Дмитрий Дашко – Одесса-мама (страница 38)

– Хорошо, – кивнул он. – А этих трёх в камеру?

– Да. Вот у него, – кивнул я на Анархиста, – при себе были документы на имя Бориса Мозера. Похоже, настоящие.

– Я же сказал: я слишком дорожу памятью отца! – тут же проявился он. – Никто и никогда не заставит меня сменить фамилию.

– Заткнись! – грозно посмотрел на него дежурный.

Он перевёл взгляд на меня.

– Значит так, Бодров. Ты завтра работаешь или выходной?

– Работаю.

– Тогда езжай домой. Я определю этих в камеры, запишу у гражданки Коцюбенко адрес.

– Зачем вам мой адрес? – удивилась Анна Эммануиловна.

– Как зачем? Чтобы вызвать вас повесткой для дачи показаний.

– Хорошо.

Дежурный снова заговорил со мной:

– Утром вызову следователя, ты ему всё расскажешь, подкрепишь показания уликами, – он кивнул на узел. – Короче, как обычно.

– Договорились. Тогда ты пока записывай адрес Анны Эммануиловны – если что, мы с ней соседи, а я к себе в кабинет схожу.

– Лады. Вот ключ от него.

– Спасибо.

В отделе я открыл сейф и положил в него удостоверения и оружие Чупахина и Малинкина. Не хватало ещё держать их при себе.

Затем, воспользовавшись удачным моментом, проник в кабинет делопроизводителей и вытащил из тайника пакет с червонцами. Пущу на полезное дело. Насте скоро носить будет нечего – совсем поистрепалась, юбки и кофты штопаны-перештопаны уже не по одному разу. Да и мне не мешало бы чуток обновить гардероб: обувь скоро запросит манной каши. А тут прям как найденные!

Вернувшись, увидел возле дежурного только Анну Эммануиловну. Бандитов уже определили по «нумерам», то есть отвели в камеры.

– Закончили?

– Да, – подтвердил дежурный. – Давай, Бодров! До скорого.

– До завтра… Вернее, уже до сегодня, – поправился я.

Мы вернулись домой, на пороге нас встретили Настя и Степановна. По их встревоженным лицам я понял, что мои родные так и не ложились спать.

– Ну как? – первой не выдержала жена.

– Всё в порядке! Ваш Гриша такой герой! Сначала скрутил тех милиционеров, которые надо мной смеялись, а потом в одиночку арестовал трёх бандитов, и те даже пикнуть против него не посмели! – похвасталась Анна Эммануиловна.

– Гриша у меня такой! – с любовью и нежностью посмотрела на меня супруга.

– Так, хватит обо мне! Ночью было довольно прохладно. Анна Эммануиловна, вы как – не замёрзли?

– Если только немножко.

– Я тоже слегка замёрз. Давайте выпьем на кухне чаю и спать!

Глава 24

Всю ночь я ворочался и не мог заснуть. В голову лезла всякая ерунда, которая не давала мне спать. Лишь перед рассветом удалось немного забыться.

Утром башка была квадратной, а морда лица – опухшей. Только чувства долга заставило меня встать, позавтракать без особого аппетита и выйти на работу.

– Товарищ Бодров? – окликнул меня прилично одетый мужчина, стоявший возле водосточной трубы у дома напротив.

Я сразу замер, рука машинально полезла во внутренний карман за револьвером.

Не люблю всякого рода «случайные» встречи. Как правило – они совсем не случайные…

– Вы меня не узнали? Леонид Поляков, ваш коллега – тоже работаю в уголовном розыске.

Я всмотрелся в его бритое узкое лицо с небольшими карими глазами.

– Почему – не узнал? Узнал, конечно. Видел вас вчера на совещании у Барышева.

– Верно.

Он отклеился от водосточной трубы, как-то виновато улыбнулся.

– Григорий, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь.

– Надеюсь, у вас найдётся для меня свободная минутка?

– Давайте по дороге поговорим. Я на работу спешу. Вы, наверное, тоже…

Он кивнул.

– Именно это я и собирался вам предложить.

Пообщаемся по пути на службу.

Мы вместе пошагали по улице, вдыхая холодный морской воздух с ароматами наступающей весны и запахом горелых дров.

– Слушаю вас, Леонид… э…

– Просто – Леонид. И давай без этих буржуазных церемоний, по-нашему, по простому – на ты?

– Только за. Слушаю тебя внимательно, Леонид.

– Такое дело, Григорий… Ты вчера забрал документы и оружие у двух милиционеров, дежуривших в парке.

– Забрал, – не стал отрицать очевидное я. – А ты здесь причём?

– Будь человеком, Гриша – не порть людям жизнь. И Чупахин, и Малинкин – нормальные ребята.

– Эти «нормальные ребята» спокойно стояли и смотрели, как при них трое грабителей «чистят» пожилую женщину. А когда та обратилась к ним за помощью – просто послали её куда подальше.

– У всех бывают проколы, – поморщился Леонид. – Ребята всё осознали, раскаялись и готовы попросить у тебя и у этой женщины прощения.

Дай парням шанс, Гриша. Как коллега коллегу прошу.

Я остановился, внимательно посмотрел на Полякова. Тот дружелюбно улыбнулся.

– Ну что: простишь их?

– Лёнь, – коль собеседник несколько раз назвал меня Гришей, я тоже себя позволил небольшую фамильярность в его отношении, – эти двое – они для тебя кто, раз ты за них вписываешься? Родственники, друзья?

– Ни то, ни другое, – усмехнулся он. – Просто нормальные ребята, которым нужна помощь.

– Интересно. Раз ты нарочно пришёл к моему дому с утра пораньше, значит, они помчались к тебе сразу, несмотря на поздний час. Потом ты ещё успел пробить мой адрес… Что тебя с ними связывает, Лёня?

– Гриша, верни Чупахину и Малинкину удостоверения и оружие. Ну что тебе стоит? Я же сказал: они всё осознали, готовы искупить вину…

Он замолчал и внезапно спросил сухим наждачным тоном:

– Сколько?