Дмитрий Дубинин – Узурпатор ниоткуда (страница 54)

— Так-так, подождите… Что же получается — он должен был отдать власть Майку просто так? Из рук в руки?

— Майк — это не тот ли, кого…

— Да, черт возьми! Сударыня, вы несколько минут назад застрелили как собаку наследника престола Контвигии, и потому я тоже с трудом теперь представляю, что будет дальше!

— Так какого хрена он ударил Педру своей железякой?! Откуда я знала, кто он такой? Когда мы спрятались в задней комнате, Педру взял с собой вот этот предмет, чтобы передать его нужному нам человеку, когда все это недоразумение закончится.

— Вот это? — Жоам положил на стол плоскую металлическую коробочку, похожую на портсигар.

— Да. Я не знаю, что там. Это знает человек по имени Роберт Кейдж. Надеюсь, он с вами?

— Роберт Кейдж погиб. В живых остался Майк Новински, который должен был стать королем, и вот этот молодой человек, который сопровождал его волею случая. От них мне стали известны планы Кейджа по захвату власти в Контвигии. Плюс еще он успел до своей гибели оплатить работу сотни наемников. К тому же нам доставили оружие. Словом, я сделал то, что должен был сделать.

— Не так вы должны были это все сделать, не так! — простонала Ольга. — Ваш Майк ни черта толком не знал.

— А кто тогда знал? — спросил я. — Мы все полагали, что он вместе с Кейджем решил провернуть эту авантюру, чтобы сместить мэра-президента. Они раскопали какие-то документы, подтверждающие личность Майка, потом Кейдж перепродал свой бизнес, создал новую авиакомпанию, забросил в страну оружие, нашел исполнителей… А на штыках повстанцев Майк должен был сесть на трон.

— Боже мой! А конечная цель-то у Кейджа какая? Вам это известно?

— Да, — сказал Жоам. — Я слышал о том, что Кейдж должен был получить все права на разработку месторождения, известного как Долина Камней Тумана. Потом, был какой-то разговор о создании в Руздане курортной зоны.

— Послушайте, большей чуши я в жизни не слышала, — с чувством сказала Ольга. — Если вы не знаете, что такое Долина Камней Тумана, то я вам скажу. Это гигантская кладовая урановых руд. Золото и алмазы там тоже есть, но это не главное.

— Мы слышали и об уране… — произнес я.

— Тогда вы тем более должны были догадаться, что Кейдж — вовсе не авантюрист-одиночка. Урановые месторождения — это не та штука, за которой гоняются искатели приключений с автоматами в руках… За Кейджем стоит какая-то серьезная организация из Соединенных Штатов, может быть, ЦРУ, может быть АНБ, точно не знаю. Они уже отправили в Долину геологическую экспедицию, пока для уточнения некоторых данных.

Мы с Жоамом переглянулись.

— Что же должно было тогда произойти? — тихо спросил Алварес.

— Я не знаю… Но могу только предположить, что переворот действительно был запланирован. Ваш Майк сел бы на трон, а заправлять всеми делами в Контвигии стали бы американцы. В лице Кейджа. Или еще кого-нибудь.

— Но неужели ваш муж добровольно отдал бы свой пост? — не сдавался Жоам.

— Ему трудно было торговаться, — грустно произнесла Ольга. — Педру был очень сильно болен. Какая-то редкая форма костного рака. Его лечили в Португалии, в Швейцарии… Потом американцы вроде бы нашли какой-то способ, правда, безумно дорогой. Больше годового бюджета Рузданы, это точно.

— И платой за лечение стал бы его президентский пост? Вы это хотите сказать?

— Повторяю, я знаю далеко не все. Кроме того, что все уже должно было произойти по уже имеющемуся плану. Бескровному, что очень важно. А вы заварили такую кашу, которую сейчас вряд ли кто сможет расхлебать. И нет ни президента, ни короля. А ангольские власти в любой день смогут совершенно безболезненно для себя взять полный контроль над этой территорией. И уже окончательно.

— Король у нас есть, — вдруг сказал Жоам.

— Он же… — замялась Ольга.

— Вот он, король Контвигии, — Жоам указал на меня. И обратился к солдатам: — Hey meninos! Quem e este homem?

«Эй, парни! Кто этот человек?» — я уже стал кое-что понимать.

Солдаты растерянно переглянулись. Тогда голос подал Франку. Он что-то сказал, и солдаты понимающе закивали головами.

— Saraiva ao rei! — нестройно произнесли двое, оторвавшись от своей работы по перелицовке флага и встав во фрунт.

— Muito bom! — обрадовался Жоам. — Очень хорошо! А ну, еще раз! Onça again!

— Saraiva ao rei! — теперь подключились и двое возле двери.

— Что за дурацкий спектакль? — удивилась Ольга. — Что это значит?

— Хэйл ту зе кинг, — усмехнулся Жоам. — Вив ле руа. Некогда объяснять. Дурацкий спектакль, или нет, но штука в том, что только Андрей сейчас сможет сыграть в нем короля Контвигии!

— Я!? — мне показалось, что я ослышался.

— Да, ты! — Жоам уже не усмехался. Он был очень серьезен. — Ольге объясним потом. Тебя легко примут как короля все мои солдаты. А с ними — и все остальные. Нам надо продержаться хотя бы несколько дней.

— Только та революция может что-то значить, если она умеет себя защищать, — ерническим тоном произнесла Ольга.

— Вы неверно и не к месту цитируете классиков, — отрезал Жоам. — Ну, давай, Андрей. Времени действительно нет.

— Ты с ума сошел! Да я ни за что… Не смогу, и вообще.

Жоам вынул люгер.

— Андрей, — сказал он проникновенно. — Ты меня уже хорошо знаешь. Кроме того, мы с тобой не братья, чтобы меня потом сильно мучила совесть. Понимаешь? Либо ты король, либо труп. Третьего не даю.

Алварес не стал направлять ствол на меня, но и без того я уже неоднократно убеждался, что демонстрация огнестрельного оружия — практически неоспариваемый аргумент. Кроме того, я действительно знал Жоама. Возможно, он и блефовал сейчас, но в любом случае пристрелить человека ему не стоило ровно ничего. Конечно, потом он будет сильно огорчаться, но я вряд ли смогу разделить его печаль.

— Что я должен делать? — отчаянно спросил я.

— Ты должен взять вот эту штуку в руки, — сказал Жоам. — Франку, подай угонку его величеству… — Вот. Теперь надо отправить солдат, чтобы остальные люди тоже вспомнили, как правильно кричать «сарайва о рэй», пусть даже с местным акцентом. А мы пока вынесем трупы сюда для обозрения, которое вскоре последует.

— А пока оно не последовало? — спросила Ольга.

— Сударыня, я понимаю, как вам сейчас трудно… — заговорил Жоам, но Ольга перебила:

— Мы с Педру уже несколько лет жили вместе только как деловые партнеры. И прекратите, пожалуйста, все намеки на эту тему.

— Хорошо. Тогда через несколько минут… Эх, жалко, балкона тут нет… Выйдем к большому окну на парадной лестнице, а я постараюсь объяснить людям, что случилось… Ольга, в этом доме есть мегафон или какой-нибудь исправный усилитель?

— Есть мегафон, точно. Надо распорядиться, чтобы его принесли с первого этажа — там есть складское помещение возле кухни… Вы что именно будете говорить?

— Скажу, что король Контвигии Мигел… Так его назовем… Погиб смертью храбрых при штурме дворца. При этом он передал всю свою власть названному наследнику, принцу… Эндрю… Андре.

— Слишком по-европейски, — заметила Ольга. — Да он и не португалец.

— Ты посмотри на его физиономию. Он ведь и не африканец! Глупо называть его бантоидным именем, верно?

— Верно, — вздохнула Ольга. — Хотя так даже лучше, здесь уже все давно идет по португальским традициям… Боже мой! В жизни не знала, что попаду в такую нелепую историю… Впрочем, надо было думать раньше, прежде чем на экзотику западать…

— Ну, все! — Жоам встал. — Хватит разговоров, пора за дело браться.

Он пристально осмотрел результат перекраски флага и остался доволен результатом. Потом послал одного солдата в заднюю комнату за трупами, другого — за мегафоном, а Франку отправил найти Балтазара с заданием донести до всех необходимую информацию.

— Ну а теперь поговорим с вашим величеством… — подошел он ко мне.

— Пока с высочеством, — заявила Ольга. — Если уж заниматься идиотизмом, то по крайней мере с соблюдением традиций и законов. — Объявим его пока герцогом, а потом устроим коронацию.

— Кто может провести коронацию?

— Да хотя бы наш епископ, если его не убили ваши бандиты, — произнесла Ольга. — Здесь есть церковь, там вполне вменяемый настоятель, падре Родригу. Но вы ведь, наверное, не католик, Андрей?

— Нет.

— Неважно! — закричал Жоам. — Кого это сейчас интересует?! Так, Андрей, быстро повесь автомат на шею, вот так… Угонку держи как скипетр… Да откуда я знаю, в какой руке ее надо держать, черт возьми! Бери, в какую удобнее!.. Ну, давай в левую… Отлично! Да, ты бравый парень — тебя должны принять эти бараны…

Тем временем солдаты внесли в залу обоих убитых — Новински и Батишту.

— В центр кладите! — распорядился Жоам. — Руки не раскидывать! Когда вернусь, чтоб выглядели прилично! Все, идемте!

И мы двинулись. Впереди — Алварес, за ним — я. Рядом со мной, гордо держа голову, шла Ольга. Два солдата следовали позади. У меня на какой-то миг возникло ощущение, что сейчас состоится моя казнь.

— Не бойся, — вдруг сказала мне Ольга, пока мы спускались по лестнице на площадку между этажами. — Все будет хорошо.

Я тоже очень хотел так думать. Но сейчас обстановка была непредсказуемой, в любой момент события могли пойти в каком угодно направлении. Думаю, что мы все это понимали.

Жоам встал возле большого окна, в котором почти не осталось стекол. Подоконник располагался невысоко над полом — сантиметрах в тридцати. Окно это выходило как раз на разоренный двор. Сверху как-то очень странно смотрелся почти неповрежденный «Хаммер», зато вполне уместно выглядели сделавший свое дело бронетранспортер и зенитка с опущенным стволом.