Дмитрий Дорничев – Мигрирующая империя. Том 4 (страница 6)

— Да, капитан, и это была шутка, — раздался смешок.

— Корабль Петросянов! — возмутился я, вскоре на лифте поднялся на верхнюю палубу и добрался до мостика. А там тишина, и лишь Борода о чём-то говорит с Ган-Алой.

Первый был в форме, которую, судя по всему, восстановили или сшили новую. А вторая — в белом халате, своих высоких сапогах, что выше колена, и рукавицах, что почти до плеча.

— Капитан! — обрадовались они, и ящерка тут же оказалась передо мной да осмотрела со всех сторон и лизнула в шею.

— Полностью здоров! — заявила учёная и на всякий случай спряталась за Бородой. — Однако, судя по вкусу, у кого-то был активный секс!

— Так Юлия Петровна теперь в вашем гареме? Поздравляю. Очень «интересная» девушка, — заявил бородатый мужчина.

— Как бы я хотела её изучить… — Ала аж глаза прищурила и зашипела, вытянув длинный язык. Так она — ящерица или змеюга подколодная?.. А может, и то, и другое!

— Так, экипаж, смирно! — приказал я, и те встали плечом к плечу и выпрямились. — Отчёт по очереди. Первый, Рустам.

— Судя по наблюдениям за небом, противник отвёл флот. Также было зафиксировано несколько стычек на орбите! Жуки долго нас искали и даже здесь были, но не смогли обнаружить нас благодаря госпоже Лососёвой. Старпом создала идеальную маскировку для Акулы.

— Хм, Алиса, покажи, — попросил я, и на главном экране появился вид сбоку от Акулы. Но вместо корабля я увидел снежный холм. — У нас появились атмосферные дроны?

— Василиса сделала, — ответила ИИ.

— Понял, молодцы! Теперь, Ала.

— Экипаж в удовлетворительном состоянии, как и Акула. Помимо этого, мы провели несколько экспедиций, собрав сотни образцов снега, воды, минералов и морской флоры с фауной, — тут же ответила девушка.

— Есть что интересное? — поинтересовался я.

— Интересного много, а вот полезного нам, пока под сомнением.

— Понял, и если на этом всё, то продолжайте работу.

— Да, капитан, — отсалютовал Борода, а Ала прищурилась и завиляла длинным хвостом.

— Павел Сергеевич… — прошипела та с коварным выражением лица, но тут вошла Тори.

Фиолетовокожая тут же оказалась передо мной и обняла, обвив щупальцами. От неё потекли приятные сердцу пси-волны, а потом я почувствовал «угрозу»… Не здоровью, а скорее психическому! Но меня спасла Ала:

— Тори, думаю, капитану нужно отдохнуть, пошли искать Юлию Петровну. Она теперь твоя подруга по гарему, может, тебе удастся уговорить её поделиться биоматериалом для опы… кхм, исследований!

— Я рада, что с тобой всё хорошо, — сказала фиолетовая и поспешила с Алой. Остались мы с Бородой одни.

Но, нет, я почти сразу ушёл. Разве что попросил Бороду не распространяться насчёт Юли. И вскоре я стучался в дверь Василисы, которая далеко не сразу отворилась.

— О, проснулся, капитан. Отлично! — заявила полторашка и пропустила меня внутрь.

Разве что из одежды у лоли-Василисы была лишь какая-то тряпка, обвязанная вокруг талии.

— А ты чего голая?

— Где? Это? Ну так пусто, нет ничего, — заухмылялась та, жмакая свою небольшую грудь.

— Мужики заставили убрать, да? — понял я.

— Ага, лоликонщики поганые. Их видите ли сиськи возбуждают, — заухмылялась Вася.

— Жестокая ты женщина, Василиса Денисовна. Очень! И нужно было вообще убрать. Зачем тебе грудь в «инженерном теле»?

— Как зачем? Чтобы я себя женщиной ощущала, для чего же ещё? Глупые вопросы у вас, товарищ капитан, — хмыкнула она и пошла к кровати.

У Василисы каюта весьма просторная. И всё засрато… В правой части у неё кровать, шкафы, встроенные в стену, и кое-какая мебель. В левой части длинный рабочий стол с кучей полочек над ним, и всё завалено металлоломом. Ну и одежда повсюду валяется.

Ещё здесь было две двери. Одна, судя по следам воды, ведёт в ванную. А вторая, в помещение с «телами».

— Понятно. Провоцировать людей и наслаждаться их мучениями, — кивал я, а та щёлкнула пальцами и указала на меня ими словно пистолетом. — Как ремонт, когда сможем взлететь?

— Старпом не сказала? — удивилась лолька, а я покачал головой. — Утром можно лететь. Корабль пусть и не в идеальном состоянии, но возвращение в верфь не требуется. Мы сами всё починили и, благодаря мини-заводу, заменили часть деталей. А повреждения брони минимальны и не играют существенной роли.

— Понял, тогда утром взлетаем. А то что-то я волнуюсь за Миху и Жанну. Сколько я хоть дней провалялся?

— Кхм. Пусть вам ваши женщины расскажут. Не хочу принимать огонь на себя, — заявила та и, скинув полотенце, залетела на кровать и спряталась под одеялом. — Я в домике!

Ох уж эти престарелые женщины, которым детство в голову ударило… Но чувствую я, что провалялся непозволительно много…

Покинув Инженерный пост, направился к себе в каюту, а Алиса сообщила всему экипажу, что утром взлетаем. Я же лежал в кровати и с помощью очков-визора исследовал состояние корабля.

Алиса составила мне подробный отчёт. И мы истощили треть своих запасов материалов для ремонта. Думал, потратим больше, но личный завод и правда здорово экономит средства! Если что-то сломалось, мы можем сами всё сделать.

Из экипажа лишь трое всё ещё на больничном. Остальные уже могут служить.

Затем я посмотрел на камеры наружного наблюдения и подключился к дронам-разведчикам.

Их полностью собрала Вася с инженерами, и дроны даже в такой лютый минус могут летать. А там аж минус восемьдесят градусов по Цельсию!

А ещё снаружи много-много льда и снега. Я вижу острые ледяные глыбы, что выглядывают из снега, а также странные холмы из снега, словно под ними спрятались ещё Акулы…

Что-то мне хочется побыстрее отсюда улететь.

Работу я закончил лишь в четыре часа ночи. Все эти дни я только и делал, что спал. Вот сейчас и не хотелось спать, но я попытался заставить себя.

Плюс мне никто не мешал, позволяя отдохнуть и собраться с мыслями, за что всем спасибо.

Но… Только я начал засыпать, как ко мне в кровать залезла сперва одна, потом вторая и третья… Всех обнял и в тепле да комфорте уснул.

Ладно вру. Одна женщина была горячая, вторая холодная, а третья щупальце мне на лицо положила… Пришлось зафиксировать осьминожку, и… я уснул. Но Алиса, злодейка такая, разбудила нас рано утром! И ещё крайне мерзким способом!

— Белые розы, белые розы, беззащитны шипы! — включила она музыку.

Я поморщился, и Алиса сменила песню на другую. Там, где мало половин… Вот любит она старьё, которому уже третий век пошёл.

А добила она меня марсианским ансамблем Надежды Малышевой. Я невольно представил танец людей, переодетых в мошонку, танцующих да поющих. Этот ужас я видел в шесть лет, и оно оставило у меня психологическую травму…

Пришлось просыпаться. Правда, проснулся я один. Женщин уже не было… Приснилось, что ли? Возможно.

Вскоре я умылся, побрился и выглядел свежим и отдохнувшим. Можно горы сворачивать! Но сперва завтрак…

— Капитан! — радовались люди, которыми была забита столовая. Все были рады, что я выздоровел.

Но только я начал есть, как ко мне подсели женщины. Все три. Но есть мне они не мешали. Да и сами не особо болтали. Зато прожигали меня взглядами…

После еды мы собрались на мостике. Ну, кроме Тори, всё же лишних мест здесь нет. На экране я увидел нашу ледяную скорлупу, которая начала трескаться и осыпаться на кинетический барьер

Он аж засиял голубым, а лёд свалился слева и справа от корабля. Затем Акула слегка загудела, прогреваясь и готовясь к взлёту.

— Инженерная команда освободила шасси ото льда. Можно взлетать, — сказала Алиса.

— Отлично. Полминуты готовность. Передай всему экипажу. Будет трясти.

— Принято.

ИИ сообщит всем, чтобы люди не поранились при резком взлёте. Личные вещи также нужно было убрать или закрепить. Для этого есть липучки и магнитные держатели.

И вот отсчёт закончился, и Акула оторвалась ото льда. Я покосился на снежные холмы, и… дал газа. Мало ли!

Корабль рванул вперёд и начал набирать скорость, а также высоту. Нос Акулы постепенно задирался, а земля стремительно отдалялась.

— Терминатор, сообщение союзным силам. Мы взлетаем!

— Принято. Хм! Получен ответ от Камня-9, а также Сапфира. Девятнадцатая флотилия готова оказать поддержку.