Дмитрий Быков – VZ. Портрет на фоне нации (страница 30)

— «Не надо им давать боевые танки».

— Точно. Каждый раз, как мы оказывались на этой развилке, мы выбирали предоставление украинцам того, что им нужно. Но мы делали это медленно. А я говорю: давайте не будем оказывать помощь «по каплям». Мы не пипетка. И на самом деле мы предоставляем огромные объемы помощи. Кстати, хочу поприветствовать и горячо поблагодарить Соединенные Штаты Америки. Считаю, что то, что делает Америка, прекрасно. Думаю, что Америка снова стала арсеналом демократии и свободы.

— А что республиканцы? Возражают?

— Да нет, большинство республиканцев, с которыми я встречался, еще и хотели бы действовать быстрей Байдена. Но есть люди, которые придерживаются очень своеобразного взгляда на происходящее, и я действительно не могу этого объяснить. Они каким-то образом пришли к тому, что Путин у них ассоциируется с консерватизмом или отстаиванием традиционных ценностей, а Украина — с новизной. Э, минуточку! Насколько консервативно приступать к уничтожению демократии и свободы в ни в чем не повинной европейской стране? Насколько это консервативно — поощрять преследование групп христианских меньшинств, например, которые не придерживаются официального государственного православия? Во всем, что делает Путин, и близко нет ничего консервативного. Впрочем, подавляющее большинство республиканцев тверды в солидарности с Украиной.

— Вы думали, что Путин нападет?

— Что значит думал? Я знал. С середины ноября.

(Дальше мы узнаем нечто очень интересное, о чем Джонсон знал, но вслух до поры не говорил. И Зеленский знал. И все это на него давило — Д. Б.)

— Я ездил туда в апреле, потому что шли такие разговоры... что может быть заключена сделка. Типа новый Минск: «Ты храбро сражался в течение шести недель. Это замечательно. Мы все знаем, что в конце концов ты проиграешь, давай кончать». Но ведь нет никакой сделки, которую можно заключить с Путиным, даже если бы вам удалось убедить украинцев принять план «земля в обмен на мир». Что вы ему собираетесь отдавать? Мариуполь? И вы думаете, что в обмен на Мариуполь он остановит войну? Мало того, что это морально неприемлемо, катастрофично, но это еще и бессмысленно. Потому что не верите же вы в самом деле, вы не могли бы положиться на то, что он будет соблюдать какие-либо условия? Мало он вам показал в 2014 и 2023? Если бы он поставил себе целью доказать, что с ним нельзя иметь дело, он бы не мог сделать этого лучше, чем в 2023. Не было способа сделать это более решительно и, я бы сказал, элегантно.

— На Зеленского сильно давили?

— Не знаю. Но что толку на него давить? На Западе наверняка было много разговоров на эту тему, но он никогда бы не пошел на такую сделку для Украины. Мое дело было ему сказать, что у него всегда будет непоколебимая поддержка Великобритании. Украина кровью купила свою свободу, свою государственность, свое место в Европе. Никто не может этого отрицать. Вот что произошло за последний год. Они сражались. Они гибли. Они сдерживали этого тирана и эту военную машину. Как вы думаете, чем Европа, Англия и НАТО сейчас обязаны Украине? Украинцы сражаются за всех нас. Украинцы сражаются за поляков, за грузин, за молдаван, за прибалтов. Они сражаются за каждую страну, границы которой могут быть изменены силой в любой точке мира. Это огромная жертва, на которую они идут. И еще они показывают, почему Путин был неправ. Они заслуживают безмерного, беспримерного уважения. Очевидно, что их прием в ЕС надо ускорить. Что касается НАТО... Если бы вы спросили меня до войны, до того, как Путин совершил свой безумный поступок, собирается ли Украина вступить в НАТО в ближайшее время, — я бы сказал...

— Ну, Владимир Путин сам задал вам этот вопрос.

— Да. Реальность, откровенно говоря, была такова: внутри НАТО была достаточно сильная группа, чтобы заблокировать Украину, и ее бы не приняли, грубо говоря, пока ад не замерзнет. Но теперь Путин начисто уничтожил аргументы против членства Украины в НАТО. Отсутствие Украины в НАТО означает самую страшную войну в Европе за последние 80 лет, колоссальные страдания, глобальную экономическую катастрофу. Теперь Москва утратила всякое право на протест. НАТО не является враждебным альянсом. НАТО — оборонительный альянс. И Путин своими действиями доказал шведам, финнам, что НАТО необходимо для них, и он, безусловно, доказал, что это необходимо для Украины.

Все это относится уже к Украине воюющей. Но привел я этот фрагмент исключительно ради того, чтобы показать, сколь надежного друга приобрела Украина и лично Зеленский в лице Джонсона. Сколь прав он был, поставив на него и поверив ему. Это и было самым ценным результатом его внешней политики в первые годы президентства, и 24 февраля 2023 года ему было кому позвонить.

Борьба с олигархией

Инициатива в борьбе с украинскими олигархами исходила от Совета Европы, предоставившего Украине статус кандидата на вступление в Европейский союз. Это формальное требование (в рамках борьбы с коррупцией, которую в Европе считали главной бедой страны) было столь же формально выполнено, поскольку олигархи представляли главную опору власти в борьбе с российским влиянием и потенциальной агрессией. Их влияние на политику оставалось медийным: Зеленский и его команда не были связаны ни с одной олигархической группой и были устойчивы к любому лоббированию. В будущем учебнике политической истории будет записано: олигархизация экономики — неизбежный этап в развитии любого государства при переходе от феодализма к капитализму, если термин «капитализм» вообще сохранится в учебниках.

Тут ведь в чем проблема: гражданского общества после тоталитаризма нет, институтов тоже. Социально активен только бизнес, который в смутное время должен нахапать сколько сможет (и с этим хорошо справляется). В результате олигархи становятся главной общественной силой — других нет. По-настоящему активное гражданское общество, от которого требуются не столько митинги, сколько регулярная работа по самоуправлению, возникло не в результате второго Майдана, а в результате войны. Так что в довоенное время антиолигархические меры могли быть чисто декларативными — как и получилось.

4 июня 2021 года, после заседания Совета по национальной безопасности и обороне, Зеленский сказал в обращении к нации: «Самый главный вопрос и текущего заседания, и текущей недели — это закон об олигархах. Прежде всего хочу сказать: даже не ожидал, что в нашей стране есть столько экспертов по деолигархизации. Если бы мы знали, привлекли бы их к разработке законопроекта. Но, к сожалению, все они почему-то скрывали эти свои знания все предыдущие 30 лет. И ни один из политиков, в том числе самого высокого уровня, никогда не поднимал вопрос олигархов. Наверное, потому что много говорить о себе — некрасиво и нескромно.

Во-вторых, спасибо всем критикам закона. Ваши замечания ценны: вы много лет работаете с олигархами, или на олигархов, или под олигархами, а следовательно, точно знаете все недостатки закона, будучи, как говорится, глубоко в материале. И отдельно хочу обратиться к работодателям всех этих независимых экспертов и критиков. Как акулы бизнеса, вы должны иметь сильное чутье. Удивительно, что вы не чувствуете, что страна изменилась и начинает новую историю. По новым правилам. Даже не так. Просто — по правилам.

Те, кто не захочет жить и работать по новым и честным правилам игры, окажутся вне игры.

Для тех, кто попытается раскачать, убедить, переломить или договориться с депутатами парламента относительно этого закона, у меня будет один вопрос. Это вопрос о статусе олигархов, который будет вынесен на всеукраинский референдум. Этот вопрос будет первым. А для кого-то, возможно, последним.

Я также хочу сказать, что этот законопроект — только первый шаг. Это создание фундамента для противодействия олигархическому воздействию. Нельзя владеть депутатами, министрами и любыми другими чиновниками. Этот законопроект — первое решение за все 30 лет независимости, которое демонстрирует наше отношение к олигархической системе. Он утверждает: да, в Украине есть олигархи. Да, они влияют на политику. И да — этого больше не будет».

Полное название законопроекта Зеленского №5599 (предложенного им лишь через два года после вступления в должность) — «О предотвращении угроз национальной безопасности, связанных с чрезмерным влиянием лиц, имеющих значительный экономический или политический вес в общественной жизни (олигархов)». Олигарх, по Зеленскому, начинается с подтвержденной собственности в миллион прожиточных минимумов (83 млн долларов), он участвует в политической жизни и располагает собственными СМИ. Лицам, подпадающим под критерии закона и внесенным в специальный реестр, будет запрещено финансировать политические партии. Любой госслужащий или депутат, контактировавший с олигархом, обязан подавать в Совет безопасности декларацию с кратким конспектом беседы, даже если беседа происходила онлайн.

Секретарь украинского Совбеза Алексей Данилов поспешил заявить, что включение в реестр олигархов никому ничем не угрожает: «у человека ничего не отбирают», разве что обязуют ежегодно публиковать полную декларацию обо всех доходах. Поневоле приходит на ум аналогия с реестром иноагентов в России: они тоже обязаны публиковать декларацию о доходах и о движении своих средств, и включение в реестр им угрожает только запретом на преподавание (примерно как олигархам — запретом на политическую деятельность). Очевидно, что меры эти в обоих случаях — сугубо декларативные: у всех наследников СССР в крови неприятное чувство угрозы, когда тебя вносят в список (дальше, как правило, начинают перечислять с маленькой буквы и во множественном числе). Чувствовать себя нежелательным элементом — вот главная неприятность, которой антиолигархический закон угрожал украинским миллионерам.