Дмитрий Донской – Кривыми тропами Друмира (страница 7)
— Я привёл очень грубую модель. На самом деле внутренняя организация обработки объектов гораздо сложнее, и каждую долю секунды обрабатывать каждую пылинку в мире нет необходимости. Хотя безусловно, количество объектов, изменивших свои параметры в один тик, невероятно велико. А Система на более понятном нам уровне, это огромное количество очень мощных компьютеров, каждый из которых обрабатывает свой кусочек мира. Так что никакого суперкомпьютера для этого ненужно.
— То есть если какой-то компьютер сломается, то какая-то часть мира остановится?
Собеседник лучезарно улыбнулся.
— Если какой-то компьютер сломается, то его заменит другой. Об этом нашим пользователям можно не переживать. Но да, если снять вычислительные мощности с какой-то части мира, то эта часть как бы замёрзнет. Если хотите, там остановится время, тогда как в других частях время продолжит свой ход.
— А что же тогда делают ваши так разрекламированные ИскИны?
— А ИскИн, упрощённо - отдельный компьютер с собственным интеллектом. Одни находятся вне Системы, но могут следить за миром снаружи, как люди. И при необходимости вносить изменения в игровые объекты и алгоритмы Системы. Есть те, которые управляют персонажами в игре. С ними вы уже можете пообщаться и сами, если присоединитесь к сообществу наших игроков.
— То есть если какой-нибудь ИскИн решит, что камень легче воды и внесёт соответствующие изменения, то все камни во всех водоёмах всплывут?
— Теоретически да, но в реальности такого рода изменения не могут быть применены без проверки и подтверждения человека. Так что не переживайте – со дна никакие камни не всплывут. А вот если какой-нибудь ИскИн в подконтрольном ему пространстве решит, что деревья вокруг реки слишком твёрдые, и бобры, которые строят из них заводи, тратят слишком много времени на их валку, и потому их популяция планомерно сокращается, грозя полным исчезновением – то в этом месте деревья действительно могут незначительно измениться, превратившись в близкий к оригиналу подвид, но с более мягкой древесиной. Либо наоборот – в этой местности бобры начнут возрождаться с более крепкими зубами и более сильными челюстями. А возможно, будут постепенно вноситься и первые, и вторые изменения, приводя область к задуманному равновесному состоянию: без внешнего вмешательства в этом месте устойчиво существует популяция бобров.
И такие минимальные изменения уже могут происходить без вмешательства человека. Друмир огромен и содержит в себе великое разнообразие материалов, растений и созданий. Для ручного анализа и подстройки всего происходящего потребовалось бы такое же огромное количество администраторов, поэтому минорные системные изменения, которые не могут в короткое время заметно повлиять на игровой процесс, оставлены на усмотрение искусственного разума. И этот же принцип даёт нам ещё одно неоспоримое преимущество перед конкурентами: Друмир постоянно немного изменяется, и в нём регулярно появляются подвиды всего условно живого, подстраиваясь под свои локальные условия существования. Именно поэтому в одной локации вы можете сорвать Ромашку Обыкновенную, из которой можно приготовить бодрящий отвар; а в другой локации, в которой когда-то росли такие же ромашки, вы легко можете наткнуться на Ромашку Ядовитую, которая не будет годиться для отвара, но из которой можно получить смертельный яд. А если какая-то популяция не успевает приспособиться, и ИскИн не может её спасти маленькими поэтапными изменениями, то увы, популяция вымирает. А её место занимает что-то другое, что ИскИн сочтёт более уместным и жизнеспособным в данном месте.
— Получается, что Друмир эволюционирует? Это же невероятно!
— Вы ошибаетесь. Это не просто вероятно, это уже реальность.
— Хорошо, теперь нам понятно, что Система управляет всеми объектами в Друмире, ИскИны следят за работой Системы и вносят в неё и в мир изменения. А чем же тогда занимаетесь вы – сотрудники корпорации «Друмир»?
— Отвечу по порядку. ИскИны не только следят за Системой и за миром, но ещё и исполняют роли неигровых персонажей и даже наиболее важных монстров, если проще – думают за них. А мы, сотрудники корпорации, занимаемся совершенно разными делами: обслуживаем аппаратное обеспечение, делаем рекламу и регистрацию, водим служебные автомобили и считаем бухгалтерию, разбираем миллионы жалоб и пожеланий пользователей, постоянно дорабатываем и улучшаем Систему, растим ИскИны и даём интервью.
С этими словами Боб Бертер подмигнул журналистке.
— Но, я вижу, вы не это хотели услышать. Непосредственно в Друмире мы тоже выполняем огромный объём работ – должен же кто-то прорабатывать новый дизайн, новые модели, новые события и новые задания, вводить новых персонажей, контролировать ввод и вывод игровой валюты, и многое другое.
— Да, без дела вы, похоже, не сидите. Но мне уже подсказывают, что наше время истекло. Огромное вам спасибо за интервью! Обязательно посмотрите запись на нашем канале. До свидания!
— До свидания.
Оператор выключил и отвернул камеру, журналистка широко улыбнулась и пожала Бобу руку.
Семён поднял взгляд в потолок. «Э-э-х-х… Бобры у них… Деревья у них… ИскИны они выращивают. Да такими темпами они ещё их двести лет выращивать будут с теми же результатами. И зачем я тогда согласился на их условия? Да сейчас бы их Друмир был настолько далёк от конкурентов, как человек от обезьяны. Наберут баранов по блату, а потом они проталкивают свои интимные фантазии на место разработок, которыми заниматься не стыдно!» — Семён с досадой стукнул сухоньким кулаком по подлокотнику.
Свои знали Семёна Владимировича как просто Сеню; коллеги, с которыми когда-то всё поднимали с пустого места – как Время-Не-Ждёт, по аналогии с героем рассказа Джека Лондона. Нет, в отличие от книжного героя, он не любил повторять эту фразу. Просто был схож по натуре, улыбке и энергичности.
Сегодняшние его подчинённые за глаза звали его Архитектор. То ли за такой же ник в игре, то ли за то, что был не только руководителем, но и главным проектировщиком многих алгоритмов и концепций, связанных с развитием ИИ, построением игровой механики и искусственного общества НПС. Он и сам уже не помнил, что появилось раньше – прозвище или ник. Уже скоро семьдесят, всего уже и не упомнишь.
Да, немолод, но энергии и трезвости ума всё ещё хоть отбавляй. Не один руководитель за последний десяток лет поглядывал на его место, примеряя туда своего более молодого претендента. Но сложность и объём решаемых задач были таковы, что высокое руководство так и не решилось на такие кадровые перестановки. А сам он на пенсию уходить всё никак не хотел: дети уже выросли и давно разъехались по заграницам, а что у него ещё осталось кроме работы? Кроме бесконечных проектов, которые как ни завершай, а всё можно улучшить, доработать и адаптировать.
Тяжело вздохнув, Семён Владимирович принялся за работу. Сначала разобрал утренние письма, потом опять письма, но уже через клиента для принятия игровой корреспонденции.
— А, вчерашнее письмо. Что там за важные новости такие, если сработала моя сигналка, поставленная лет пять назад, ещё до запуска альфы?
Отправитель: Объект 7867hG78nbU229
Локация: Архив 43Gh5
Тема: Отчёт состояния
Содержание:
Плановая проверка целостности системы – Ок
Плановая проверка целостности данных – Ок
Плановая проверка целостности метаданных – Ок
Место под названием «Архив 43Gh5» Семёну было хорошо знакомо, и он всеми силами старался о нём забыть. Обычно получалось, но редкие случаи, вроде сегодняшнего, заставляли вспомнить. Нагоняли тоску, обиду и желание поскорее выкинуть это из головы.
— Как же давно это было… Я уже и не помню, чтобы писал для этого архива систему тестирования. А может, просто уже забыл? Или кто-то из молодых позже планово на все архивы распространил? Но почему тогда настроено на моего перса? И что это у нас за объект?
Распахнулась форма поиска по служебной базе знаний. База знала всё, даже то, что сам Семён давно забыл. «Система мониторинга и контроля состояния объектов. Глобальный идентификатор экземпляра объекта 7867hG78nbU229». Да, так и есть. Это система контроля.
— Всегда думал, что этот архив полностью отключен, а оказывается, там оставлен аварийный канал для системы мониторинга. Надо пометить себе, сделать запрос на полную остановку.
Мысль ещё не успела материализоваться и обратиться в действие, как дверь распахнулась, и в кабинет влетел взмыленный заместитель.
— Семён Владимирович! Нашли! Пойдёмте скорее. Вы должны это увидеть сами! Иначе никогда мне не поверите!
— Что нашли?
— Последнее место хранения объекта в реальной памяти.
Семён Владимирович удивлённо вздёрнул брови.
— Ну раз такое дело, конечно, пойдёмте.
Всю дорогу до неблизкого седьмого этажа, где располагался отдел анализа и отладки, Сергей Николаевич не был похож сам на себя. Возбуждённо крутился вокруг шефа, размахивал руками и выкатывал глаза. Сейчас его лицо утратило обычную незаметность, голос стал звонким, и даже его невзрачный серый костюм будто налился краской и приобрёл необычную насыщенность цвета.
— Вот! — зам ткнул пальцем в экран. — Вот этот объект был записан вот по этому адресу около пяти часов назад. Дальше его местоположение не менялось.