Дмитрий Чайка – (Не) предсказуемый эксперимент. Киносценарий (страница 7)

В шахматах половину времени думаешь за себя, а половину – за соперника. Иначе проиграешь.

(Вздохнув.)

А впрочем, дорогу осилит идущий. Здесь, похоже, дзоту самое место, согласно рельефу. С него и начнём…

Математик берёт лопату, начинает копать. Земля не поддаётся.

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

Ты бы сначала дёрн снял, вот так.

Василий Васильевич умело вырубает лопатой квадратик дёрна, подсекает его.

МЕХАНИК.

Васильич, ты гений!

ИНТ. ПАЛАТКА-КЛУБ. НОЧЬ

Вокруг стола Математика сгрудились строители «линии Маннергейма». Мы видим наброски: линия из соединённых ходами бункеров; бункер в рост человека с выдвижными башенками (схематично нарисованы человечки, стреляющие из вполне узнаваемых максимов); разные башенки – и вращающиеся, и просто с несколькими бойницами с разных сторон…

Механик берёт карандаш и подрисовывает к зигзагообразной линии бункеров на общем плане линии ещё несколько зигзагов в тылу, соединяет их линиями ходов сообщений.

МЕХАНИК.

И так не меньше пяти рядов: если они пройдут первый ряд, то их остановит второй, а первый будет стрелять по ним сзади. Если они продвинутся дальше, то мы из первой линии перейдём в третью…

Входит Ирэн. Она несколько заспанная и одета в пижаму.

ИРЭН.

Время спать.

МАТЕМАТИК.

Ещё пять минут, и мы уйдём спать. Ну пожалуйста…

ИРЭН.

Пять минут.

Ирэн удаляется. Василий Васильевич демонстративно жирно, многими штрихами, подправляет набросок бункера.

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

Вот только ходы будем делать не такими широкими, только чтобы пролезть: иначе много времени на них уйдёт.

НАТ. ПОЛЕ БОЯ. ДЕНЬ

Сражаются все.

НАТ. ПАЛАТОЧНЫЙ ЛАГЕРЬ. ДЕНЬ

Лагерь пуст.

НАТ. МЕСТО СТРОИТЕЛЬСТВА ОБОРОНИТЕЛЬНОЙ ЛИНИИ. ДЕНЬ

Неподалёку сложены пачки фанеры, деревянные бруски, коробки с саморезами, металлическими уголками, дверными петлями… В нескольких местах на колышки натянута верёвочка; строители увлечённо копают по этим меткам, аккуратно складывая снятый дёрн в сторонку.

Почтальон и Математик, вооружившись рулеткой и «египетским треугольником», размечают место очередной огневой точки: Почтальон отбегает в сторону фронта, прикидывает, как пойдут и что увидят наступающие, и показывает руками Математику, где надо строить. Математик ставит два колышка, отмерив расстояние рулеткой, после чего вместе с Почтальоном они принимаются за разметку.

ПОЧТАЛЬОН.

А всё-таки зря мы оставили там чертежи.

МАТЕМАТИК.

В честность людей надо верить. Это мой рабочий стол и мои записи. Другим их читать не положено, а значит – не будут.

Василий Васильевич, выкопавший на всём прямоугольнике 2х3 метра на штык лопаты плюс пару углублений в нём метр на метр и глубиной 2 штыка, останавливается с видом вскопавшего грядку.

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

Чайник, глянь: так нормально?

Механик бросает выпиливать люк в листе фанеры, подбегает к Василию Васильевичу. Оценив работу, показывает большой палец. К ним удивлённо подходит, оторвавшись от своей работы, Почтальон.

ПОЧТАЛЬОН.

И это всё? А как же чертежи?

МЕХАНИК.

Я по полночи заснуть не могу, а просто лежать скучно. Немножечко перепридумал.

ПОЧТАЛЬОН.

А как же чертежи?

Почтальон вдруг валится со смеху.

ПОЧТАЛЬОН.

До жирафа дошло!

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

Чайнику в этих делах надо доверять: он сразу всё видит, как должно работать.

К ним подходят Математик и другие ребята.

МАТЕМАТИК.

О, хорошо придумано! Знаете, я читал трактат одного древнего китайца по имени Сунь Цзы. Он говорил, что де «искусство войны есть искусство обмана: если ты что-то можешь, покажи врагу, что ты не можешь, если ты далеко, покажи ему, что ты близко» и так далее. Надо придумать, как мы покажем им нашу слабость: муляж сильных укреплений-то сделать проще?

МЕХАНИК

А мы один из бункеров второй линии как бы не успеем закрыть дёрном.

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

Ненужный?

МАТЕМАТИК.

Второстепенный.

Механик вдруг хитро улыбается.

МЕХАНИК.

А в нём…

ИНТ. ПАЛАТКА-КЛУБ. УТРО

Строители обступили чертящего что-то Математика.

МЕХАНИК.