Дмитрий Емец – Охота за короной (страница 9)

– Почему на верную?.. Меня Драконла тоже любит. Где-то в длине души! – поспешила добавить Арла, хотя внутри сама не очень в это верила. Просто она желала, чтобы так и было.

Теперь, после всех этих открытий, о новом сражении никто и не помышлял. Что же касается нянюшки Жабус, то она всхлипнула и, кое-как дотянувшись передней лапой до носа (передние лапы были у неё коротковаты), старательно промокнула его.

– Бедные детки! От двух несчастных сироток пытаются избавиться! Ну, ничего! Пока я жива, вас никто не тронет! Это говорю я, нянюшка Жабус!

– И я, Великая Птерь Птеродаустро! В смысле, она, то есть я, говорит то же самое! – закричала Птерь. – Тогда давайте договариваться на берегу! Мы помогаем вам добыть кубок, а вы нам корону!

– А нельзя их просто поменять? Ну, пусть Драконла отдаст корону, а Зуха кубок? – предложил Велик.

– Вряд ли Драконле и Зухе эта идея придётся по вкусу, – усомнилась опытная нянюшка Жабус. – Наверняка каждая захочет получить и то и другое, а заодно и всё чужое царство в придачу!

– Тогда мы добудем корону сами! – решительно заявила Птерь.

– И как же? – поинтересовалась Арла, меланхолично выгрызая между пальцами льдинки.

– О! Всё очень просто! – затарахтела Птерь. – Мы с Великом отправляемся в Драконию! Там мы раскидываем всю драконью армию, затем я хватаю корону динозавров и быстро-быстро улетаю! Вот так!

Пытаясь показать, как она будет быстро-быстро улетать, Птерь захлопала крыльями, но тотчас зацепилась крылом за нянюшку и шлёпнулась в озеро. Арла хихикнула.

– Прости, но ты, кажется, упала, – сказала она.

– Ничего я не падала! – огрызнулась Птерь. – Это я представляла, как упадёт дракон, по которому я тресну крылом!

– Тогда у тебя прекрасно всё получилось! Он прямо-таки улетел кувырком! – похвалила нянюшка Жабус. – Но, понимаешь, ты не всё учла. Даже если ты победишь остальных, ты не победишь Драконлу! У неё гипнотический взгляд. И ещё она никогда не покидает тронный зал. Даже спит там!

– И что же тогда делать? – спросила Птерь, выбираясь на берег и отряхиваясь.

– Сперва думать!

– Не! Думать я не подписывалась! – отказалась Птерь.

– Это потому, что ты страшная торопыга! – укорила нянюшка. – Ты научись сперва прикинуть, что и как, а потом действовать… Например… Видишь вон тот гигантский сугроб? Он похож на арктического дракона, который защищает коро…

Жабус ещё не договорила, а Птерь уже с воплем «Ура!!! Все в атаку! Ты с кем связался, мелкий?» воткнулась головой в сугроб.

– И кто кого победил? Надеюсь, я его? – выдохнула она из сугроба.

– Вот и я о том же! Сперва посчитай хотя бы до десяти, а потом начинай действовать!

– Считаю я замечательно! Только я постоянно забываю, какое число идёт после «три»… Я всегда почему-то решаю, что кто-то велит мне что-то тереть! Я тру, тру, тру, а потом! А! А вот ещё есть число пять! Оно похоже на пятку!

Велик дождался, пока Птерь замолчит, а потом опять забрался в озеро – потому что было холодно! – и, погрузившись по шею, предложил:

– Давайте выдумывать очень хитрый план!

Нянюшка и Арла плюхнулись в озеро с ним рядом – волны поднялись ого-то! – и они стали выдумывать план.

Самый хитрый узел

Королева Драконла скучала. Обвившись вокруг трона, она смотрела в потолок, под которым, охотясь за мошками, летала стайка мелких колибриатов. Колибриаты – крошечные дракончики, не крупнее птичек колибри. Их добыча – мелкие насекомые, которых они, догоняя, поджаривают своим довольно горячим – ну, для их размеров – огнём. Одно из свойств колибриатов – менять окраску. Это нужно им как для маскировки, так и для того, чтобы стайка быстро узнавала об опасности. Происходит это так: если какой-нибудь колибриат увидит нечто страшное, в ту же секунду он делается алым. Те колибриаты, что находятся в этот момент рядом с ним, тоже мгновенно окрашиваются в алый, после чего вся стайка бросается в разные стороны.

Наблюдая за колибриатами, Драконла незаметно свилась в пружину. Дождалась, пока один из колибриатов опустится пониже, и резко распрямилась, атакуя его. Колибриат, перед носом которого щёлкнули царственные зубы, в ужасе пискнул: «Караул!» – и сделался пунцовым от ужаса.

Вся стайка тоже пискнула: «Караул!», после чего, торопливо алея, разлетелась прятаться кто куда: дракончики забивались под трон, бросались в дверь, а некоторые даже застряли в оконной решётке. Драконла довольно хохотала, гоняясь за ними. Когда же вся драконья мелочь разлетелась, королева почувствовала, что проголодалась.

– Уф! Хорошо размялась! Аркти! Ступай, скажи повару, чтобы принёс мне завтрак! И пусть сразу тащит обед и ужин! И предупреди, что если не готово, то я его самого съем!

Аркти, страдая от жары, потащился на кухню, повторяя поручение своей хозяйки, которое он ужасно боялся забыть.

– Так… Что там надо сказать? Опять забыл… Ага! Предупредить, что королева съест повара! Но повар же убежит и опять на неделю спрячется, а хозяйка будет голодная ползать по всему дворцу! Так про завтраки говорить или про обеды? – бубнил Аркти себе под нос.

Капли пота, выступавшие там, где нос Аркти выглядывал из шерсти (сам он был, как мы помним, покрыт густейшей белой шерстью, а не чешуёй), мгновенно превращались в ледышки.

Драконла пришла к выводу, что её посланец тащится слишком медленно.

– Пусти! – велела она пустынному дракону. – Проследи за Аркти! А то он опять забьётся в погреб и уснёт на глыбах льда! А повару скаж-жи… ну, ты всё слыш-шал!

Пустынный дракон, который на самом деле ничего не слышал, потому что зачем запоминать поручения, которые даются кому-то другому, недовольно поднялся и, потягиваясь, поплёлся за Аркти.

Драконла, свиваясь в кольца, немного подождала, после чего отправила вслед за Пусти еще парочку слуг, велев им проследить, чтобы пустынный дракон не залез под ковёр и не потерялся.

И вот, когда Драконла совершенно потеряла терпение (а терять было практически нечего), в тронный зал внезапно вбежали Пусти и Аркти, восторженно встряхнулись и закричали:

– У ворот странствующие актёры!

Драконла едва не подскочила от радости, но вовремя притворилась, что ей всё равно, и лениво прошипела:

– Ну, так и быть… Зови уж-ж-ж!

Пусти и Аркти, толкая друг друга, бросились к воротам. Пусти так спешил, что даже не забивался по дороге в щели и пропустил прекрасный новый ковёр, под которым можно было бы вздремнуть.

В это время у ворот их дожидались Арла, нянюшка Жабус, Птерь и принц Велоцирапто. Арла и нянюшка Жабус для маскировки были обклеены яркими перьями. Велик криво и косо приделал себе крылья из сплетённых папоротников и хвощей, а Птерь нацепила на голову пустую тыкву с прорезанными для глаз дырками, которые всё равно сползали и она ничего не видела.

– Эй! Как вас там? Актёры! Идите к королеве! Если она вам заплатит, мы всё отнимем! Но она не заплатит, она жадная, – поторопил Пусти, имевший привычку произносить вслух всё, что приходило ему в голову. Так ему проще было думать.

Аркти же стал подталкивать актёров лапами и крайне удивился, когда несколько перьев у Арлы отвалились.

– Ох! Видела, что с тобой творится? Моя бабушка говорит, что, когда шерсть лезет, помогает рыбий жир! – посочувствовал он. – А ты не слушай! Иди давай!

Поторапливая, он подтолкнул Велика, и у того плохо привязанное крыло съехало со спины на живот. Принц Велоцирапто торопливо подхватил крыло лапой и вернул его на место.

– Бедняга! – огорчился Аркти. – Как же ты летаешь с такими крыльями? У тебя здоровье, кажись, совсем разладилось!

Нянюшка Жабус кашлянула. Совсем негромко. Драконам опасно кашлять по причине возможного самовозгорания.

– Аркти! Ты не проверил сумки! – напомнила Арла.

Аркти хлопнул себя лапой по лбу, потому что он и правда забыл их проверить, но тотчас спохватился.

– Откуда ты знаешь, что меня зовут Аркти? – подозрительно спросил он.

– А как ещё могут звать такого красивого, такого известного арктического дракона? – выкрутилась Арла.

Аркти надулся от гордости.

– Есть такое дело, меня многие знают, это да… – признал он, очень довольный.

И тут же схватил за края актёрский мешок, вытряхнув на землю всё его содержимое. Выпала сложенная гармошкой бумажная труба. Подбежавший Пусти сразу же ею заинтересовался.

– Какая подозрительная штуковина! Как она называется?

– Никак не называется. Просто труба! При желании можно залезть внутрь! – подсказала Арла.

– Зачем? – удивился Пусти.

– Чтобы убедиться, что там никто не прячется.

– Я не люблю бумагу! Она шуршит! Я по-другому проверю! – сказал дракон и, дохнув на бумажную трубу огнём, моментально испепелил её. – Ну вот! Никого!

Арла чуть не взвыла от разочарования, но тут дракон внезапно заметил пустой мешок. Ему пришло в голову проверить, сможет ли он туда забраться. И, распластавшись на животе, Пусти полез в мешок.

Мешок, хотя и большой, оказался для него тесноват. Поместилась только голова. Однако Пусти остался доволен.

– Я ничего не вижу! Это значит, что я хорошо спрятался? – спросил он из мешка.

– Пусти не видно. И даже не слышно! Он куда-то исчез! – сказала Арла, притворяясь, что не слышит его голоса.

– Невероятно! Дракон-невидимка! – поддержала её Птерь.