Дмитрий Дашко – Подземка (страница 24)
Тут меня окончательно пробрало. Я так испугался, что подштанники разве что чудом остались сухими.
Подстреленное существо среагировало на наши действия весьма жутким образом. Оно издало тонкий, переходящий в
ультразвук писк, который сводил с ума. Я оцепенел. Ужас сковал моё тело, не позволял даже пошевелиться.
Тварь закружила вокруг лодки, она была ранена, но не собиралась оставлять добычу в покое. Я наблюдал за ней,
беззвучно ругаясь.
Настырная попалась сволочь. Понятия не имею, каким ветром её занесло в туннель (может с плавуном, а может, от
сырости завелась), но лучше бы тут никого не было. И нас в том числе. Тем более в данное мгновение, ибо дела наши
запахли керосином.
Автомат выбросил последнюю гильзу и замолк. Патроны кончились, а плавающая вокруг нас амфибия оставалась живее
всех живых. Верно говорят, нет справедливости в этом мире. Нормальная тварь давно бы сдохла и камнем на дно пошла, а
эта как издевается. Тьфу на тебя! Сдохни, пожалуйста, сделай милость.
Осталось единственное средство. Я обнажил длинный и острый как бритва тесак. Славная вещица, я без него и в
нужник любого типа не выхожу. Он мне сердце и всё остальное греет. Встал, широко раздвинув ноги, чтобы держать
равновесие. Даже запел от нервических чувств:
'И когда на море качка, и бушует ураган...'
Да что же такое!
Ш-ш-ш! Что-то зашипело. Я содрогнулся, сообразив, откуда идёт звук проколотой шины.
Етитская сила! Лодка покачнулась, стала стремительно сдуваться. Кто-то из нас её продырявил. Вот непруха!
Конечно, в угаре чего только не натворишь, но уж больно обстоятельства складывались нехорошие.
Ещё немного и мы окажемся в воде. Я плаваю немногим лучше, чем топор, а в такой запредельной холодрыге мои
шансы на спасение и в мелкоскоп не рассмотришь.
Вот тут-то мне и удалось разглядеть тварь поближе. Она отдалённо походила на тюленя: такая же гладкая и
лоснящаяся.
Расстояние между нами было меньше метра. Практически зона досягаемости, только руку протяни. Намерения
'тюленя' без проблем читались по недружелюбной морде лица. Терять всё равно было нечего, а пропадать лучше под
аккомпанемент военного оркестра, так что я подпрыгнул как сжатая пружина, ещё в полёте обхватил левой рукой
водоплавающую тварь за скользкую шею, а правой засадил ей тесак так глубоко, что будь он чуточку длиннее, лезвие
вышло бы с другой стороны.
'Тюленю' мои манёвры ужасно не понравились. Сначала он попытался избавиться от меня, но я вцепился так крепко,
что и краном не отдерёшь. Тогда раненая бестия забилась как в конвульсиях. Пока она металась из стороны в сторону,
меня раза два крепко приложило об стену. Я понадеялся, что сейчас гадина склеит ласты, но не тут-то было. Подыхать
она явно не собиралась, и вопрос, кто из нас раньше предстанет перед Всевышним, до сих пор оставался открытым.
Боль её не останавливала, скорее всего, наоборот - подстёгивала. Ах, как ей хотелось избавиться от меня, как
она старалась!
Началась бешеная болтанка. Туда-сюда, вверх-вниз, вправо-влево. Хуже всего приходилось, когда мы уходили под
воду: гадина могла задерживать дыхание на минуту, а то и больше, в этом я ей значительно уступал, лёгкие мои едва не
разрывались от недостатка кислорода. Перед глазами давно плыли разноцветные пузыри. Я действовал на автопилоте.
Теперь понятно, что чувствуют ковбои, когда укрощают необъезженного мустанга. Ощущения прямо скажем на
любителя. Хотя бравые техасские парни (надеюсь, не все из них пошли на удобрения в родную землю матушку) по
сравнению со мной были в более комфортных условиях. Лошади в воду не ныряют, а мой 'морской конёк' проделывал этот
маневр с завидной регулярностью.
Я чудом не потерял сознание и не отцепился.
А потом всё закончилось. Чудовище обмякло и стремительно пошло ко дну, я с трудом оттолкнулся от враз
потяжелевшей туши и в несколько гребков достиг неглубокого участка. Там меня дожидалась мокрая и продрогшая Лило. Я
обвёл взором поле недавней битвы. Кроме нас двоих никого. Некомплект.
- А где Муха? - спросил я, приплясывая на одной ноге. Вода затекла в уши, сделав меня глухим как тетерев.
- Не знаю, он не выплыл. Боюсь, что утонул, - отозвалась девушка.
Холодная струйка вытекла из ушной раковины, я снова вернулся в мир звуков.
- Муха! - несколько раз прокричала Лило, и лишь эхо было ей в ответ.
Я тоже стал надрывать глотку, к несчастью, с аналогичным результатом. Муха как в воду канул, собственно так и
произошло. То ли его оглушило, и он утоп, то ли тварь смогла зацепить проводника и уволокла за собой. Возможны любые
варианты.
Я перекрестился:
- Да, нехорошо получилось. Упокой Господь твою душу. Прости Муха за то что так и не узнал твоего имени, прости
за всё остальное. Покойся с миром.
- Главное, что мы выжили, - сказала девушка.
- Что верно то верно. Надо линять отсюда, вдруг эта тварь была не одна.
- Не беспокойся, Саша, других тут нет.
- Твоими бы устами да мёд пить. О! - я поднял указательный палец. - От мёда я бы, кстати, не отказался.
Согреться не помешает. Ещё немного и у меня зуб на зуб не попадёт. Плохо только, что мёда у нас нет. Предлагаю
согреться альтернативным методом.
- Если ты на секс намекаешь, лучше сразу выкинь из башки, - предупредила девушка.
Я притворно возмутился:
- Мадемуазель, за кого вы меня принимаете?! Я имел в виду совершенно безобидный способ превращения
кинетической энергии движения в тепловую: небольшой марафонский забег и ничего более. Видите, как всё целомудренно и