Дмитрий Дмитриев – Под "крылом" Феникса (страница 35)

Едва он окончил, как в полумраке зала ярко вспыхнуло изображение Феникса. Резкий переход от полумрака подземелья к яркому свету был столь велик, что присутствующие поневоле закрыли глаза.

– Да будешь, ты благословенна во веки веков,– провозгласил жрец. Все присутствующие повторили его слова.

После этого сияние, исходящее от изображения Феникса, стало быстро тускнеть, пока не замерцало слабым, неярким светом. Лишь теперь собравшиеся здесь смогли, как следует оглядеться. Кроме восьми жрецов Братства в святилище присутствовали две Посвящённые Феникса и Чже Шен. Всего их было одиннадцать человек, сидящих по кругу на каменных сиденьях, высеченных из цельных кусков чёрного мрамора.

От имени Братства Богини жрецы поочерёдно приветствовали обеих жриц-Посвящённых Феникса. Ну, а Чже Шен не удостоился даже кивка, но князь сумел сдержать себя от появления мстительных мыслей. Иначе, они тут же бы стали известны присутствующим и тогда неизвестно, чем могут закончиться переговоры. Затем один жрецов Братства попросил поведать, с какими известиями «гости» пришли к ним.

– Высший совет жриц-Посвящённых Феникса повелел нам, чтобы мы выступили посредниками между вами и земной властью,– начала первая Посвящённая по имени Батокрис. Она говорила, как бы не видя, никого из присутствующих, глядя в пространство прямо перед собой.– Сейчас, когда ваше Братство повержено, а на трон взошёл новый богоравный государь Ченжера, настало время подумать о будущем. Раздоры вредят союзу трона и алтаря. Пришедший сюда вместе с нами сиятельнейший и благородный князь Чже Шен уполномочен донести до вас слова примирения.

Жрецы, с трудом сдерживали раздражение перед этой, как им казалось, дерзкой речью Посвящённой. Однако внешне они старались ничем не выдать себя, но всё же многие из них невольно вздрогнули, когда следом за Батокрис слово взял Чже Шен.

– Послушайте, что я вам скажу, преподобные братья. Ваше положение в последнее время сильно изменилось. Если раньше вы считались одной из главных опор трона, то теперь, благодаря затеянной междоусобице, те, на ком должна почивать благодать богов, отодвинуты от нефритового престола.

Кое-кто из жрецов нахмурился, так как это могло быть намёком на то, что именно Братство Богини виновно в создавшемся положении. Чже Шен, обратив на это внимание, спокойно пояснил:

– Я не случайно говорю, что теперь, у трона только одна опора – войско. Но, ответьте мне, далеко ли может уйти человек на одной ноге? Потому-то, хочу вам напомнить, что вы были, есть и должны остаться одним из столпов, поддерживающих государство.

– Однако, сиятельный князь,– перебил его жрец по имени Шавкар,– твои воины веруют во всемогущую Уранами, а ты призываешь их помериться силой с Братством Богини? Это всё равно, что пытаться пожрать самоё себя. Да и к нам ты пришёл, потому что только наше Братство сможет помочь тебе навести порядок в Ченжере и усмирить всех крамольников и неверных.

– И всё-таки,– вмешалась в разговор жрица-Посвящённая Ирисэр, которая до этого сидела молча,– и всё-таки вы потерпели поражение. Воины И-Лунга, а не Братство Богини, наводят сейчас порядки в Империи Феникса.

После этого замечания некоторые из жрецов уже были не в силах скрывать своего раздражения.

– Ты хочешь сказать, Посвящённая,– ядовито отозвался один из них,– что если бы основной опорой трона стало наше Братство богини Уранами, то в государстве сейчас бы царил беспорядок?!

Жрица-Посвящённая не ответила. Она лишь многозначительно усмехнулась и неопределённо покачала своей выбритой головой.

– Брат Мозерс,– одёрнул говорившего жрец со шрамом по имени Лушань, и который сидел слева от него.– Не годиться упрекать служительниц Феникса-Мироздателя, за незнание того, что ведомо лишь Вечной Птице и самой Уранами.

Шрамолицый жрец улыбнулся обеим Посвящённым, стараясь сгладить впечатление от этой вспышки собрата, которую про себя он считал оправданной.

– Я смотрю на это с другой стороны и полагаю, что в этом вопросе проявилась мудрость богов. Жриц-Посвящённых Феникса, мы считаем не только как своих наставниц, но и как добрых помощниц и друзей в нашем общем нелёгком деле укрепления и распространения веры в истинных богов.

Обе жрицы-Посвящённые молчали, зато представители Братства с удовольствием внимали тонкому рассуждению Лушаня. Взять на себя смелость, открыто противопоставить ослабевшее, оставшееся без реальной силы Братство богини Уранами жрицам Посвящённым Феникса никто из них не хотел. А слова Лушаня дали им возможность отступить и при этом сохранить достоинство.

Лицо князя Чже Шена, слушавшего весь этот разговор, осветилось лёгкой понимающей улыбкой. Он молчаливо смотрел на мерцающее изображение Феникса, а его пальцы выбивали дробь по каменному подлокотнику кресла. Сначала этим князь довел нетерпение присутствующих до предела, а только затем приступил к разговору.

– Я и мои сторонники не ищем выгоды для себя. Поэтому мы готовы поделиться толикой власти и вернуть земли и угодья тем, кто окажет нам наиболее ценные услуги в деле укрепления государства и распространения веры, а также достигнет примирения с новым богоравным повелителем Ченжера, являющимся наместником божественного Феникса на земле.

Чже Шен на мгновение умолк, чтобы перевести дух. Он видел, что его слушают с неослабным вниманием.

– Для этого требуется,– продолжил Чже,– чтобы Братство перестало сопротивляться богоизбранной власти. Если вы захотите, то можете отдаться под покровительство Посвящённых Феникса. Тогда-то вас точно никто не тронет. Ну, а от себя и от имени богоравного И-Лунга обещаю вам, что Братству Богини будут возвращены все принадлежащие ему земли и вся собственность. Вы получите назад своих храмовых рабов, дабы освободить от работы руки истинно верующих, чтобы они могли держать в руках посох проповедника или меч бойца за веру. Воины-послушники Братства богини Уранами войдут в состав армии в качестве отдельных отрядов, но они будут подчиняться имперским военачальникам. Всё.

Из речи князя, жрецам Братства прочнее всего запомнились слова о возможности сохранить свои земли и своих рабов. Для большинства из них это было самым главным. Жрец по имени Ноланг внимательно взвешивал каждое слово произнесённое Чже Шеном. Отдавая должное мудрости князя как государственного мужа, он не мог уяснить одного.

– В таком случае, какие же цели ты преследуешь, стремясь вернуть добро Братства его прежним хозяевам, если не ищешь выгоды для себя? – спросил Ноланг.

– Мы преследуем единственную цель – объединить все известные народы в одну державу под рукою И-Лунга, которая простиралась бы от вечерних стран на Закате до вод Великого океана на Восходе, и от полуночи до крайних пределов Йоностана. Для этого нам нужны не только огонь и меч. Нужно, чтобы все племена и народы осияла истинная вера. А это цель достойная вашего Братства. Разве, не завещала вам Уранами, что тот, кто неискренен в вере и упорен в заблуждении, должен быть превращён в прах под ногами её последователей?

С этими словами Ноланг и другие не то, чтобы согласились, но сочли их достойными внимания.

– Сиятельный князь Чже Шен,– проговорил Лушань,– сказал нам, что он и жрицы-Посвящённые Феникса возьмут под своё покровительство только тех, кто примирится с властью. Насколько я понял, все другие не получат поддержки?

Чже Шен согласно наклонил голову.

– Следовательно, теперь задача каждого из нас обдумать это предложение. Хотя лично я за то, чтобы принять его.

– А как же наше Братство, достопочтенный Лушань? – сквозь зубы процедил Мозерс. Жрец буквально задыхался от мысли о том, что ему придётся кому-то подчиняться кроме избранного Верховного жреца.

– Разве ты не слышал, преподобный брат Мозерс,– невозмутимо ответил тот,– что могущественный круг жриц-Посвящённых Феникса и князь Чже Шен, обещают всем братьям своё высокое покровительство и заступничество перед лицом государя.

– Это значит, что Братству снова будет открыта дорога наверх,– вступил в разговор Ноланг,– и нашему делу ничто не угрожает. К тому же,– тут в его голосе зазвучали металлические нотки,– нам надлежит, прежде всего, позаботиться о сохранении достойного положения жрецов Братства богини Уранами в управлении государством.

– Совершенно справедливо,– поспешил поддержать Ноланга, Шавкар. Лушань, почувствовав поддержку остальных, обернулся к Мозерсу и, одними уголками губ, выдавил из себя слабую улыбку.

– Я считаю, что наш сегодняшний совет, надо закончить следующим уговором,– продолжил разговор Лушань.– Перед ликом великой богини Уранами наше Братство клянётся примириться с новым государем и помогать всем его начинаниям в утверждении истинной веры. Ты же князь, и вы, божественные Посвящённые, должны обещать нам перед ликом Феникса-Мироздателя, заступничество и покровительство, и оградить наше Братство от различной несправедливости!

Чже Шен посмотрел на жриц-Посвящённых, и те, кивнули головой в знак согласия с решением глав Братства Богини. Тогда Лушань встал и поднял руки, чтобы благословить собрание.

– Братья мои, вы божественные Посвященные Феникса, и ты князь, я полагаю, что наше соглашение,– тут он едва поперхнулся,– освящённое мудростью самой богини Уранами дочери Феникса-Мироздателя, состоялось. Полагаю, что теперь нам необходимо немного подкрепиться.