, которую он решил перетащить в кабинет подальше от бдительной Ольги. Крякнув, он опустил машину на пол и ринулся в прихожую, но тут из кухни наперерез, прямо под ноги вывернулся Макс. Чертыхнувшись, Андрей исполнил прыжок «оленя», крепко прищемив кошачий хвост.
— Алло! Слушаю!..
В трубке трещало. Макс возмущенно орал.
— А, чтоб тебя!.. Говорите!
— Дюха, ты? — Витька, как всегда, был возбужден и весел. — Как живете, как животик?
— Витька, у меня дел по горло. Быстро выкладывай, чего надо. Имей в виду, на рыбалку я больше не ходок. Из-за твоих ершей-дистрофиков Ольга со мной два дня в молчанку играла.