Дмитрий Дмитриев – Добрый 2 (страница 2)

– До тебя как-то не путались. Но твоя мысль мне нравится. Пусть я буду Болотная первая, а внучка – Болотная вторая…

– А дочка? – снова влез я со своим любопытством.

– А дочка не ведьма, – укоротила меня жаба. – Или совсем мозг пропил?

– Помню, – примирительно замахал я руками. – Одного не пойму. Меня вроде персоной нон-грата назначили и под зад коленкой спровадили. Между прочим, не дав ни секунды на сбор. А теперь что, соскучились?

– Ит, – проигнорировала мой вопрос Болотная первая, – ты по-прежнему здесь по собственной воли?

– Да, – коротко отозвался Ит.

– И в нём по-прежнему ни капли магии?

– Нет.

– Тогда я ничего не понимаю.

– А ещё это сварливый суррогат моей жены всё время твёрдо утверждал, что магии у меня никогда и не было. И откуда ваши внучки-дочки её себе начерпали, неизвестно.

– Ит, давай мы тебя себе заберём, – предложила лесному духу Зара. – Лучше уж в нашем рабстве, чем рядом с ним по доброй воле.

– Да, Ит, как ты с ума не сошёл за это время? – влезла Лоя. – Он же бухает с утра до вечера.

– А иногда и ночью, – тяжело вздохнул Ит.

– Вот! – поставила заклеймительную точку Болотная жаба. – Выбирай, к кому из нас троих пойдёшь?

– Может, не будете его убивать? – смущённо спросит Ит.

– Что? – не понял я. – Убивать? Кто-то кричал, что лесные духи живут столько же, сколько и те, к кому они прибились. Суициднуться решил за мой счёт?!

– Опять мальчонку тиранишь, – влезла Болотная. – Вот почему от тебя везде одни проблемы?

– Так, стоп. Вот без вас и вашего мира у меня в жизни проблем было ноль целых хрен десятых. Не считая похмелья, конечно, – честно сказал я. – А вот если у вас от меня глобальные проблемы, то какого вы сюда припёрлись? Мною уже ваши отпрыски попользовались. Всё, что нужно, забрали. Хотя этот предатель Ит утверждает, что у меня ни хрена и не было. Вам чего надо? Бочонок от Великого передали. Спасибо. Ему – огромное спасибо. Если заскочите на недельке, то передам вождю ответочку. Сейчас нет, на мели. Это он там вождь, а мне здесь ещё достать нужно. Всё, рад был повидаться. Провожать не буду, поскольку дороги не знаю.

– Лоя, а чего мы с ним разговариваем? – перебила мою пламенную речь Зара. – Давай просто глазки завяжем – и с собой? Или по голове дадим?

– Ты себя со стороны видела? – усмехнулась Лоя. – По голове… если только лапкой погладить.

– А размер не имеет значения. Я в нашем мире тоже не шибко большая.

– Да, но в этом мире ты шибко маленькая.

– Ты это к чему сейчас? – начала заводиться Зара, напомнив мне по темпераменту свою дочь.

– Остынь, – примирительно сказала Лоя. – Перейти можно только добровольно.

– А твоя дочура его добровольно перетаскивала? – не пожелала остывать Зара.

– Поначалу нет. И что было, когда он очнулся? Хочешь выпасть неизвестно где. Гарантии есть, что после этого домой вернёшься?

Я тут же вспомнил своё первое перемещение в этот мир. Так вот для чего мне Хлоя рассказывала. Им нужно было моё добровольное согласие. Пусть даже и не озвученное вслух. И вот для чего мне нужно было закрыть глаза и не подглядывать. А если бы подглядел?

– Никакого согласия я не дам, – отрезал я со всей категоричностью. – У меня тоже самолюбие есть.

– Было бы самолюбие, не пил бы не переставая.

– А вот это не ваше дело. Как хочу, так самого себя и люблю. Свободный человек в свободной стране. Не то что у некоторых.

– Я так понимаю, уговоры не подействуют? – елейно осведомилась Лоя.

– Так же как шантаж, подкуп и угрозы, – расширил я список.

– Знаешь, Зара, а может, ты и права, – медленно произнесла Лоя и многозначительно подмигнула.

– Да хоть обобмигивайтесь, – усмехнулся я и потянулся за бочонком, чтобы налить очередную.

Не получилось.

Неожиданно меня за палец укусила белка, и одновременно с ней в лицо прыгнула жаба. Я, естественно, отшатнулся и споткнулся о писца. Белка, прыгнув мне на грудь, ускорила моё падение. И в финале мой затылок повстречался с подлокотником дивана. Подлокотник был далеко не мягкий. Мой затылок совсем не бронированный. Я даже, кажется, успел сказать слово на букву «б». Или не успел. Или просто сразу вырубился. Не помню. Хоть убейте. Хотя нет, второго раза не нужно.

***

– Ты смотри, получилось!

Радостный вопль вернул меня в сознание.

– А я и не сомневалась!

Второй радостный вопль добавил к сознанию головную боль.

– Блин, рисковые мы всё-таки девки!

Третий радостный вопль сделал эту боль невыносимой.

– А помнишь, как она прыг…

– Да заткнитесь вы, – перебил я радостные вопли своим стоном. – И так башка раскалывается.

– Ну, это дело поправимое, – радостно сообщили мне. – Ты глазки только раскрой.

С превеликим трудом, практически пальцами я сумел разлепить неподдающиеся веки, и со сто пятой попытки сфокусировать зрение. Казалось, искорки в Лоиных глазах только и ждали момента, чтобы закружиться в неимоверно красивом и притягивающем хороводе. Постепенно острая головная боль сменилась на тупую. Тупая – на ноющую. Ноющая – на никакую.

– А теперь вернули меня обратно, – вместо спасибо сказал я, когда Лоя разорвала визуальный контакт.

– Нет, вы только посмотрите на него! – подпрыгнула Зара, прямо один в один, как её дочь. – Его только что с того света вытащили…

– Не с того, – перебил я Марину мать, – а с моего. Он вам не тот. А за то, что здоровье вернули, спасибо говорить не буду. Сами поломали, сами вернули. И давайте процесс возвращения назад не будем на этом останавливать.

– А если нет? – не успокоилась Зара. – Тогда что?

– Тогда…

– Хватит! – остановила препирательства Болотная. – Как дети. Помолчи, – продолжила она, затыкая мне рот, поняв, что её «хватит» на меня не действует. – Ты нам нужен здесь, и без тебя никак.

– А просто попросить? – спросил я на длительном выдохе через не менее длительную паузу.

– А мы что делали? – снова подпрыгнула Зара.

– Вы сначала Ита моего переманивали. Потом угрожали заткнуть рот и дать по голове. А потом все-таки дали, использовав мой диван, и перетащили сюда. Я, кажется, ничего не забыл?

– Да ты…

– Подожди, Зара, – тормознула подругу Лоя. – А ведь он прав. Мы же ему даже ничего не рассказали.

– А вам не кажется, – продолжила Болотная, – что это самоуверенная старость?

– Тогда у некоторых – беспардонная древность…

– Послушайте, – влез я в разгорающийся конфликт, – если закрыть глаза, то меня не покидает стойкое ощущение, что я разговариваю с вашими дочерьми и одной внучкой. О какой старости и древности вы здесь скандал начинаете?

– Что, вот прямо так? – спросила Болотная в единственном лице. Остальные явно поймали несвойственное им смущение.

– Вот прямо темперамент один в один, – подтвердил я.

На этот раз замолчала даже Болотная. Да и я прихлопнул свой рот, дабы дать им насладиться обрушившейся на них приятственностью. Видно, с комплиментами в этом мире совсем швах, если от такого банального эта местная, царствующая аристократия растаяла, как айсберг, телепортированный в пустыню Деште-Лут в период пиковых положительных температур. Для тех, кто не в курсе: именно там была зафиксирована самая высокая температура на Земле – +70,7° в тени. По Цельсию, конечно. Да-да, я не всегда был алкоголиком, но, впрочем, это совсем другая история.

– Так, о чём вы меня хотели попросить? – выделив последнее слово, прервал я затянувшуюся паузу. – Только уговор: потом вы меня возвращаете обратно.