Дмитрий Донской – Кривыми тропами Друмира (страница 4)

Я молча слушал восторженное изложение гениального бизнес-плана подвыпившего и воодушевлённого студента. Вставлять свои замечания и предположения о том, что слишком много моментов в его плане имеют вероятность, далёкую от ста процентов, и то, что там есть целые нерассмотренные пласты проблем, счёл бесполезным, да и неуместным. Если человек верит, пусть пробует. Может, ему повезёт, и всё получится, как задумал.

Собеседник внезапно засуетился.

— Папа Карло, ты извини. Мне уходить надо. У меня тут камера запикала, что превышен рекомендуемый лимит вирта.

Не сразу сообразил, с какого это я ему папа.

— Стрельник, не называй меня папой, как-то смешно звучит. Давай договоримся, я тебя называю просто Стрельник, а ты меня просто Карло. Пойдёт?

— Хорошо. — кивнул Стрельник.

— А чего ты так засуетился? Ну, запикала и запикала. На сигаретах тоже пишут, что курение вредит здоровью. Так что ж теперь, если дымом потянуло, противогаз надевать?

— Ты что, ты что! — парень испугано замахал руками, как праведный прихожанин, услышавший богохульство и ересь за углом храма. — Это же не просто так пикает! Там учёные всё рассчитали! Если больше восьми часов в вирте в сутки, то это опасно. Серьёзные последствия могут быть! Я и так уже рискую!

Ну точно ботаник. Нельзя нарушать режим питания, шататься по ночам, ходить без шапки, плохие слова говорить… да блин, вообще ничего нельзя! И как это только такой хороший мальчик пиво пить не стесняется? Хотя да, он же в игре, здесь пиво пить можно. А налить ещё пару кружек, так ещё и «писька» скажет. Как он вообще в реальном мире выживает? Что-то мне подсказывает, что не суждено ему доучиться. Как бы он себя в вирте не ограничивал, а реальность у него должна быть до того пресной, что устоять перед игроманией и не переселиться в игру, наполненную красками, вкусами и эмоциями, для него будет настоящим подвигом.

— Ладно, давай зафрендимся, а при случае ещё поболтаем. Думаю, я в этом городе на какое-то время задержусь.

На том и попрощались.

Глава 2

За окном уже смеркалось, денег осталось ровно восемьдесят восемь медяков, которых уже не хватало на самый дешёвый номер в местной гостинице. Пробежался по городу: лавки закрывались, НПС спешили по домам, немногочисленные низкоуровневые игроки тоже постепенно исчезали. Сам Старый Город оказался довольно небольшим поселением с тремя трактирами, парой гостиниц, небольшим набором лавок и магазинчиков и, конечно, отделением банка.

«Друмирбанк» – красовалась вывеска над небольшим домиком. Банк работал круглосуточно, и я решил заглянуть. Для открытия счёта достаточно было подписать соглашение и внести любую сумму на счёт, что я и сделал, не мелочась. Скинул туда всю медь, кроме одной монетки на рассаду. И тут же выставил на аукцион Корень Мандрагоры за три золотых. Спешить мне никуда не надо, а спать на земле и питаться водой привык уже давно.

На окраине наткнулся на НПС-деда, бездумно сидевшего на завалинке, и расспросил про Ночную Степь. Дед оказался словоохотливым и соскучившимся по вниманию, и он с радостью поведал мне городскую легенду про незапамятные времена, когда Старый Город был ещё совсем молодым, а правил в нём не королевский наместник, а молодой князь; и не степь там была, а болота и редколесье.

«В те дни, о которых ещё моему деду дед рассказывал, бегала туда ребятня жаб бить, да ягоду собирать. И никто точно и не упомнит, когда в тех болотах в первый раз увидели тёмного.

Он никого не трогал. Жил в леске, а в город за покупками приходил, да траву болотную на продажу приносил. Но шло время, и стали слухи ходить, что вроде по ночам-то выл кто-то на болотах, то мертвеца кто видел, то утопленника. Мужики-то отмахивались, малышня пугала дружка дружку рассказами на ночь глядя, бабы, бывало, шушукались промеж собой, что де накличет на город некромант беду. Даже князь раз дружину послал те места проверить. Три дня и три ночи дружина по болотам, по рощам да по пролескам ходила, да так ничего и не сыскали, окромя самого тёмного да его хижины в леске у болота.

Но начали роптать люди и уговорили князя прогнать тёмного с их земли. Отправил князь двух дружинников в болота, так и не вернулись они. Отправил на следующий день пятерых, и те сгинули. На третий день сам пошёл со дружиною, но нашёл только воинов своих, спящих на опушке, а некроманта и след простыл. Так ни с чем и вернулись.

Да вот только с того всё и началось. Наслал тёмный проклятие на город и на болота. Начали люди по ночам пропадать. Видели их то в городе, то за стенами. А с утра как ни в чём не бывало, проснутся дома и говорят, что спали, и знать ничего не знают. Потом таких много стало. Пошли тайком ночами на те болота ходить, где некромант жил, и тёмные ритуалы устраивать, нечисть призывать да кровь пить. А когда прознали люди, что и самого князя на болотах ночью видели – испугались и воззвали к Светлоликому.

Откликнулся Милостивый на мольбу людскую и направил своих жрецов и паладинов с войском светлым. А князь, что Тьме продался, возненавидел род людской, поднялся со своею дружиной и пошёл на болота встретить рать светлую. Но за те годы, что точила Тьма сердца людей и пропитывала их злобой могильной, и многие другие мужи храбрые, что в городе жили, обезумели. И пошли вслед за князем.

День билось войско Света с исчадиями Тьмы. Горел лес, иссыхали болота, но всё не могли превозмочь проклятых. Уж ночь спустилась, а бой всё не утихал. Понял проклятый князь, что не выстоять ему долго против надежды людской – войска светлого, и призвал из Бездны адских тварей. Взмолились тогда жрецы Светлоликому, и вновь откликнулся Он на мольбу людскую. Явился на поле брани, и под светом его проклятый князь со своими приспешниками, тварями тёмными и душами заблудшими обратились в пепел. Утром пришли люди на те болота, да только не было уже там ни леса, ни топи – одна только чёрная степь.

Долго горожане праздновали и ликовали. На место князя, Тьме душу продавшего, приехал из столицы наместник королевский. Светлоликому во славу победы надо Тьмой храм воздвигли. А в степи смыли дожди пепел, да затянуло луга молодой травой. Только через время там опять Тьма проснулась. Жрец наш храмовый говорит, что это души проклятых покой найти не могут, и когда уходит Свет Светлоликого, восстают они из Бездны, ведомые тёмными мыслями и жаждой крови живой. И убивают всех живых, что в степи оказались. А когда встаёт солнце, и обращает на нашу землю Светлоликий очи свои, истаивают под Его взором тени прошлого. Вот и ходим в храм, молим заступника нашего, чтобы не забыл нас, и не дал Тьме снова прийти на земли наши».

Сюжет не был оригинальным, однако крепко попахивал квестом. НПС мне ничего не предложил, но стоило попытаться проявить инициативу.

— Отец, так времени сколько прошло, что ж вы всё терпите такое безобразие прям на дороге? Неужели нет способа, как души эти упокоить да вернуть степь людям?

Дед пристально на меня посмотрел, щурясь подслеповатыми глазами.

— А тебе какое дело? Ты сам порча, Тьму в сердце носишь. Гнать тебя в шею надо, пока не пошёл тварей адовых на наши земли кликать. Одно счастье, Светлоликий с нами, да наместник настороже.

С этими словами дед, не прощаясь, поднялся и пошёл к себе в дом.

Вот и поговорили. Да, тёмному в светлых землях будет непросто. Хорошо ещё просто с заданием обломали, а не дрекольем встретили, хотя в описании класса «чернокнижник» о чём-то таком упоминалось. Пока слушал деда, на город опустилась ночь, а в безоблачном небе засияла луна. Мысль сбегать и посмотреть на местную легенду вживую напрашивалась сама собой. Жаль, не догадался спросить у Стрельника, как здесь устанавливать точку привязки. Самостоятельно найти эту функцию не удалось.

***

Степь встретила неожиданным пейзажем. В разлитом лунном свете матово чёрными силуэтами стояли остовы обгоревших деревьев, местами бликовала вода в болотных заводях, вокруг которых призрачно мерцал камыш. Издалека доносился то протяжный вой, то жалобный скулёж, то угрожающий рык. Где-то бряцало что-то металлическое. Между деревьями тоже что-то мерцало. Думаю, грибы, или какая-то другая призрачная растительность. Иногда мелькали тёмные силуэты с парами красных и жёлтых глаз. Отрисовано было хорошо и выглядело вполне зловеще.

Посмотрел сложность локации: «Ночной Кошмар». Ну, это ещё ни о чём не говорит. Для персонажа с гордой единичкой в уровне всё, что сильнее зайцев, уже кошмар. А по рассказам того же Стрельника ночью локация становится действительно очень даже хайлевел.

Буквально в двадцати шагах блестел лунным светом небольшой бочажок, у которого теснилось десятка полтора призрачных камышовых стеблей. Воровато огляделся – вроде рядом никого нет. Тихонько подполз к манящему своим призрачным светом Полуночному Камышу, протянул руку и потянул стебель на себя. Он легко выскочил, будто был просто воткнут в землю. Оказавшись в моей руке, стебель перестал мерцать своим зловеще-мертвецким сиянием, ровно отражая лунный свет от блестящей чёрной поверхности. Закинул в инвентарь и потянул следующий. Собрал почти всю колонию, росшую рядом с бочажком, когда из-за ближайшей кочки на меня с рёвом бросилось что-то похожее на волка.