Дмитрий Дегтярев – Ничего святого – 3 (страница 18)
Теперь хочешь не хочешь, а пришлось сдвинуться с места. Габри подошёл к шлагбауму и взял удостоверение. Согласно нему перед ним действительно находился командор взвода храмовников, Альфредо ди Стефано. И инициалы на автомобилях в виде красных крестов, и форма на командоре также говорили о том, что перед ним Тамплиеры. И всё же Габри не спешил открывать проезд, и более внимательным взглядом оглядел стоявшего перед ним рыцаря. Ну, условно рыцаря. Уже пару веков, как титул рыцаря упоминался разве что в официальных документах. Габри сам в прошлом носил данный титул, входя в среду храмовников. Уйти пришлось из-за серьёзных разногласий с магистром Миланского храма, к которому относилось их подразделение. Ну, как уйти – его исключили из Ордена. Поэтому никаких тёплых чувств к храмовникам Габри не питал ещё тогда. А теперь, находясь в частном военном легионе, тем более.
– Вы удовлетворены? – спросил командор взвода, протягивая руку, чтобы забрать своё удостоверение.
Габри сделал шаг назад. Отдавать удостоверение он не собирался. По крайней мере сейчас. Слишком мутная история: обычно их предупреждают о сторонних визитах. Особенно, такого масштаба. Сегодня же – тишина. Значит визит незапланированный. Следовательно, необходимо больше информации прежде чем пропускать вооружённых людей, пусть и Тамплиеров на территорию монастыря. Хотя бы связаться с начальником монастырской стражи, и получить разрешение на пропуск колонны.
– Что-то не так? – и без того хмурое лицо храмовника стало совсем мрачным.
Габри натянул на губы вежливую улыбку и ответил стандартной для таких ситуаций фразой:
– Необходимо провести ряд дополнительных проверок. Думаю, сможем уложиться за пять-десять минут. Ожидайте пожалуйста.
Развернувшись, он зашагал к одноэтажному зданию контрольного пункта. Хотя, какое тут здание – квадратная коробка четыре на четыре метра из стекла и стали. Габри успел сделать только два шага, когда в один миг перед глазами вспыхнула яркая вспышка, тело обдало волной нестерпимого жара, а невидимая рука подняла тело в воздух и отшвырнуло на несколько метров назад. Приземление спиной на твёрдую бетонную поверхность подъездной дороги оказалось весьма болезненным. Лёгкие судорожно сжались в попытке ухватить выбитый воздух, в глазах потемнело, а грудь пронзила острая боль. Габри открыл рот, потом закрыл, потом снова открыл. Лёгкие будто обожгло огнём. Сквозь шум в ушах, он услышал истошный вопль своего напарника. Следом раздалась канонада автоматных очередей.
– Гюставо…
Габри попытался подняться на ноги. Тьма перед глазами расступилась, однако изображение тут же поплыло. Ноги отказались выполнять свою функцию и он рухнул на колени. Где-то сбоку раздавались командные выкрики, грохотали крупнокалиберные пулемёты и звучала отборная ругань.
Пресвятая Матерь Спасителя…
Что происходит?
Тамплиеры вероломно напали на женский монастырь?
Тамплиеры? Главная воинская сила! Палачи Христовы, как они сами себя называют, стоящие на защите Церкви! – и они напали на монастырь?
Абсурд!
Габри предпринял очередную попытку подняться на ноги. Казалось, в позвоночник воткнули раскалённую спицу, после чего начали крутить ею в разные стороны. Ноги дрожали, от слишком большой нагрузки, не в силах выносить тяжесть тела.
– Проклятье…
Габри облизнул пересохшие губы с запёкшейся кровью. Глаза сумели сфокусироваться, и теперь он мог видеть происходящее. От контрольного пункта остался лишь покорёженный дымящийся остов. Шлагбаум снесли и фургоны с грузовиком устремились к воротам монастыря. Там сейчас и происходили основные боевые действия. Внедорожник же остался у въезда на территорию. Как и командор Альфредо ди Стефано. Он, вместе с тремя другими боевиками стоял возле капота «Ромео», на который установил лэптоп. Похоже решил отсюда руководить всей операцией. Операцией… какого рода? Захват женского монастыря? Зачем? Какой смысл? Сейчас он выяснит. Его и командора храмовников разделяли каких-то пять-шесть метров.
Шаг.
Ноги отказывались слушаться и Габри едва ли не повторил предыдущий манёвр, по результатам которого оказался на коленях. В этот раз удалось удержаться на ногах. Тем не менее продвинуться удалось лишь на пару сантиметров.
– Дьявол!
Габри сплюнул сгусток крови и сделал ещё один шаг по направлению к внедорожнику. Командор храмовников до того склонившийся над лэптопом обернулся. Его губы тут же раздвинулись в хищном оскале.
– Живучий гадёныш…
– Ты! – вместо гневного окрика из горла донёсся жалобный хрип. Слева донеслось несколько глухих взрывов. Команда Тамплиеров продолжала зачистку территории монастыря. Похоже, для ЧВЛ наступил судный день. Спасибо Федерико. Нельзя же было просто держать язык за зубами…
Командор храмовников поднял правую руку и сделал круговое движение в воздухе. В руке одного из бойцов тут же оказался GMA. Бабахнул выстрел. Левый бок тут же обожгло резкой болью. Охнув, Габри попытался рвануть в сторону, к ближайшим деревьям. Куда уж там. Сил не оставалось от слова совсем. Ноги подкашивались и ему стоило огромных усилий оставаться в вертикальном положении. Прижав ладонь к раненному месту стражник почувствовал, как рубашка набухает, становясь мокрой от крови.
– Святой Педро!
Габри застонал от злости и боли. Он уже прекрасно осознавал, что живым из этой передряги выбраться не получится. Тем не менее, просто взять и свыкнуться с подобной мыслью не мог. В городе его ждёт любимая. Прекрасная Доминика – темноволосая с нежной кофейной кожей, глубокими карими глазами и обворожительной улыбкой. Дочь местного торговца, она сумела полюбить Габри, несмотря на всё его прошлое. Несмотря на канонические препятствия для венчания из-за данных ранее обетов в Ордене. Несмотря на запрет отца. Несмотря ни на что, она с ним. Потому что любит. Неужели он оставит её, погибнув на бетоне подъездной дороги перед монастырскими воротами под палящими лучами солнца? Так нельзя. Она не переживёт подобное расставание.
Теперь кровь уже текла сквозь пальцы, стекая тонкими ручейками по тёмно-зелёному балахону охранной формы их легиона. Боковым зрением Габри зафиксировал приближающиеся тени. Подняв голову он увидел, как от внедорожника отделились трое – два бойца в защитной камуфляжной форме с белой тамплиерской накидкой и сам командор храмовников в чёрной форме с красным крестом и пистолетом в правой руке. В оружии Габри тут же признал «LSDP» (La Spada di Petro – меч Петра, лат. прим. авт.) – собственное изобретение Тамплиеров. По характеристикам он значительно превосходил тот же GMA, которым пользовались все специальные службы, начиная от простых стражников и заканчивая той же службой Имперской Безопасности. Превозмогая нестерпимое жжение на месте ранения, Габри выпрямился. Если уж встречать врага, то лицом к лицу. Бок мгновенно отозвался страшной режущей болью. Перед глазами поплыли красные круги. Пошатываясь, Габри попытался снять со спины винтовку, чтобы сделать выстрел, однако сил на столь сложное действие не оставалось. Захрипев от ярости, он выругался и уставился на противников. Лицо командора расплылось в хищном оскале. Засунув LSDP в кобуру, он подошёл почти в плотную.
– Вы доставили нам немало проблем, чёртовы легионеры! Содрать бы с каждого шкуру, скормить вам собственные члены, и только потом пожарить на огне…
В боку продолжала пульсировать острая невыносимая боль, в голове шумело, а в глазах мелькали красные круги, но Габри сумел сосредоточиться на сказанном. Чёртовы легионеры… Так он сказал? Теперь сомнений не оставалось – Тамплиеры решили уничтожить частный военный легион. Зачистить. Полностью. Каждого. Помножить на ноль. Абсурд… – Папа не мог допустить такого произвола. А скрыть подобное преступление попросту невозможно. Что-то здесь не сходится… Впрочем, ему какая разница? Он всё равно почти мёртв.
Собрав оставшиеся силы, Габри сделал резкое движение вперёд, и зарядил прямой ладонью в кадык противника. Попал. Командор отшатнулся и скорчился, ухватившись за горло. Однако сила удара была уже не та, и через пару секунду храмовник зарядил кулаком прямо в кровоточащий бок. Габри показалось, что внутри него взорвалась граната. Жгучая боль охватила каждую клетку, разливаясь по всему телу раскалённым металлом. Покачнувшись, он упал навзничь, больно ударившись затылком о бетонный выступ. В глазах вспыхнули мириады звезд. Затем Габри ощутил, как что-то тяжелое навалилось на него сверху, а вокруг горла сжались тиски. Сквозь кровавую пелену он увидел искажённое от ярости и напряжения лицо тамплиера.
Воздух перестал поступать в лёгкие, вызывая новые приступы боли. Стиснув зубы, мучительно напрягая каждую мышцу тела, Габри пытался освободиться от сжимающих его горло рук. Однако сил не оставалось. Несмотря на все предпринимаемые усилия, хватка не ослабла. С таким успехом можно пытаться сместить со своего места собор Святого Петра. Лёгкие горели, требуя кислорода. Рот открывался в мучительных судорогах, пытаясь ухватиться хоть за малейшую каплю живительного воздуха. Безрезультатно. Тиски, сжавшие горло мешали поступлению кислорода.
Уже проваливаясь в холодную липкую темноту, Габри осознал – он так и не знает: а за что собственно умер?