Дмитрий Дубровин – След бога: отступник (страница 16)

– Знания за знания, – повторила она тихо, пробуя слова на вкус. – Справедливый обмен.

На лице появилась улыбка – облегченная, благодарная.

– Хорошо. Тогда я буду учить тебя всему, что знаю о степи, о выживании, о дорогах. – Она выпрямилась. – И буду учиться у тебя всему, чему ты готов научить.

Я кивнул.

– Договорились.

Мы досидели у костра до полной темноты. Молчание больше не было ни неловким, ни тяжёлым – оно стало спокойным, взаимным, как у друзей.

Костер потрескивал сухими ветками, искры уносились в темное звездное небо и гасли над нашими головами. Меирана достала из своей сумки вяленое мясо, разделила, в этот раз, на две равные части.

– Завтра придем к Трем Холмам, – сказала она, подкладывая ветки в огонь методично, не глядя на меня. – К полудню, если поторопимся. Там пополним запасы воды.

– Ты знаешь старейшину Керена? – спросил я, разжевывая жесткое мясо.

– Слышала о нем, – она пожала плечами. – Говорят, он справедливый. Мудрый. Не такой, как… – Она осеклась, но я понял: не такой, как старейшина ее деревни. – Может, он знает, как попасть в Белую Крепость.

Огонь потрескивал, отбрасывая танцующие тени на камни вокруг. Тепло было приятным после холодного вечернего ветра.

– Расскажи про Белую Крепость, – попросила она после паузы, все еще не глядя на меня. – Что там?

– Не знаю точно, – признался я. – Видел ее во сне. Чувствую, что мне нужно туда, что там я найду ответы.

Она кивнула.

– Далеко?

– Дня три-четыре пути от Трех Холмов, наверное. Точно не знаю.

– Хорошо. – Она подбросила еще веток в огонь, и пламя вспыхнуло ярче, осветив ее лицо снизу. – Я проведу тебя. Знаю дороги через эти земли. Отец водил меня в дальние походы, показывал тропы, которые знают только охотники.

Она не спрашивала, возьму ли я ее с собой дальше Трех Холмов. Просто предлагала знание, умение и пользу.

Я посмотрел на нее. Она сидела, глядя в огонь, вся такая спокойная, но я видел напряжение в плечах, в том, как она держала руки – готовая в любой момент отступить, если я скажу «нет».

– Спасибо, – сказал я тихо.

Она вздрогнула от неожиданности, быстро глянула на меня, потом снова отвернулась к огню. На щеках проступил легкий румянец, заметный даже в танцующем свете пламени.

– За что?

– За то, что не спрашиваешь, – я смотрел на огонь, подбирая слова. – Про свет. Про то, откуда я. Ты могла бы требовать ответов. Но не требуешь.

Она помолчала долго, потом тихо, почти неслышно проговорила:

– Сам расскажешь, когда будешь готов.

Я кивнул, хотя она уже снова смотрела в огонь. Я сказал себе, что расскажу потом – когда разберусь, когда пойму, кто я на самом деле. Но где-то внутри я уже знал: скоро скрывать станет невозможно.

Глава 10: Легенды

Мы досидели у костра до полной темноты в молчании.

Звёзды высыпали на небо одна за другой, яркие и незнакомые.

Меирана поднялась, отряхнула тунику, устроилась с другой стороны костра, завернувшись в шкуру заманга.

– Я возьму первую стражу, – сказала она решительно. – Поспи. Разбужу через полночи.

– Не нужно…

– Нужно, – перебила она, и в голосе зазвучала та самая твёрдость охотника, которая не терпит возражений.

– Ночью в степи опасно, я видела следы. Киру выходят на охоту стаями. Кто-то должен следить за огнём, иначе они подойдут слишком близко.

Я хотел было возразить, что справлюсь сам, что не хочу обременять её, но она уже отвернулась, устраиваясь поудобнее, давая понять, что разговор окончен.

– Спокойной ночи, Люк.

– Спокойной ночи.

Я лёг, подложив сумку под голову, и посмотрел на звёзды сквозь редкие облака, проплывающие по ночному небу.

Меирана. Конечно, я был не против того, чтобы она шла со мной. Если честно, компания в этом странном, чужом мире была не лишней. Одиночество здесь давило сильнее, чем я ожидал.

Но я видел эти её попытки найти своё место в обществе, которое для неё не предусмотрено. Видел упрямство, с которым она цеплялась за мечту стать охотником. Видел, как она надеется, что в Трёх Холмах всё будет иначе.

И понимал – эти надежды тщетны. Традиции этих племён, судя по всему, старше памяти и крепче камня. Один болас ничего не изменит. Одна девушка, даже самая упорная, не сломает устои, которым, возможно, тысячи лет.

Мне было её немного жалко. Она бежала от одной клетки к другой, не зная, что все клетки в этом мире одинаковы.

Но в то же время она вызывала уважение – продолжала идти вперёд.

Может быть, именно поэтому я молчал о том, что думал на самом деле. Зачем отнимать надежду, когда она – единственное, что толкает человека вперёд?

Я закрыл глаза. Сон пришёл быстро, накрывая тяжёлой волной.

Проснулся я от того, что кто-то осторожно тряс меня за плечо.

– Люк, твоя очередь.

Я сел, протирая глаза. Костёр горел ровно и ярко – Меирана явно подбросила в него хороших веток перед тем, как разбудить меня. Запас дров лежал рядом, аккуратно сложенный.

– Всё спокойно, – сказала она тихо, уже укладываясь на моё тёплое место. – Киру приходили пару раз, слышала шорох в траве. Но близко не подходили. Огонь их отпугивает, как я и говорила.

Она завернулась в шкуру, устроилась поудобнее.

– Разбуди меня, если что-то случится. Или если устанешь.

Через минуту её дыхание стало ровным, глубоким. Заснула почти мгновенно, как засыпают только те, кто привык к жизни в дикой природе.

Я сидел у костра, подбрасывая ветки и наблюдая, как языки пламени лижут сухую древесину, превращая её в пепел и дым. Смотрел на спящую Меирану.

Что-то тёплое, почти забытое, шевельнулось в груди. Доверие? Благодарность? Или просто признание того, что я не один?

Партнёр. Настоящий партнёр.

Утро пришло быстро. Я разбудил Меирану с первыми лучами салори, когда горизонт только начал окрашиваться в алые тона. Она открыла глаза сразу, без той сонной заторможенности, которая бывает у людей из городов.

Она быстро поднялась, размялась, потянувшись так, что хрустнули суставы, потом принялась готовить завтрак. Достала лепёшки, которые дал нам староста, подогрела их на плоских камнях у костра.

– Ешь, – протянула она мне одну, ещё тёплую. – Сегодня длинный путь. Нужны силы.

Мы позавтракали, затушили костёр тщательно, засыпая угли землёй и притаптывая. Двинулись в путь, пока утренняя прохлада ещё не сменилась дневной жарой.

Степь менялась. Трава становилась короче, жёстче, её яркие цвета блекли. Появлялись всё более широкие проплешины голой почвы, растрескавшейся от зноя.

– Близко уже, – сказала Меирана, указывая вперёд, где на горизонте проступали неясные силуэты. – К полудню будем у Трёх Холмов.

Часа через два она остановилась, присела на корточки, изучая землю с тем же пристальным вниманием, с каким ювелир рассматривает драгоценный камень.

Я подошёл ближе. Следы. Множество следов, наложенных друг на друга – большие отпечатки с раздвоенными копытами, разной глубины и свежести.

– Стадо прошло недавно, – сказала она, проводя пальцами над следом, не касаясь. – Травоядные. Идут на водопой.

Она встала, посмотрела по сторонам, принюхалась к ветру, как делают звери.