Дмитрий Дашко – Одесса-мама (страница 19)
– А с тобой можно работать, Гриша! – произнёс наставник напоследок.
Я улыбнулся.
– Ты тоже ничего, Рома!
Он зевнул.
– Поздно уже. Пойду домой – спать!
– Тебя проводить?
– Что я – пацан, что ли? Справлюсь…
Дома меня встретили Настя и Степановна. Из кухни доносился божественный аромат жареной картошки.
– Как прошёл второй день на новой работе? – спросила Настя, целуя меня в губы.
– Так же как и первый. Посадили за стол, завалили бумагами…
Любимая недоверчиво посмотрела на моё невинное лицо.
– Честное слово! Мне ведь даже револьвер ещё не выдали!
Она недоверчиво покачала головой.
– Гриша, это ты своих жуликов обманывать можешь, а меня ты не проведёшь: опять ведь за кем-то гонялся! Я же тебя знаю…
– Да вообще бегать ни за кем не пришлось. Не работа – курорт!
– Счастье ты моё… луковое! Иди на кухню, ужинать!
Утром Савиных с загадочным видом отвёл меня в сторону и вручил небольшой бумажный пакет.
– Это тебе, Гриша. Только будь осторожней, никому не показывай!
– Что здесь? – я в недоумении потянулся к свёртку, но Роман зловеще прошипел:
– С ума сошёл? Потом взглянешь, не при свидетелях.
Он оглянулся по сторонам и прошептал:
– Тут твоя премия.
– Какая ещё премия?! Я ж работаю меньше недели.
– Заслуженная! Короче, как я и говорил: сегодня с самого утра Акопян примчался к нам в отдел как ошпаренный и попросил забрать заявление назад. Дескать, никакого ограбления не было.
– А ты?
– А я что – дурак? Если есть возможность сшибить с фраера малую копеечку – грех не воспользоваться. Говорю ему: так и так, заявление уже везде зарегистрировано, люди, то есть мы, уже вовсю над ним вкалываем. Ну и так аккуратненько намекаю, что вопрос решить, конечно, можно, но за труды и старания придётся заплатить.
– И он согласился?
– А куда ж денешься?! – лицо Савиных расплылось в довольной улыбке.
– Сколько ты с него взял?
Рома лукаво подмигнул.
– Не переживай, Гриня! Я тебя не обидел. Вся сумма пополам ушла: тебе и мне. Мы ж с тобой свои люди теперь.
Я сделал вид, что замялся, хотя пакет с взяткой жёг мне руки.
– Спасибо тебе, конечно, большое, Рома. Только что Кабанов скажет – он ведь вчера нас с тобой на это дело заряжал…
– А что он может сказать?! Ему даже лучше будет: одним нераскрытым делом меньше – значит, наверху не так сильно пропесочат.
– Хорошо, а что следователь?
– Следака я беру на себя. Ему тоже лишняя обуза не нужна. Вот увидишь, ещё нам спасибо скажет. Да ты не переживай, Гриша! Думаешь, у меня это в первый раз? Всегда проскакивало, и сейчас проскочит.
– Раз так… – я засунул пакет за пазуху. – Спасибо, Гриша! Прямо как найденные… У меня сейчас как раз с деньгами туго.
– Ну вот, а теперь полегче станет! – он снова подмигнул. – Ты, главное, меня держись, Гриша! Я тебе плохого не посоветую.
Его показная дружелюбность и немного суетливая манера поведения сразу вызвали у меня сомнения. Мой оперской опыт даже не кричал – вопил во всю мощь: всё это затеяно неспроста.
В моё время схожим образом проверяли новичков: кто-то из начальства мелкого ранга или сослуживцев давал конвертик с деньгами, якобы это его доля от «заработанного» отделением.
Если новичок соглашался, тем самым проверку не проходил и ставил на себе крест.
Но тут нечто другое. Я в какой-то степени уже раскусил Савиных и составил его психологический портрет, пусть и не во всех деталях, да они мне не так уж и нужны в данный момент. Ясно одно: я гарантировано провалю проверку, если не возьму эти бабки.
Моему наставнику не нужен кристально-честный напарник, он ищет подельника, с которым можно будет провернуть не одно дурно пахнущее дельце.
Или… или, если Роман не одиночка, а винтик системы, о которой ещё в Москве рассказывал Трепалов, меня обязательно должны испытать на «вшивость», чтобы понять – несу ли я угрозу для этих людей или, наоборот, могу сам стать частью системы.
Начни я артачиться – всё, на этом можно смело попрощаться с заданием. Я никогда не стану для них своим. Меня выживут или (а такое тоже не исключено) – убьют. Так что пакет пришлось взять и якобы от всей души поблагодарить змея-искусителя.
Савиных вроде успокоился, что-то одобрительно пробурчал и хлопнул меня по плечу.
– Молодец, Гриша! Я как тебя увидел, сразу понял – ты в доску свой!
– Ну, а чей же…
– Пошли в кабинет, работать.
Слава богу, этот тест я прошёл, но вряд ли на нём ограничатся, особенно если люди, которые могут стоять за Романом, играют по-крупному. И, если будут ещё проверки, значит, Савиных – точно не одиночка и я на правильном пути. Эх, знать бы, какие планы сейчас «рисуют» на мой счёт, какому ещё трюку собираются подвергнуть.
Вряд ли что-то особо изысканное и многоходовое. Метод должен быть грубым, простым, но эффективным. Повяжут кровью? Это вряд ли, особенно на первом этапе.
Раз игра началась с денег, то и продолжение будет связано напрямую с ними. Самый логичный, примитивный, но действенный вариант.
Я сразу предпринял меры предосторожности. Идти с деньгами домой (а в пакете лежали десять советских червонцев – сумма реально крупная для сотрудника угро), а тем более держать в своём кабинете – чревато. Воображение сразу нарисовало в голове картину обыска.
Свят! Свят! Свят! И при этом реально аж до слёз.
Чуйка говорит – обыск будет, и я склонен ей доверять.
План действий? Порвать деньги в туалете или сжечь?
А вот хренушки! Эти червонцы мне ещё ой как пригодятся. Не удивлюсь, если в ближайшем будущем придётся поить Савиных, а может, и не только его, если не провалю «вступительные испытания».
Тогда что? Бороться и искать, найти и перепрятать… В моём случае для начала – просто спрятать и желательно там, где ни одна живая душа не догадается.
Если ли такое место в шаговой доступности? Конечно, есть! И я сразу присмотрел его, как только догадался, что меня ждёт.
В соседнем с нами помещении работали несколько девушек-делопроизводителей. Они часто устраивали у себя перекуры, но, в отличие от мужиков-оперов, смолили не в помещении, а выходили на крыльцо здания. Дверь, конечно, за собой запирали, но я быстро убедился: замок хиленький, вскрывается английской булавкой на раз-два.
Вот, собственно, и оно – то, что мне нужно. Рыба моей мечты практически…
Во время очередного девичьего перекура я подгадал момент и с пакетом выскользнул в коридор. Убедился, что меня никто не видит, вскрыл замок и вошёл в кабинет делопроизводителей.
Моё внимание привлёк один из шкафов. Я убедился, что между ним и стеной есть небольшой зазор и спрятал в образовавшуюся щель пакет. Вряд ли девушки или уборщицы его там быстро заметят, так что в качестве временного тайника, на день или два, сойдёт. Дальше будет видно.
Может, конечно, я зря затеял эту суету, но лучше перебдеть, чем недобдеть. Затевалась подстава – к бабке не ходи. Вот только развиваться она могла по разным сценариям, мне предстояло самое сложное – выбрать правильную линию поведения.
Я прильнул к двери ухом: в коридоре было тихо, можно выходить.