Дмитрий Дорничев – Мигрирующая империя. Том 4 (страница 35)

Не став травмировать себе психику, поспешил в спальню, решив почитать о других флотилиях. Вот там-то меня и поймали! Не зря же Оксана «размораживалась». А после неё и Тори напала…

В итоге измученный я спал, обнимая двух красавиц, прижимающихся ко мне. Одна хотела тепла, вторая желала признания и социума. А я… Чего хочу я?.. Сложный вопрос, но, как закрою глаза, сразу вспоминается пылающая Земля.

В тот день её небо горело из-за бесчисленных десантных модулей ирис. Города разрушались, терраны умирали, а теперь они порабощены и умирают на рудниках таких планет, как Таль-12…

Мои размышления прервала Оксана. Она крепко обняла меня и начала гладить по голове… Пришлось спать. Мгновенно уснул! А потом утро, завтрак, и вот мы приехали в Лабораторию.

В просторном главном корпусе, в холле, поставили новую мебель из дерева, а также расставили горшки с необычными растениями. Даже знаю, откуда они…

— Привет! — Юля, ожидающая нас в холле, помахала рукой и одарила яркой улыбкой.

— Доброе утро, — сказала Тори, а за ней и мы поздоровались. А затем вышли из здания, направляясь в центральное здание лабораторного комплекса.

К нему вела дорожка, на конце которой стояло КПП, преодолев которое мы попали в центр по исследованию Геносов. Он же — Лаборатория.

— Я записалась к вашему врачу, — сказала Юля, когда мы уже шли по коридору с шестью дверьми. И наша дверь была третьей. Как вдруг из последней двери вышли четыре беловолосых парня.

Им лет по двадцать пять, может, старше. Впереди стоял самый крепкий, моего телосложения, но выше.

— И чего вы припёрлись? — вперёд вышла Юля и сделала руки в боки.

— Почему сразу припёрлись? Просто проходили обследование, — сказал парень позади всех. Он самый худой.

— Потому что вы, сволочи, уже проходили обследование. Неделю назад. Да, я проверяла! — Юля пристрелила всю четвёрку взглядом. Словно из дробовика пальнула…

— Ну, может, мы волнуемся за тебя, — сказал самый старший и крупный парень.

— Да-да, ты с нами вчера даже видеться отказалась! — добавил кто-то из-за его спины.

— Потому что вы — засранцы и снова будете смеяться надо мной. Да и дел было много. Отчёты! Я, в отличие от вас, много работаю!

— Зубами? — хохотнул кто-то.

— Я сейчас на тебе поработаю зубами. Голову откушу!

— Не повезёт твоему будущему мужу! — хохотнул тот.

— Твоему тоже!

Теперь остальные братья заржали над четвёртым.

— Прошу прощения, но мы уже опаздываем на приём, — вмешался я, и вся четвёрка тут же уставилась на меня.

— Вот ты какой, капитан Псих. О тебе много слухов ходит. Особенно о твоей любвеобильности и ксенофилии. Но вкус, да, хороший, — сказал крепкий парень и окинул Тори с Оксаной оценивающим взглядом.

— Слухи — это хорошо. Но я их создавал не для использования здесь, а там, в Содружестве. Ну а про любвеобильность… Это мои невесты, боевые товарищи и просто красавицы.

— Настоящие красавицы, а не фальшивые, — раздался голос из-за спины парня.

— Юля очень красива, разве нет? — удивился я. — И её красота настоящая. Именно так она и выглядит.

— Да! Я нашла причину почему превращалась в плоскую полторашку! Теперь вот, я такая, и это моя настоящая внешность. И СИСЬКИ НАСТОЯЩИЕ! — последнее она аж прокричала, парни же зависли и лишь рты пооткрывали. А пока они зависли, я затолкал девушек в кабинет.

Правда, мы едва не сбили с ног врача. Он как раз шёл разобраться, что это мы тут орём в коридоре. И напомню, здесь у левой стены стояли диван и три шкафчика, в которые мы сложили одежду.

У правой стены находились большой шкаф, кресло напротив дивана и слева от него небольшой стол с цветком в горшке. Здесь же была и дверь в туалет.

И вскоре мы вчетвером вошли в лабораторию. В её центре стояло большое металлическое устройство, в которое мы по очереди вошли. А затем вернулись в комнату ожидания и вновь оделись. Но…

— Диван уже опорочен, — заявила Оксана, садясь на него.

— А? — опешила Громова.

— У нас был очень страстный секс. Страх быть пойманным добавляет перчинки, — Тори сделала довольное лицо и тоже села на диван.

— Что, тоже хочешь? — поинтересовалась беловолосая.

— Н-нет, конечно! Я же не извращенка заниматься этим в таких местах! — засмущалась принцесса, но какая же порнуха творилась в её мыслях… Прям жёсткая такая! Пришлось мне концентрироваться на мыслях Оксаны. А там холод, спокойствие, и… отпустило. И опустилось…

И тут открылась дверь. К нам вошёл широкоплечий мужчина с горбатым носом, киберпротезом левой руки и искусственным левым глазом.

Он сел на кресло, что стояло напротив нас, и в руках держал планшет.

— Что ж… Во-первых, поздравляю вас с быстрым ростом силы. Кажется, новая методика работает, и пока ваша чувствительность к гиперпереходам не снизилась, продолжайте, — обратился он к нам, а затем перевёл взгляд на Тори. — Что же касается вас, Онми Ал-Тори. У вас тоже всё хорошо. Даже лучше, чем я предполагал. Чип помогает вашему организму принять Энергию. Но думаю, вы уже ощутили это.

— Да. Я полна сил, самочувствие улучшилось, и мои разряды стали сильнее.

Тори вытянула щупальце, и оно заискрилось.

— С прошлой проверки объём и качество вашей энергии выросли на семьдесят процентов. Это отличный результат. Практически рекордный, — удивлялся врач и вновь посмотрел на фиолетовокожую. — Продолжайте тренировки. Пока же у вас всё идёт хорошо.

— Благодарю вас, Гиорги Юрьевич.

— Теперь вы, Юлия Петровна. Фиксирую приличный рост плотности энергии, аж двадцать семь процентов. Это тоже удивляет, но случай не уникальный.

— Возможно, это из-за разнообразия пищи? Мой липидный резерв увеличился, — спросила девушка.

— Не уверен, но всё может быть, — кивнул тот и кинул на меня взгляд. — Павел Сергеевич, вернусь к вам. Как я понял, вы сильно перенапряглись и получили энергетическую травму.

— Да. Меня больше недели выхаживали вашими лекарствами.

— Что ж… Не знаю, хорошо это или плохо, пока сложно сказать, но вы получили мутацию, — ошарашил он всех.

— Насколько плохую?..

— Это ещё предстоит выяснить.

— У меня что-то «дополнительное» выросло? Как выглядит мутация?.. — спросил я, а ладони уже стали мокрые.

И всему виной громкие мысли трёх женщин! Каждая представляет себе какой-то ужасный кошмар… И ладно Юля, она — извращенка. Но вот Тори… Она как врач и ксенобиолог может придумать кучу невероятно жутких штук…

— Что вы, ничего такого. У вас всего-навсего изменилась структура нейронных связей левого полушария мозга, — с улыбкой ответил мужчина.

— Всего-навсего? А если он станет дурачком? — спросила Тори. — Это ведь очень серьёзные изменения…

— Да и они уже произошли. И раз Павел Сергеевич ещё не стал дурачком, то уже им не станет. Если, конечно, не получит ещё одну мутацию.

— Не хочется… — добавил я, а на меня строго посмотрели женщины.

— Поэтому впредь будьте осторожнее. Столь сильная перегрузка и убить может.

— Да, Гиорги Юрьевич… буду осторожнее.

Врач ещё много чего говорил, но это уже неважно. Точнее, там ничего важного. Все мы получили рекомендации и небольшой запас лекарств на всякий случай.

— Госпожа Онми Ал-Тори, — заговорил врач, когда мы уже собрались уходить. — Я изучил ваше исследование и хочу сказать, что оно гениальное. Мы с коллегами уже кое-что почерпнули из него, улучшив некоторые методы диагностики.

— Вот как? Благодарю, — приятно удивилась осьминожка.

— Если вы не против, как будет время, зайдите к нам. Очень хочется показать вам нашу исследовательскую лабораторию и исследования. Не отказались бы от вашего мнения и свежего взгляда.

— С удовольствием!

Тори аж загорелась. И они ещё немного поговорили, после чего мы вышли, но в коридоре нас поджидали.

— Что вам? — фыркнула Юля на своих братьев.

— А вы чего все вместе пошли на обследование? — спросил её один из четвёрки, а девушка едва не ойкнула. Но успела взять себя в руки.