Дмитрий Данилов – Боль и верность. О любви к одному «Динамо» и о любви ко всему футболу в рассказах современных писателей и болельщиков (страница 2)

138 игр «Динамо», которые я видел воочию. Плюс ещё множество – по телевизору (их я не фиксирую, но многие помню). Вот сижу, листаю эту таблицу, вспоминаю.

Я пришёл на этот матч нейтральным советским любителем футбола – болел только за сборную СССР, был поклонником «красивого футбола»: радовали интересные, с закрученным сюжетом и множеством голов игры.

А ушёл – болельщиком «Динамо».

Мне было уже 14 лет, и я ни за кого не болел. При этом все интересующиеся футболом знакомые ребята болели за какой-то клуб. Большинство, конечно, за «Спартак». Некоторые – за «Динамо». ЦСКА и «Торпедо» были в явном меньшинстве (только один парень в классе болел за армейцев). За ныне знаменитый и авторитетный «Локомотив» не болел никто; он болтался в Первой лиге, и его называли «пятым колесом московской футбольной телеги», на матчи собиралось человек по двести. Были знакомые, которые болели за могучее в восьмидесятые годы киевское «Динамо».

Я, конечно, задумывался, за кого бы мне всё-таки начать болеть. «Спартак» я отвергал сразу. Хотя он был на тот момент однозначно сильнейшей московской командой и играл в красивый футбол. Раздражало в нём – всё. И красная форма (хотя объективно она довольно красивая, с этой её белой поперечной полосой на груди, да и ромбик в принципе ничего так). И то, что в Москве за них болеет каждый второй. И этот их «красивый футбол», все эти «стеночки и забегания», весь этот балет. Уважал киевлян – за силовой, героический футбол, за их подавление соперников. А спартаковские кружева почему-то прямо вот бесили. Очень раздражали их лёгкие победы, практически без борьбы. 2:0 на 60-й минуте, мяч всё время у них, порхают, летают по полю, дело сделано. Прямо вот дико раздражало всё это.

Про «Динамо» ничего особо не думал. Знал, что это великий клуб, первый чемпион СССР, знал, что в нём играл Лев Яшин, лучший вратарь всех времён и народов. Знал, что клуб в последние годы влачит довольно жалкое существование. Ну да, знал всё это. И это знание как-то ни на что особо не влияло.

Примерно такая же история была с ЦСКА и «Торпедо». Да, великие клубы, да, Бобров и Стрельцов, да, сейчас играют бледно. Никаких эмоций. Ни симпатии, ни отторжения (как в случае со «Спартаком»).

Думаю, был шанс стать болельщиком «Локомотива», первого обладателя Кубка СССР, пребывающего в те годы в полном ничтожестве. Я в детстве очень любил, да и до сих пор люблю, железные дороги. Присматривался к несчастному клубу, но как-то не хотелось болеть за команду Первой лиги.

Болеть за команду из другого города (имеется в виду киевское «Динамо») не считал для себя возможным, как-то по определению. Хотя, должен сейчас признать, все восьмидесятые симпатизировал киевским одноклубникам в их матчах против «Спартака».

Вот таким неопределившимся «любителем футбола» я пришёл в июле 1983 года на матч «Динамо» – «Нистру».

Как я уже говорил, мне было к тому времени 14 лет. Так получилось, что меня некому было привести на футбол и передать мне по наследству боление за какой-нибудь клуб. Я рос без отца, старшего брата у меня тоже не было.

Я смотрел телевизионные репортажи о матчах, и они меня вполне устраивали. Показывают повторы лучших моментов, комментаторы комментируют. Надо сказать, что тогдашние советские комментаторы комментировали на очень примитивном уровне. Их комментарий сводился, в основном, к конструкциям вида «фамилия – технико-тактическое действие – снова фамилия – скупая эмоция». «Иванов отдал Петрову, Петров продвигается вперёд, пасует Сидорову, Сидоров теряет мяч. Эх, Сидоров, ну как же так!». Ничего общего с сегодняшней комментаторской феерией, когда ведущий обрушивает на тебя огромное количество важной и интересной информации, начиная с истории противостояния команд и заканчивая последними трансферными новостями. Нет, тогда всё было максимально скучно и бессодержательно: «Иванов отдал Петрову, и Петров потерял мяч. Удар от ворот». Правда, это помогало быстро запомнить составы главных команд.

В общем, меня эти репортажи полностью устраивали.

Но мой дворовый товарищ Вовка, занимавшийся в динамовской футбольной школе (играл крайнего защитника), всё-таки уговорил меня пойти на стадион. И я пошёл. Купил билет, и…

На трибуне (это была Восточная трибуна старого стадиона «Динамо») я сидел один: Вовка задержался, остался встречать своих приятелей, и мы разминулись. Стадион своим видом поразил меня в самое сердце: огромная бело-голубая чаша, изумрудное поле, красивые беговые дорожки, табло (примитивное, одноцветное, но тогда казавшееся шикарным), ясное небо, соответствующее цветам клуба (тогда я ещё не знал строчку из песни «нам небо дарит наших флагов цвета»). Всё было дико красиво.

Потом футболисты вышли разминаться – и это тоже было какое-то особенное зрелище, которое не увидишь по телевизору. Все эти вальяжные перебрасывания мячом (ты видишь это – и понимаешь, что скоро вальяжность исчезнет), все эти не очень сильные удары по воротам и не очень старательные прыжки голкиперов…

Потом началась игра. Поначалу я смотрел на неё глазами нейтрального зрителя – я им и был.

Тут нужно пояснить турнирную диспозицию. «Динамо» занимало 16-е место из 18 команд. Это была катастрофа – совсем рядом с зоной вылета (в Первую лигу выбывали две последние команды). А «Нистру» уверенно шёл на последнем месте. Молдавская команда только что вышла в Высшую лигу – и сразу нацелилась на возвращение обратно, в свою родную Первую. Молдаване были беспросветными аутсайдерами, за весь сезон они набрали всего десять очков: три победы, четыре ничьи и двадцать семь поражений (тогда за победу давали не три очка, как сейчас, а два, что я считаю более правильным). Играли реально плохо: ставили в каждой игре «автобус» – и всё равно пропускали, проигрывали большинство матчей с крупным счётом.

И вот эта команда сначала отбивает динамовское пенальти, а ближе к перерыву получает возможность уже самим пробить одиннадцатиметровый. Молдаване забивают – и к перерыву «Динамо» проигрывает 0:1. Проигрывает полному, безнадёжному аутсайдеру.

Надо сказать, что «Динамо» играло просто ужасно. Три подряд точных паса были удивительной редкостью. Команда ходила по полю пешком. На это было больно смотреть.

Во втором тайме «Динамо» продолжало играть вполне ужасно. Но нашим игрокам удалось в муках и судорогах затолкать два мяча в молдавские ворота, сделали это Латыш и Газзаев. И «Динамо» победило 2:1. Команда с великой историей в результате этой победы переползла с 16-го места в таблице на 15-е.

Я написал: «нашим игрокам». Изначально они для меня не были «нашими». Но я неожиданно для себя бурно радовался натужным динамовским голам. По ходу матча я начал болеть за эту нелепую команду – и хотел, чтобы она победила. Я хотел, чтобы победила команда, которая так плохо играет, но у которой такая великая история, такое красивое имя, такой прекрасный стадион, такая красивая бело-синяя форма.

Вот это сочетание нынешнего убожества и великого прошлого, великого, легендарного имени сделало своё дело. Это, знаете, как-то очень обаятельно. Как в старых книгах и фильмах было: «из знатного, но обедневшего рода» – такие персонажи всегда вызывали особую симпатию.

Ну и, конечно, стадион – я понял, что хочу здесь бывать постоянно, что мне здесь как-то особенно хорошо. Я потом побывал на самых разных стадионах – и убедился: ничего прекраснее того, старого стадиона «Динамо» не было, нет и не будет.

И стал ходить на «Динамо», стал болеть за «Динамо».

Возможно, худший по качеству игры матч «Динамо» из тех, которые я видел. Команда не бежала и даже не ходила, а просто стояла. Да даже и не стояла, а по большей части лежала, играла лёжа – сплошные бессмысленные подкаты. Каждый второй пас – в никуда или сопернику. Созидания нет, только разрушение. Никакой игры.

Запомнился эпизод – олицетворение этого, так сказать, футбола. Несильный пас из центра поля фланговому игроку. Фланговый игрок стоит и смотрит, как мяч медленно прокатывается в метре от него и выкатывается за боковую. Вот всё – примерно так.

Кажется, был ещё дождь, добавляющий унылости.

Когда игра закончилась, со своего места поднялся один из динамовских болельщиков и обратился с речью к окружающим его товарищам по несчастью (то есть к нам). Это была именно речь, а не просто реплика, брошенная соседу. Он стоял и говорил совсем рядом со мной, на пару рядов ниже. Я хорошо видел и слышал его. Это был высокий, ладный, статный мужик лет тридцати пяти с открытым, располагающим к себе русским лицом. Если нужно было бы выбрать плакатное лицо болельщика «Динамо», этот парень подошёл бы идеально. Он сказал примерно следующее: «Мужики, я болею за “Динамо” с 1963 года, за всё это время я не пропустил ни одного нашего матча в Москве, ходил на все игры. И вот сейчас я говорю вам: больше ноги моей не будет на этом стадионе! Никогда больше не приду на “Динамо”! Хватит, не могу больше на это смотреть! Они издеваются над нами! Всё, хватит, это был последний раз!». Все молча слушали, кивали.

Подумал тогда, что я, конечно, не перестану ходить на «Динамо» и болеть за эту команду. И зародилась слабая мысль, что для меня, наверное, красивая игра, красивый футбол, – это не самое главное. Можно и нужно продолжать болеть за команду, даже когда она играет вот так – безобразно, уныло, никак. Это – не главное.