Дмитрий Ермаков – Другая школа (страница 34)

Она выпорхнула за дверь, подол платья мелькнул, словно крылья птицы, кинувшейся на помощь птенцам. Пять минут спустя Светлана вернулась в сопровождении сотрудника с нашивкой «Тьютор» на рукаве. Он помог мальчику встать и сопроводил в туалет. Мальчик отсутствовал почти двадцать минут. Вика опять начала волноваться. Ребёнок потерял так много времени, что это могло сказаться на его работе.

Видимо, это понимал и сам мальчик, поэтому, едва его усадили обратно за парту, как он тут же принялся писать.

Так шли часы. Сложности возникали одна за другой. И каждый раз Светлана со своей фирменной ласковой улыбкой кидалась их решать. Она выбегала из кабинета, кого-то приводила, кому-то что-то сообщала. Всю тяжесть этого испытания взяла она на себя. Вика помогала, как могла, и с восхищением смотрела, как порхает по кабинету эта сильная, мудрая женщина. А ещё все эти безумные пять часов Светлана улыбалась.

Дети писали экзамен ровно пять с половиной часов. Ни больше, ни меньше.

Когда Виктория и Светлана вышли в коридор, собрав все материалы, школа уже опустела. Все учителя разошлись по домам. Они остались одни. У Вики ужасно болела голова, но она держалась. Не хотела показывать свою слабость рядом с такой выносливой напарницей.

– Давайте обменяемся телефонами, – предложила Вика. – Я… Я восхищена вами, честно.

– Не вопрос! – ответила с усталой улыбкой Светлана. – Мне тоже было с тобой легко. Всегда рада новым знакомствам.

В этот день Вика устала так, что у неё кружилась голова, а к горлу покатывал комок. Она еле дошла до дома, а едва переступив порог, просто упала, и лежала так минут сорок пока не пришла в себя.

А когда очнулась, на её телефоне светилось сообщение от Светланы:

«Ты как, Вик?» – писала новая знакомая.

«Нормуль, – ответила девушка. – Если бы не Вы, точно с ума бы сошла».

«Только не «Вы», а «ты», – написала ей Светлана. – Давай, отдыхай. До встречи послезавтра на русском».

Впереди Вику ждал ещё один четырёхчасовой экзамен. Но теперь у неё появился повод для оптимизма. Послезавтра она увидит Дмитрия Олеговича.

Глава тридцать третья.

На экзамене по русскому языку сюрпризы начались с первых минут. Хоть Виктория и пришла в ППЭ в 8.20, никто на неё не ругался. Администрации было не до опоздавших организаторов. Из двадцати восьми человек, распределённых в эту школу, больничные взяли четверо. Резерва сотрудников не существовало. Любовь Викторовна и члены ГЭК бегали туда-сюда, куда-то звонили.

Наблюдая за ними, Виктория размышляла:

«Чем всякой фигнёй заниматься, они бы лучше придумали, что в этом случае делать. А если все больничный возьмут? Что они тогда делать будут?»

В итоге инструктаж начали с опозданием и инструкцию не читали. Любовь Викторовна на ходу перекраивала распределение, и в итоге Виктория Романова оказалась ответственным организатором в пятом кабинете. В паре с ней была худенькая девушка по имени Анастасия Александровна Капустина, которая впервые вышла на экзамены после болезни.

– Я? Ответственный? – Вика не верила своим ушам. – Я первый год работаю вообще-то.

– А больше некому! – рявкнула на неё руководитель ППЭ и захлопнула перед девушкой дверь штаба.

К Вике подошла Светлана. Она была как обычно невозмутима и воздушна, словно только что прилетела с курорта.

– Ну что? Ответственной назначили? – улыбнулась Светлана.

– Угу, – буркнула Вика. – Я, конечно, кое-что помню. Внимательно смотрела, как ты и Мария работаете. Но всё равно стрёмно.

– Спокойно, ничего сложного там нет. Главное, запомни вот, что… – подруги сели на банкетку в коридоре и Светлана быстро объяснила, на что следует обратить особое внимание.

Когда Виктория пришла в кабинет номер пять, она застала там свою напарницу. Та сидела за учительским столом, и читала инструкцию для организаторов:

– Здрасьте, вы – главная?

– Типа того, – усмехнулась Вика. – Ничего, справимся.

Главный совет Светланы звучал так: сохранять спокойствие и невозмутимость. Пока ты хладнокровен, ситуация под твоим контролем. Вика зашла в туалет, нашла в кармане резинку и затянула волосы в тугой пучок. Так она выглядела серьёзнее. Девушка одёрнула пиджак, поправила очки. Вернувшись в кабинет, она решительно взялась за оформление стенда, быстро расклеила стикеры на нужные места и подписала маркером.

Когда собрались дети, Виктория Сергеевна спокойным, деловым тоном зачитала им инструкцию. Читала она её чётко, слово в слово. Дети, которые слушали одно и то же на каждом экзамене, демонстративно зевали, но тем не менее пришлось дослушать полностью. Так было положено по регламенту.

Потом Виктория велела напарнице раздать детям комплекты материалов. Их раскладывали в произвольном порядке, главное, чтобы каждому хватило. Пока всё шло спокойно.

Началось заполнение бланков регистрации. Из пятнадцати подростков заполнить нормально эти бланки смогли только десять, у остальных возникли проблемы. Кто-то не мог вспомнить номер школы, кто-то написал в бланке «русскийяз» и ломал голову, как в оставшуюся клеточку уместить две буквы. А один ребёнок, увидев в бланке «код ОО» (имелась ввиду образовательная организация) вместо номера так и написал: «ОО». Теперь ему не хватало места для номера школы. Виктория прошла по классу и спокойно ответила на все вопросы.

– Не помнишь номер школы? Сейчас в ведомости посмотрю. Да, одной клеточки не хватает, всё нормально, так и должно быть. Поверх нуля пиши жирно цифру «один». Это буква «о»? Не важно, просто пиши сверху «один», всё нормально.

Экзамен начался, школьники приступили к работе. Но Виктория не испытывала такой скуки, как в прошлые разы. Теперь на ней лежала ответственность. И занятия тоже имелись. Она заполнила все необходимые бланки, к счастью, сделать это было не сложно, все они были типовыми. Два раза внимательно прочитала инструкцию от корки до корки, чтобы выяснить, не забыла ли она что-нибудь важное. Время от времени Виктория прохаживалась по кабинету, смотрела не пытается ли кто-то из деток списать. Но всё шло спокойно, без эксцессов.

Пару раз Вика выходила в коридор. Проходя мимо кабинета, в котором сидела Светлана Боярская, она обменивалась с подругой выразительными жестами. В ответ на взволнованный взгляд Светланы девушка показала большой палец. Всё нормально, мол, не волнуйся.

Серьёзных эксцессов за все четыре часа так и не произошло. Только один раз мальчик попросил отвести его в медкабинет. Напарница ушла с ребёнком на первый этаж. Пока их не было, Виктория старательно вспоминала алгоритм действий на случай, если ребёнок завершил экзамен досрочно, но всё обошлось. Врач померил давление мальчику, дал таблетку от головной боли и отпустил. Экзамен он благополучно дописал.

Когда до конца оставалось пятнадцать минут, Виктория Сергеевна обратила внимание на одну девочку. Та почти три часа возилась с черновиком, и сейчас лихорадочно переписывала всё на бланки. «Вот обидно будет, если что-то не успеет».

Она уже слышала душераздирающие истории, как у выпускников отбирали бланки после того, как время экзамена истекало, а дети плакали и говорили, что не успели переписать.

– До конца экзамена осталось пять минут! – объявила Романова дежурным голосом, и добавила от себя: – Постарайся успеть. Иначе потеряешь баллы.

Девочка кивнула, принялась писать с невероятной скоростью. Ровно в тот момент, когда стрелки часов показали 14.05, время окончания экзамена, девочка в изнеможении бросила ручку на парту и выдохнула:

– Успела…

Виктория радовалась за незнакомую девочку, как за родную. Принимая у неё бланки, она сказала:

– Поздравляю. Удачи тебе.

Бегло просмотрела работу. Даже в самом конце последнего листа, где выпускница писала быстрее всего, почерк был вполне читаем, буквы не сливались.

«Пусть у неё всё будет хорошо», – подумала Вика, с тёплой улыбкой глядя вслед уходящей ученице. Она слышала истории о том, какие драмы разыгрывались на последних минутах экзаменов. Дети умоляли дать им ещё хотя бы минуту, но правила есть правила: или сдавай работу в установленный срок, или результат будет аннулирован. Организаторы вынуждены были выполнять это требование.

Наступал самый ответственный момент. Подсчёт бланков.

– Давайте быстрее, а то там очередь, – торопила её Анастасия Капустина. Но Виктория не спешила. Она тщательно пересчитала все листы, записала в ведомость итоговое количество бланков, и только после этого покинула аудиторию.

«Лучше сдать последними, но сдать всё чётко», – решила она.

В штабе ППЭ Любовь Викторовна принимала бланки. Она долго пересчитывала листы. Разъединяла слипшиеся бланки. Если вдруг что-то оказывалось заполнено не так, госпожа Тузова рычала на организатора: «Для кого инструкции написаны?! Внимательнее надо быть!».

Дмитрий Олегович сдал свой комплект без нареканий. Выходя из штаба, он подмигнул Вике, та улыбнулась в ответ. Но поговорить им в этот день не удалось, все мысли девушки были поглощены работой.

Светлана Боярская тоже всё оформила и посчитала правильно. Любовь Викторовна смотрела на Светлану Владимировну волком и долго искала, к чему бы придраться, но так и не нашла.

– Свободны! – изрекла мадам Тузова с лёгкой досадой.

Наконец, пришла очередь Романовой и Капустиной. Настя ужасно разволновалась, Вика напротив взяла себя в руки, лишних движений не делала, отвечала на вопросы.